28 коротких цитат Дема Михайлова

Ниже 28 цитат Дема Михайлова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ...короче говоря, полный бардак, а я в самой его серединке.

   ...короче говоря, полный бардак, а я в самой его серединке.

   — Росгард · книга
2. «

   Данный «ужатый» отцовский наказ гласил следующее: если хочешь в чем-то разобраться, сядь перед стеной и хорошенько подумай. Выполнять сей совет следовало буквально — я многократно, с самого детства, видел, как мой отец это проделывает. Если требовалось принять по-настоящему важное решение, он брал жесткий деревянный стул, ставил его в двух шагах от голой стены, садился и, глядя на эту самую голую стену, сидел так несколько часов кряду. Молча. Чем-то смахивало не медитацию. Беспокоить его в это время было нельзя. А наблюдать было скучно. Зато когда мой папаня вставал, решение у него было всегда. Иногда крайне неожиданное. Но было всегда.

   Данный «ужатый» отцовский наказ гласил следующее: если хочешь в чем-то разобраться, сядь перед стеной и хорошенько подумай. Выполнять сей совет следовало буквально — я многократно, с самого детства, видел, как мой отец это проделывает. Если требовалось принять по-настоящему важное решение, он брал жесткий деревянный стул, ставил его в двух шагах от голой стены, садился и, глядя на эту самую голую стену, сидел так несколько часов кряду. Молча. Чем-то смахивало не медитацию. Беспокоить его в это время было нельзя. А наблюдать было скучно. Зато когда мой папаня вставал, решение у него было всегда. Иногда крайне неожиданное. Но было всегда.

   — Росгард · книга
3. «

   На добряках воду возят, а на спинах самых добрых помои вывозят за городскую черту.

   На добряках воду возят, а на спинах самых добрых помои вывозят за городскую черту.

   — Росгард · книга
4. «

   — Ещё увидимся. — Этого я и боюсь, красавица, — пробормотал я вслед ушедшей наверх девушке. — Этого я и боюсь...

   — Ещё увидимся. — Этого я и боюсь, красавица, — пробормотал я вслед ушедшей наверх девушке. — Этого я и боюсь...

   — Росгард · книга
5. «

   Ощущаемое нами полное бессилие — просто выдумка хитрожопого мозга. Всегда можно отыскать каплю сил для ещё одного усилия, для ещё одного броска.

   Ощущаемое нами полное бессилие — просто выдумка хитрожопого мозга. Всегда можно отыскать каплю сил для ещё одного усилия, для ещё одного броска.

   — Низший. Книга 3 · книга
6. «

   — С дочерями всегда так, уж поверь. Порой такой номер выкинут, что не знаешь, что и делать – звонить в Книгу (рекордов) Гиннесса, хвататься за ремень или выкупать двадцать томов из серии «Как правильно воспитать дочь подростка?» или же «На каком языке разговаривают наши дети?». Эх… пойдем какого-нибудь полуорка прибьем для успокоения? — Пойдем, — часто закивал я. — Особо жестоким способом.

   — С дочерями всегда так, уж поверь. Порой такой номер выкинут, что не знаешь, что и делать – звонить в Книгу (рекордов) Гиннесса, хвататься за ремень или выкупать двадцать томов из серии «Как правильно воспитать дочь подростка?» или же «На каком языке разговаривают наши дети?». Эх… пойдем какого-нибудь полуорка прибьем для успокоения? — Пойдем, — часто закивал я. — Особо жестоким способом.

   — Росгард · книга
7. «

   Человек тот ещё гнида черствая. Ему жалко лишь тех, кто кажется ему маленьким, милым и хоть чем-то похожим на него самого. Ой, девушка без ног — бедняжка! Ой, птичка со сломанным крылышком — надо ей срочно помочь! Ой, старушка упала — поднимите её! Ой, серийного убийцу-насильника хотят казнить — это же бесчеловечно! Давай устроим протест! Ой, тут какой-то склизкий стонущий разумный мешок – фу! Убейте его из милосердия!

   Человек тот ещё гнида черствая. Ему жалко лишь тех, кто кажется ему маленьким, милым и хоть чем-то похожим на него самого. Ой, девушка без ног — бедняжка! Ой, птичка со сломанным крылышком — надо ей срочно помочь! Ой, старушка упала — поднимите её! Ой, серийного убийцу-насильника хотят казнить — это же бесчеловечно! Давай устроим протест! Ой, тут какой-то склизкий стонущий разумный мешок – фу! Убейте его из милосердия!

   — Оди · книга
8. «

   Деньги... деньги... деньги... ничто, нигде и никогда не меняется. Деньги подбрасывают мир как игрушку, роняют и подхватывают, сравнивают горы и осушают моря, ломают судьбы, начинают и заканчивают войны, повелевают героями и низвергают королей. Деньги — самые массовые убийцы в истории, которых мы всегда готовы радостно обнять и не хотим отпускать. А ещё на них можно купить мороженое, — развел руками Бом.

   Деньги... деньги... деньги... ничто, нигде и никогда не меняется. Деньги подбрасывают мир как игрушку, роняют и подхватывают, сравнивают горы и осушают моря, ломают судьбы, начинают и заканчивают войны, повелевают героями и низвергают королей. Деньги — самые массовые убийцы в истории, которых мы всегда готовы радостно обнять и не хотим отпускать. А ещё на них можно купить мороженое, — развел руками Бом.

   — Бом · книга
9. «

   — Колыва-а-ан-экспресс! Все на борт! — Пора кататься на мамонте, — заключил я, хватая Колывана за хобот. <...> Лохматый слон непринуждённо промчался прямо сквозь чудом уцелевшую огромную хрустальную стену с радужными отблесками и, не снижая хода, весь окутанный ореолом осколков, выбежал за край крыши, после чего рухнул с высоты четвертого этажа вниз, прямо на столь далекую мостовую! <...> — Рос! Что показывают прибо-оры? — осведомился Орбит, отважно смотрящий на приближающуюся твердь. — Что ты напрочь долбанутый! — закричал я в ответ. — Отлично! Дикий рев, и громадная туша Колывана врезается со всей мочи в мостовую улицы Альгоры, едва не придавив городского стражника с арбалетом.

   — Колыва-а-ан-экспресс! Все на борт! — Пора кататься на мамонте, — заключил я, хватая Колывана за хобот. <...> Лохматый слон непринуждённо промчался прямо сквозь чудом уцелевшую огромную хрустальную стену с радужными отблесками и, не снижая хода, весь окутанный ореолом осколков, выбежал за край крыши, после чего рухнул с высоты четвертого этажа вниз, прямо на столь далекую мостовую! <...> — Рос! Что показывают прибо-оры? — осведомился Орбит, отважно смотрящий на приближающуюся твердь. — Что ты напрочь долбанутый! — закричал я в ответ. — Отлично! Дикий рев, и громадная туша Колывана врезается со всей мочи в мостовую улицы Альгоры, едва не придавив городского стражника с арбалетом.

   — Орбит Хрустилиано · книга
10. «

    Да я поняла! И впитала — а старое и неправильное уже выпитала.

    Да я поняла! И впитала — а старое и неправильное уже выпитала.

    — Йорка · книга
11. «

    Меня пожалейте! — продолжал вопить и почему-то пыхтеть Шепот. — Меня за последние недели четыре раза жутким образом убивали! Жутким! Образом! Сначала испепелили божественным огнём! После затоптали в кромешной тьме! Потом утопили в ручье и глотку перерезали! А потом пристрелили неведомо откуда такой длинной стрелой, что на неё мамонта насадить можно! Я не могу больше!

    Меня пожалейте! — продолжал вопить и почему-то пыхтеть Шепот. — Меня за последние недели четыре раза жутким образом убивали! Жутким! Образом! Сначала испепелили божественным огнём! После затоптали в кромешной тьме! Потом утопили в ручье и глотку перерезали! А потом пристрелили неведомо откуда такой длинной стрелой, что на неё мамонта насадить можно! Я не могу больше!

    — Шепот · книга
12. «

    — Держи. Мне в руку вложили продолговатый предмет. — О! Твой чл…. — начал было я, но осекся и пару секунд задумчиво смотрел в сторону, пока не признался — Может ты и прав насчет моего языка. Но знаешь — лучшего буфера защиты от всей это мразоты вокруг просто не найти.

    — Держи. Мне в руку вложили продолговатый предмет. — О! Твой чл…. — начал было я, но осекся и пару секунд задумчиво смотрел в сторону, пока не признался — Может ты и прав насчет моего языка. Но знаешь — лучшего буфера защиты от всей это мразоты вокруг просто не найти.

    — Оди · книга
13. «

    Деревья без ветра не живут. Как человек без боли...

    Деревья без ветра не живут. Как человек без боли...

    — Джоранн · книга
14. «

    Себе дороже срать на чужие одуванчики.

    Себе дороже срать на чужие одуванчики.

    — Червеус Магмус · книга
15. «

    Легко не будет. Трудно, кстати, тоже не будет. Трудно было в Запределье. А тут трудно не будет. Тут всё из разряда Миссия Просто Тупо Невыполнима.

    Легко не будет. Трудно, кстати, тоже не будет. Трудно было в Запределье. А тут трудно не будет. Тут всё из разряда Миссия Просто Тупо Невыполнима.

    — Росгард · книга
16. «

    — Кто убивает во имя Света? — У-у-у… — закатил глаза эльф. — Многие, – вздохнула гнома. — Все кому не лень, — оскалился насмешливо Аньрулл, — Две трети мира с этими словами опускает топор на голову ближнего своего.

    — Кто убивает во имя Света? — У-у-у… — закатил глаза эльф. — Многие, – вздохнула гнома. — Все кому не лень, — оскалился насмешливо Аньрулл, — Две трети мира с этими словами опускает топор на голову ближнего своего.

    — Росгард · книга
17. «

    Он очень умен, но угрозы на то и угрозы, что сильнее всего пугают умных, а не глупых людей. Глупец подумает: «он хочет ударить меня камнем — но я буду настороже». Умный же придумает так много всего, что запугает сам себя.

    Он очень умен, но угрозы на то и угрозы, что сильнее всего пугают умных, а не глупых людей. Глупец подумает: «он хочет ударить меня камнем — но я буду настороже». Умный же придумает так много всего, что запугает сам себя.

    — Изгой. Свет во мраке · книга
18. «

    ...когда от людей требуют слишком много, они начинают сначала делать всё со скрипом, потом уже не делают ничего, а затем начинают делать всё наоборот. Назло. Наперекор.

    ...когда от людей требуют слишком много, они начинают сначала делать всё со скрипом, потом уже не делают ничего, а затем начинают делать всё наоборот. Назло. Наперекор.

    — Росгард · книга
19. «

    Человек как книга, — кивнул полуорк, — Всё верно, босс. Порой возьмешь в руки книгу, смотришь на суперобложку и аж дыхание в зобу спирает — такой у неё крутой и невероятно многообещающий внешний вид. Откроешь с замиранием сердца книгу, пролистаешь десяток страниц... да и поставишь томик обратно на полку. Потому что под суперобложкой спрятали невообразимую каку. Вот и человек так же.

    Человек как книга, — кивнул полуорк, — Всё верно, босс. Порой возьмешь в руки книгу, смотришь на суперобложку и аж дыхание в зобу спирает — такой у неё крутой и невероятно многообещающий внешний вид. Откроешь с замиранием сердца книгу, пролистаешь десяток страниц... да и поставишь томик обратно на полку. Потому что под суперобложкой спрятали невообразимую каку. Вот и человек так же.

    — Бом · книга
20. «

    Дерьмо. Дерьмо вокруг. Мягкое податливое и сговорчивое дерьмо с растворяющимися принципами...

    Дерьмо. Дерьмо вокруг. Мягкое податливое и сговорчивое дерьмо с растворяющимися принципами...

    — Оди · книга