Подборка: 55 цитат Даррена Шэна

Ниже 55 цитат Даррена Шэна — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Знаешь, что мне больше всего нравится? — поинтересовался он. — Люди, которые смотрят или читают ужастики. Они верят во все, что там говорится, и вооружаются крестами и святой водой, вместо того, чтобы захватить с собой что-нибудь нормальное, чем действительно можно убить вампира, скажем, ружье или гранату. — Так, значит, кресты вам не страшны? — удивленно пробормотал я. — А что, мне положено их бояться? — Ну да... вы же... воплощение зла. — Я — воплощение зла? — Ну да. Наверное. Вы же вампир, а вампиры — воплощение зла. — Мальчик мой, нельзя же верить всему, что пишут в книжках. Да, наши вкусы необычны. Но даже если мы пьем кровь, это еще не значит, что мы зло. По-твоему, и летучие мыши, которые пьют кровь коров и лошадей, тоже воплощение зла? — Нет, — ответил я. — Это совсем другое дело. Они же животные. — Но люди — тоже животные. Если вампир убивает человека, это и в самом деле нехорошо. Но если он только чуть-чуть попьет крови, чтобы не умереть с голоду, что в этом плохого?

   — Знаешь, что мне больше всего нравится? — поинтересовался он. — Люди, которые смотрят или читают ужастики. Они верят во все, что там говорится, и вооружаются крестами и святой водой, вместо того, чтобы захватить с собой что-нибудь нормальное, чем действительно можно убить вампира, скажем, ружье или гранату. — Так, значит, кресты вам не страшны? — удивленно пробормотал я. — А что, мне положено их бояться? — Ну да... вы же... воплощение зла. — Я — воплощение зла? — Ну да. Наверное. Вы же вампир, а вампиры — воплощение зла. — Мальчик мой, нельзя же верить всему, что пишут в книжках. Да, наши вкусы необычны. Но даже если мы пьем кровь, это еще не значит, что мы зло. По-твоему, и летучие мыши, которые пьют кровь коров и лошадей, тоже воплощение зла? — Нет, — ответил я. — Это совсем другое дело. Они же животные. — Но люди — тоже животные. Если вампир убивает человека, это и в самом деле нехорошо. Но если он только чуть-чуть попьет крови, чтобы не умереть с голоду, что в этом плохого?

   — Цирк уродов · книга
2. «

   — Руки — опасное оружие того, кто умеет ими пользоваться. Тот, кто умеет драться врукопашную, всегда имеет преимущество перед теми, кто полагается на мечи и ножи. Знаешь почему? — Почему? — Потому что они уверены в своей победе, — просиял он. — Оружие имеет ложную природу и оно дает ложную веру.

   — Руки — опасное оружие того, кто умеет ими пользоваться. Тот, кто умеет драться врукопашную, всегда имеет преимущество перед теми, кто полагается на мечи и ножи. Знаешь почему? — Почему? — Потому что они уверены в своей победе, — просиял он. — Оружие имеет ложную природу и оно дает ложную веру.

   — Даррен Шэн · книга
3. «

   Жаль, что мне в гроб не положили телевизор или радио. Но, видимо, спрос на такие вещи у настоящих мертвецов невелик.

   Жаль, что мне в гроб не положили телевизор или радио. Но, видимо, спрос на такие вещи у настоящих мертвецов невелик.

   — Даррен Шэн · книга
4. «

   Любое ранение почетно, если вышел из битвы победителем.

   Любое ранение почетно, если вышел из битвы победителем.

   — Вейнис Блэйд · книга
5. «

   Приятно на некоторое время отвлечься от ужасов настоящего мира.

   Приятно на некоторое время отвлечься от ужасов настоящего мира.

   — Цирк уродов · книга
6. «

   На память никогда нельзя положиться. Она — великий обманщик.

   На память никогда нельзя положиться. Она — великий обманщик.

   — мистер Карлиус · книга
7. «

   Иногда очень трудно решить, кому верить: родному отцу или лучшему другу.

   Иногда очень трудно решить, кому верить: родному отцу или лучшему другу.

   — Даррен Шэн (Darren Shаn) · книга
8. «

   Если кто-то заставляет нас делать то, что мы хотим, мы на самом деле делаем не то, что хотим.

   Если кто-то заставляет нас делать то, что мы хотим, мы на самом деле делаем не то, что хотим.

   — Себа Найл · книга
9. «

   Никогда не судите что-либо по тому, как это выглядит снаружи. Лишь дураки быстро клюют на красивое лицо.

   Никогда не судите что-либо по тому, как это выглядит снаружи. Лишь дураки быстро клюют на красивое лицо.

   — Эванна · книга
10. «

    ...счастье — это людская забава.

    ...счастье — это людская забава.

    — Ванча Марш · книга
11. «

    — Я вернусь вовремя, как раз к тому моменту, когда мне предстоит предстать перед Властелином вампирцев. Даю вам слово, а свое слово Ванча Марш никогда не нарушает... — он остановился. — Марш или Хорст? — вслух задумался он, затем сплюнул в пыль у себя под ногами. — Кишки Чарны! Я так долго жил под именем Ванча Марша — поживу еще немного!

    — Я вернусь вовремя, как раз к тому моменту, когда мне предстоит предстать перед Властелином вампирцев. Даю вам слово, а свое слово Ванча Марш никогда не нарушает... — он остановился. — Марш или Хорст? — вслух задумался он, затем сплюнул в пыль у себя под ногами. — Кишки Чарны! Я так долго жил под именем Ванча Марша — поживу еще немного!

    — Ванча Марш · книга
12. «

    Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись. Оба знали, что боимся, но, как бы то ни было, мы были вдвоем. Вдвоем бояться не так уж и неприятно.

    Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись. Оба знали, что боимся, но, как бы то ни было, мы были вдвоем. Вдвоем бояться не так уж и неприятно.

    — Цирк уродов · книга
13. «

    — Мой учитель был справедлив, но строг. Когда я сказал ему о том, что передразниваю его, он стал пристально следить за моей речью. Стоило мне сказать «щас», «ага» или «не-а», он выдергивал у меня из носа волосок! — Ух ты! — Это правда. — Щипчиками? — Нет, ногтями. — О-о-о! — Я просил его не делать этого, обещал никогда не подражать ему. Но Себа любил доводить начатое дело до конца. После нескольких месяцев такого наказания мне в голову пришла блестящая идея — прижечь волоски в носу раскаленным докрасна шомполом — никогда не пробуй это повторить! — чтобы они больше не росли. — И что было потом? — Тогда он принялся выдергивать волоски из еще более нежного места. — Какого? — Не скажу, это слишком стыдно. (Позднее, оставшись с Себой наедине, я задал ему тот же вопрос. Он насмешливо подмигнул и ответил: «У него из ушей!»)

    — Мой учитель был справедлив, но строг. Когда я сказал ему о том, что передразниваю его, он стал пристально следить за моей речью. Стоило мне сказать «щас», «ага» или «не-а», он выдергивал у меня из носа волосок! — Ух ты! — Это правда. — Щипчиками? — Нет, ногтями. — О-о-о! — Я просил его не делать этого, обещал никогда не подражать ему. Но Себа любил доводить начатое дело до конца. После нескольких месяцев такого наказания мне в голову пришла блестящая идея — прижечь волоски в носу раскаленным докрасна шомполом — никогда не пробуй это повторить! — чтобы они больше не росли. — И что было потом? — Тогда он принялся выдергивать волоски из еще более нежного места. — Какого? — Не скажу, это слишком стыдно. (Позднее, оставшись с Себой наедине, я задал ему тот же вопрос. Он насмешливо подмигнул и ответил: «У него из ушей!»)

    — Гора вампиров · книга
14. «

    К сожалению, в обычной жизни, если ты что-нибудь натворил, приходится за это расплачиваться. В книжках герои могут вытворять что угодно. Что бы они ни сделали, в конце концов все закончится хорошо. Негодяи будут наказаны, справедливость восторжествует, и все обернется просто замечательно. А в жизни пауки погибают, когда их засасывает в пылесос. Если станешь невнимательно переходить дорогу, тебя наверняка собьет машина. Упав с дерева, обязательно что-нибудь себе сломаешь.

    К сожалению, в обычной жизни, если ты что-нибудь натворил, приходится за это расплачиваться. В книжках герои могут вытворять что угодно. Что бы они ни сделали, в конце концов все закончится хорошо. Негодяи будут наказаны, справедливость восторжествует, и все обернется просто замечательно. А в жизни пауки погибают, когда их засасывает в пылесос. Если станешь невнимательно переходить дорогу, тебя наверняка собьет машина. Упав с дерева, обязательно что-нибудь себе сломаешь.

    — История одного вампира · книга
15. «

    Пауки, как правило, не нападают на тех, кто больше их самих, пока есть меньшие и более уязвимые жертвы.

    Пауки, как правило, не нападают на тех, кто больше их самих, пока есть меньшие и более уязвимые жертвы.

    — Смертельные испытания · книга
16. «

    — Боитесь? — Обжегшись на молоке, я начал дуть на воду, — ответил он.

    — Боитесь? — Обжегшись на молоке, я начал дуть на воду, — ответил он.

    — Даррен Шэн · книга
17. «

    Никогда не сдавайся, даже если поражение покажется тебе неизбежным.

    Никогда не сдавайся, даже если поражение покажется тебе неизбежным.

    — Гора вампиров · книга
18. «

    Неудача — горькая пилюля, которую нельзя подсластить.

    Неудача — горькая пилюля, которую нельзя подсластить.

    — Лартен Джутинг · книга
19. «

    — Ты храбрый парнишка, — продолжил мистер Карлиус. — Замечательный молодой человек. Пожертвовал всем, чтобы спасти своего друга. Немногие бы решились на такое. В наши дни люди стали ужасными эгоистками. Приятно осознавать, что в мире еще остались герои. — Никакой я не герой, — буркнул я и залился краской. — Да нет же, герой, — не уступал он. — Как еще назвать человека, который поставил на карту все ради другого человека?

    — Ты храбрый парнишка, — продолжил мистер Карлиус. — Замечательный молодой человек. Пожертвовал всем, чтобы спасти своего друга. Немногие бы решились на такое. В наши дни люди стали ужасными эгоистками. Приятно осознавать, что в мире еще остались герои. — Никакой я не герой, — буркнул я и залился краской. — Да нет же, герой, — не уступал он. — Как еще назвать человека, который поставил на карту все ради другого человека?

    — Помощник вампира · книга
20. «

    Люди всегда шумят, как обезьяны.

    Люди всегда шумят, как обезьяны.

    — Лартен Джутинг · книга