169 фраз Давида Фонкиноса для статуса

Подборка из 169 цитат Давида Фонкиноса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   По-моему, поиски темы для разговора — хорошая тема для разговора.

   По-моему, поиски темы для разговора — хорошая тема для разговора.

   — Нежность · книга
2. «

   Просто наступает такое время, когда времени больше нет.

   Просто наступает такое время, когда времени больше нет.

   — Наши расставания · книга
3. «

   Бернар полагал, что в наши дни все мужчины лишились растительности на лице и виной тому уловки современного общества. Он любил повторять, что мы живем в самую неусатую эпоху, какая только может быть. «Наше общество сбривает волосы, это же чистый эксгибиционизм!» – восклицал он. И тотчас после этих словесных всплесков возвращался к своим потаенным мыслям, в которых царила пустота.

   Бернар полагал, что в наши дни все мужчины лишились растительности на лице и виной тому уловки современного общества. Он любил повторять, что мы живем в самую неусатую эпоху, какая только может быть. «Наше общество сбривает волосы, это же чистый эксгибиционизм!» – восклицал он. И тотчас после этих словесных всплесков возвращался к своим потаенным мыслям, в которых царила пустота.

   — Эротический потенциал моей жены · книга
4. «

   Адюльтер тоже можно вылечить любовью.

   Адюльтер тоже можно вылечить любовью.

   — Эротический потенциал моей жены · книга
5. «

   Ненависть к другим — лучший способ заполнить собственную пустоту.

   Ненависть к другим — лучший способ заполнить собственную пустоту.

   — Воспоминания · книга
6. «

   Человечество относилось к своей истории с возрастающим равнодушием: переизбыток информации во всех областях жизни убивал в людях энтузиазм, способность восторгаться достижениями прогресса. Особенно явно это демонстрировали дети. Нынче бесконтрольный доступ к любой технике привел к катастрофической деградации любознательности, жажды нового.

   Человечество относилось к своей истории с возрастающим равнодушием: переизбыток информации во всех областях жизни убивал в людях энтузиазм, способность восторгаться достижениями прогресса. Особенно явно это демонстрировали дети. Нынче бесконтрольный доступ к любой технике привел к катастрофической деградации любознательности, жажды нового.

   — Две сестры · книга
7. «

   Настоящий друг этот Марсель. Гектору было стыдно за себя, но иногда в его мозгу на мгновение вспыхивали мысли о том, что Марселю, должно быть, до смерти обрыдла собственная жизнь, раз он так рьяно взялся за его, Гекторову.

   Настоящий друг этот Марсель. Гектору было стыдно за себя, но иногда в его мозгу на мгновение вспыхивали мысли о том, что Марселю, должно быть, до смерти обрыдла собственная жизнь, раз он так рьяно взялся за его, Гекторову.

   — Эротический потенциал моей жены · книга
8. «

   Не так-то легко пережить, когда вас вдруг хвалят, если вы за всю жизнь отроду не были в первых рядах и никто толком не замечал, чем вы занимаетесь.

   Не так-то легко пережить, когда вас вдруг хвалят, если вы за всю жизнь отроду не были в первых рядах и никто толком не замечал, чем вы занимаетесь.

   — Нежность · книга
9. «

   Когда целуешься, нет недостатка в метафорах.

   Когда целуешься, нет недостатка в метафорах.

   — Эротический потенциал моей жены · книга
10. «

    В счастье настает такой час, когда вы одни среди толпы.

    В счастье настает такой час, когда вы одни среди толпы.

    — Нежность · книга
11. «

    Лучший из нас блюёт первым.

    Лучший из нас блюёт первым.

    — Идиотизм наизнанку · книга
12. «

    В начале любовных отношений каждый поцелуй можно чуть ли не анализировать.

    В начале любовных отношений каждый поцелуй можно чуть ли не анализировать.

    — Нежность · книга
13. «

    Я думаю, они главным образом хотели избавиться от видений прошлого, от пространства, населенного дорогими их сердцу воспоминаниями. Ведь место и есть воспоминание, и даже больше: место живет дольше воспоминаний.

    Я думаю, они главным образом хотели избавиться от видений прошлого, от пространства, населенного дорогими их сердцу воспоминаниями. Ведь место и есть воспоминание, и даже больше: место живет дольше воспоминаний.

    — Воспоминания · книга
14. «

    Он был тих и скромен, как точка с запятой в романе на восемьсот страниц.

    Он был тих и скромен, как точка с запятой в романе на восемьсот страниц.

    — Нежность · книга
15. «

    Вокруг одной разрушенной жизни все остается неизменным: этот вечный балет не подчиняется личной трагедии.

    Вокруг одной разрушенной жизни все остается неизменным: этот вечный балет не подчиняется личной трагедии.

    — Две сестры · книга
16. «

    ...выглядеть в соответствии с собственными занятиями в наши дни просто архиважно.

    ...выглядеть в соответствии с собственными занятиями в наши дни просто архиважно.

    — Эротический потенциал моей жены · книга
17. «

    Когда ложь хорошо продумана, все идет как по маслу. Ведь это собеседники берут на себя труд строить предположения, задавать вопросы, в то время как самому лжецу остается только сказать «да» или «нет».

    Когда ложь хорошо продумана, все идет как по маслу. Ведь это собеседники берут на себя труд строить предположения, задавать вопросы, в то время как самому лжецу остается только сказать «да» или «нет».

    — Эротический потенциал моей жены · книга
18. «

    До того, как все рухнет, счастье всегда зашкаливает. Следует опасаться бьющего через край счастья, потому что оно служит провозвестником горя.

    До того, как все рухнет, счастье всегда зашкаливает. Следует опасаться бьющего через край счастья, потому что оно служит провозвестником горя.

    — Наши расставания · книга
19. «

    Мне очень нравится способность детей отгораживаться от несчастий фантазиями. Когда вырастаешь, прятаться в мечты уже не получается, и корабль трещит по всем швам.

    Мне очень нравится способность детей отгораживаться от несчастий фантазиями. Когда вырастаешь, прятаться в мечты уже не получается, и корабль трещит по всем швам.

    — Воспоминания · книга
20. «

    Правда часто похожа на айсберг.

    Правда часто похожа на айсберг.

    — Нежность · книга