23 цитаты Чезаре Павезе про любовь, время и выбор

Чезаре Павезе — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 23 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Жизнь — это боль, а радости любви — анестезирующее средство.

   Жизнь — это боль, а радости любви — анестезирующее средство.
2. «

   ...жизнь имеет значение только тогда, когда живёшь для чего-нибудь или для кого-нибудь...

   ...жизнь имеет значение только тогда, когда живёшь для чего-нибудь или для кого-нибудь...

   — Пока не пропоет петух · книга
3. «

   Смерть — это покой, но мысль о смерти не даёт нам покоя.

   Смерть — это покой, но мысль о смерти не даёт нам покоя.
4. «

   Мстить за обиду — значит лишать себя удовольствия сетовать на несправедливость.

   Мстить за обиду — значит лишать себя удовольствия сетовать на несправедливость.
5. «

   А сейчас Карлетто говорил со мной, как тогда Амелио. Он сказал, что кое в чём я сам виноват. И объяснил, что таких, как я, много; все мы ничего не делаем, а только поглядываем. Почему победили фашисты? Потому что многие умыли руки. Вот им и удалось захватить Рим.

   А сейчас Карлетто говорил со мной, как тогда Амелио. Он сказал, что кое в чём я сам виноват. И объяснил, что таких, как я, много; все мы ничего не делаем, а только поглядываем. Почему победили фашисты? Потому что многие умыли руки. Вот им и удалось захватить Рим.

   — Товарищ · книга
6. «

   Если желаете путешествовать далеко и быстро, то отправляйтесь в путешествие налегке. Выбросьте зависть, ревность, злобу и страхи.

   Если желаете путешествовать далеко и быстро, то отправляйтесь в путешествие налегке. Выбросьте зависть, ревность, злобу и страхи.
7. «

   Чтобы найти многое, надо искать что-то одно.

   Чтобы найти многое, надо искать что-то одно.
8. «

   Так бывает, когда мы вдруг с сожалением вспоминаем, что не умели насладиться молодостью, и говорим себе: «Если бы я только знал, поступил бы по-другому». А скажи нам кто-нибудь: «Вот тебе молодость, живи по-иному», — мы бы не знали даже, с чего начать.

   Так бывает, когда мы вдруг с сожалением вспоминаем, что не умели насладиться молодостью, и говорим себе: «Если бы я только знал, поступил бы по-другому». А скажи нам кто-нибудь: «Вот тебе молодость, живи по-иному», — мы бы не знали даже, с чего начать.

   — Товарищ · книга
9. «

   Все грехи проистекают из чувства неполноценности, другое название которого — амбиции.

   Все грехи проистекают из чувства неполноценности, другое название которого — амбиции.
10. «

    Нагрянет смерть с твоими глазами, смерть, что плетётся за нами следом с утра до вечера, глаз не смыкая, глухая, как совести давний укор, как дурная привычка. С твоими глазами. Твои глаза — как напрасное слово, как возглас без звука, безмолвие. Такими ты видишь их каждое утро, над одиноким своим отраженьем склоняясь. О дорогая надежда, в тот день наконец-то узнаем и мы: ты — жизнь и ты — пустота. На каждого смерть по-другому посмотрит. Моя — на меня — твоими глазами, и что-то случится, как будто расстался с дурною привычкой, как будто увидел, как в зеркале мёртвое всплыло лицо, как будто услышал я сжатые плотно уста. Безмолвие. Мы погружаемся немо в пучину.

    Нагрянет смерть с твоими глазами, смерть, что плетётся за нами следом с утра до вечера, глаз не смыкая, глухая, как совести давний укор, как дурная привычка. С твоими глазами. Твои глаза — как напрасное слово, как возглас без звука, безмолвие. Такими ты видишь их каждое утро, над одиноким своим отраженьем склоняясь. О дорогая надежда, в тот день наконец-то узнаем и мы: ты — жизнь и ты — пустота. На каждого смерть по-другому посмотрит. Моя — на меня — твоими глазами, и что-то случится, как будто расстался с дурною привычкой, как будто увидел, как в зеркале мёртвое всплыло лицо, как будто услышал я сжатые плотно уста. Безмолвие. Мы погружаемся немо в пучину.
11. «

    Никто не знает собственного лица.

    Никто не знает собственного лица.

    — Дьявол на холмах · книга
12. «

    Придёт смерть, и у неё будут твои глаза.

    Придёт смерть, и у неё будут твои глаза.
13. «

    Может, я не прав, может, так лучше? Может, лучше, чтобы всё сгорело, как сухая трава в костре. И чтобы люди всё начали заново. Так поступали в Америке. Надоест что-нибудь, наскучит работа, приестся место — и люди всё меняют. Там можно встретить целые селения — ресторан, мэрия, лавки, — и никого не осталось, пусто, как на кладбище.

    Может, я не прав, может, так лучше? Может, лучше, чтобы всё сгорело, как сухая трава в костре. И чтобы люди всё начали заново. Так поступали в Америке. Надоест что-нибудь, наскучит работа, приестся место — и люди всё меняют. Там можно встретить целые селения — ресторан, мэрия, лавки, — и никого не осталось, пусто, как на кладбище.

    — Луна и костры · книга
14. «

    Мужчину от мальчика отличает способность командовать женщиной, а женщину от девочки — способность использовать мужчину в своих интересах.

    Мужчину от мальчика отличает способность командовать женщиной, а женщину от девочки — способность использовать мужчину в своих интересах.
15. «

    ... судьба непричастна к страданиям мира, непричастна к тому, что невзвидели света они: виноват человек. Было хоть бы куда податься, голодать на свободе, решительно бросить «нет!» этой жизни, пускающей в ход состраданье, и любовь, и семью, и клочок земли, чтобы нас по рукам связать.

    ... судьба непричастна к страданиям мира, непричастна к тому, что невзвидели света они: виноват человек. Было хоть бы куда податься, голодать на свободе, решительно бросить «нет!» этой жизни, пускающей в ход состраданье, и любовь, и семью, и клочок земли, чтобы нас по рукам связать.
16. «

    У смерти приходящей глаза будут твои. Сопровождать меня с утра до ночи неустанно, Стыдясь как-будто за привычки скверные свои За тот абсурд, за крик немой... Как будто говорят, но всё так несказанно.

    У смерти приходящей глаза будут твои. Сопровождать меня с утра до ночи неустанно, Стыдясь как-будто за привычки скверные свои За тот абсурд, за крик немой... Как будто говорят, но всё так несказанно.
17. «

    Тот, кто не принимает моду вовремя, перенимает её год спустя, когда она уже устарела.

    Тот, кто не принимает моду вовремя, перенимает её год спустя, когда она уже устарела.
18. «

    И тогда, малодушные, мы, что шёпот вечерний любили, и дома, и тропинки над речкой, и сомнительный цвет абажуров в заведеньях особого толка, и подсахаренную боль, о которой молчали, - мы живую нарушили цепь, вырвав руки из рук, и умолкли, но сердце содрогнулось от крови. Больше не было нежности, и отчаянья не было на тропинке над речкой: пробудившись от рабства, мы узнали, что мы одиноки, и причислили к жизни себя.

    И тогда, малодушные, мы, что шёпот вечерний любили, и дома, и тропинки над речкой, и сомнительный цвет абажуров в заведеньях особого толка, и подсахаренную боль, о которой молчали, - мы живую нарушили цепь, вырвав руки из рук, и умолкли, но сердце содрогнулось от крови. Больше не было нежности, и отчаянья не было на тропинке над речкой: пробудившись от рабства, мы узнали, что мы одиноки, и причислили к жизни себя.
19. «

    Нет ничего более жалкого, чем быть любимым из жалости.

    Нет ничего более жалкого, чем быть любимым из жалости.
20. «

    Религия — это убеждение, что все, с нами происходящее, весьма важно.

    Религия — это убеждение, что все, с нами происходящее, весьма важно.