32 цитаты Чарльза Перси Сноу

Чарльз Перси Сноу — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 32 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Девушки обычно относятся холодно к своим воздыхателям, пока те рядом, но мертвых поклонников они вспоминают с теплотой.

   Девушки обычно относятся холодно к своим воздыхателям, пока те рядом, но мертвых поклонников они вспоминают с теплотой.

   — Финбоу · книга
2. «

   Часто мужчина любит женщину только за то, что её любят другие. И наоборот, как бы сильно мужчина ни любил женщину, на него всегда действует расхолаживающе то, что другие мужчины не находят её заслуживающей внимания.

   Часто мужчина любит женщину только за то, что её любят другие. И наоборот, как бы сильно мужчина ни любил женщину, на него всегда действует расхолаживающе то, что другие мужчины не находят её заслуживающей внимания.

   — Финбоу · книга
3. «

   Вот так, Иен, когда задумаешь убийство, позаботься о том, чтобы твоей жертвой оказался врач. Это облегчит тебе задачу — он сам покажет, куда стрелять.

   Вот так, Иен, когда задумаешь убийство, позаботься о том, чтобы твоей жертвой оказался врач. Это облегчит тебе задачу — он сам покажет, куда стрелять.

   — Финбоу · книга
4. «

   В Англии невозможно быть великим и благовоспитанным одновременно. Я, например, никогда не стану великим.

   В Англии невозможно быть великим и благовоспитанным одновременно. Я, например, никогда не стану великим.

   — Финбоу · книга
5. «

   Жутчайшая практичность — вот непременное свойство любой женщины.

   Жутчайшая практичность — вот непременное свойство любой женщины.

   — Наставники · книга
6. «

   Успех в жизни зависит от двух ценных качеств. Первое — нужно знать, куда обратиться за тем, что тебе необходимо, и второе — уметь добиться, чтобы это необходимое было сделано.

   Успех в жизни зависит от двух ценных качеств. Первое — нужно знать, куда обратиться за тем, что тебе необходимо, и второе — уметь добиться, чтобы это необходимое было сделано.

   — Финбоу · книга
7. «

   Все чувства, кроме любви и дружбы ослабевают и забываются под воздействием всесильного времени, обстоятельств жизни или личных неурядиц.

   Все чувства, кроме любви и дружбы ослабевают и забываются под воздействием всесильного времени, обстоятельств жизни или личных неурядиц.

   — Наставники · книга
8. «

   Память о человеке, которого мы любили, не меркнет с годами. И память об истинном друге — тоже.

   Память о человеке, которого мы любили, не меркнет с годами. И память об истинном друге — тоже.

   — Наставники · книга
9. «

   Человек прежде всего должен познать самого себя. И ужаснуться. А потом простить себя — чтобы жить дальше; только тогда он сможет стать хорошим руководителем.

   Человек прежде всего должен познать самого себя. И ужаснуться. А потом простить себя — чтобы жить дальше; только тогда он сможет стать хорошим руководителем.

   — Наставники · книга
10. «

    В любом обществе, чтобы стать влиятельным человеком, надо немного отличаться от других, надо быть немного многогранней, чем другие, — но именно немного, в этом всё дело.

    В любом обществе, чтобы стать влиятельным человеком, надо немного отличаться от других, надо быть немного многогранней, чем другие, — но именно немного, в этом всё дело.

    — Наставники · книга
11. «

    Легкость, с которой мы воспринимаем чужие несчастья — это чудеснейший дар природы.

    Легкость, с которой мы воспринимаем чужие несчастья — это чудеснейший дар природы.

    — Финбоу · книга
12. «

    Прелесть любви к красивой женщине в том и заключается, что это всегда вызывает зависть окружающих.

    Прелесть любви к красивой женщине в том и заключается, что это всегда вызывает зависть окружающих.

    — Финбоу · книга
13. «

    Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

    Они пребывали в состоянии депрессии, которая неизменно приходит вслед за сильным эмоциональным напряжением. Вначале человек, волнуясь, ищет выхода в действии, он не в силах сидеть сложа руки и молча ждать развязки событий. Затем он доходит до такого состояния, когда страх окончательно парализует его волю, и он жаждет только одного — конца.

    — Смерть под парусом · книга
14. «

    — А почему бы нам не выключить приемник? — жалобно, ни к кому не обращаясь, спросил Филипп. — Он орет во всю мощь, а мы каждое утро собираемся здесь и мучаемся от этого рева. — Традиция, мой мальчик, — встрепенулся Уильям. — Равно как член Совета графства и закрытые школы. Сделали раз, сделали два... так и осталось на веки вечные.

    — А почему бы нам не выключить приемник? — жалобно, ни к кому не обращаясь, спросил Филипп. — Он орет во всю мощь, а мы каждое утро собираемся здесь и мучаемся от этого рева. — Традиция, мой мальчик, — встрепенулся Уильям. — Равно как член Совета графства и закрытые школы. Сделали раз, сделали два... так и осталось на веки вечные.

    — Филипп · книга
15. «

    Старые английские традиции — ничего подобного на свете не существует! Они, как правило, совсем недавнего происхождения, редко бывают истинно английскими, и что касается традиций, то о таком понятии не может быть и речи, ибо мы меняем их на каждом шагу, если нам это выгодно. Одним словом, они ужасно комичны, эти так называемые английские традиции!

    Старые английские традиции — ничего подобного на свете не существует! Они, как правило, совсем недавнего происхождения, редко бывают истинно английскими, и что касается традиций, то о таком понятии не может быть и речи, ибо мы меняем их на каждом шагу, если нам это выгодно. Одним словом, они ужасно комичны, эти так называемые английские традиции!

    — Финбоу · книга
16. «

    Люди всегда надеются на признательность тех, кому они помогли, и далеко не сразу понимают, что признательность — очень редкое явление.

    Люди всегда надеются на признательность тех, кому они помогли, и далеко не сразу понимают, что признательность — очень редкое явление.

    — Наставники · книга
17. «

    Любой человек, добившийся успеха, с раздражением смотрит на тех, кто ему помогал. С раздражением, а порой и с презрительной насмешкой.

    Любой человек, добившийся успеха, с раздражением смотрит на тех, кто ему помогал. С раздражением, а порой и с презрительной насмешкой.

    — Наставники · книга
18. «

    Страсть читать вслух собственные сочинения представляется мне едва ли не самой отталкивающей человеческой слабостью, но беда в том, что это явление очень распространенное и противостоять ему просто рискованно. В свое время я часто становился ее жертвой. Но я всегда старался быть снисходительным слушателем. Если уж нести голову на плаху, так нести ее гордо. А поскольку мне нравится доставлять людям радость, то я не только терпеливо выслушиваю романы, стихи и письма, написанные моими друзьями, но, случается, и сам прошу их читать мне. В минуты скверного настроения, когда все мне видится в черном свете, у меня появляется мысль, что репутацию человека с тонким вкусом я заслужил отчасти благодаря этой своей черте.

    Страсть читать вслух собственные сочинения представляется мне едва ли не самой отталкивающей человеческой слабостью, но беда в том, что это явление очень распространенное и противостоять ему просто рискованно. В свое время я часто становился ее жертвой. Но я всегда старался быть снисходительным слушателем. Если уж нести голову на плаху, так нести ее гордо. А поскольку мне нравится доставлять людям радость, то я не только терпеливо выслушиваю романы, стихи и письма, написанные моими друзьями, но, случается, и сам прошу их читать мне. В минуты скверного настроения, когда все мне видится в черном свете, у меня появляется мысль, что репутацию человека с тонким вкусом я заслужил отчасти благодаря этой своей черте.

    — Иен · книга
19. «

    Глупо, конечно, но все мы рабы чужого мнения, это факт.

    Глупо, конечно, но все мы рабы чужого мнения, это факт.

    — Финбоу · книга
20. «

    Со стороны невозможно определить, кто кому подходит. Никакими общими правилами тут руководствоваться нельзя. Человек инстинктивно чувствует, с кем он должен связать свою судьбу. И всегда оказывается правым — даже если почти все считают, что он ошибся.

    Со стороны невозможно определить, кто кому подходит. Никакими общими правилами тут руководствоваться нельзя. Человек инстинктивно чувствует, с кем он должен связать свою судьбу. И всегда оказывается правым — даже если почти все считают, что он ошибся.

    — Наставники · книга