23 цитат-размышлений Денниса Лихэйна

Подборка из 23 цитаты Денниса Лихэйна: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Сколько нужно психиатров, чтобы вкрутить лампочку? — Не знаю. Сколько? — Восемь. — Почему восемь? — Ой, только давайте без психоанализа.

   — Сколько нужно психиатров, чтобы вкрутить лампочку? — Не знаю. Сколько? — Восемь. — Почему восемь? — Ой, только давайте без психоанализа.

   — Остров проклятых · книга
2. «

   Он подумал: так вот, значит, что это такое — полюбить. Никакой логики — он ведь ее совершенно не знал. И тем не менее. Только что он встретил женщину, которую непостижимым образом знал еще до того, как родился. Она была мерилом всего того, о чем он и мечтать не смел. Долорес. Все, что было ему нужно в этой жизни, обрело имя.

   Он подумал: так вот, значит, что это такое — полюбить. Никакой логики — он ведь ее совершенно не знал. И тем не менее. Только что он встретил женщину, которую непостижимым образом знал еще до того, как родился. Она была мерилом всего того, о чем он и мечтать не смел. Долорес. Все, что было ему нужно в этой жизни, обрело имя.

   — Остров проклятых · книга
3. «

   Невозможно переломить сообщество людей, если они все не желают тебя слышать.

   Невозможно переломить сообщество людей, если они все не желают тебя слышать.

   — Остров проклятых · книга
4. «

   Я любил её, как любят... не важно, — в его голосе прозвучала нотка удивления. — Такую любовь ведь ни с чем не сравнивают, правда?

   Я любил её, как любят... не важно, — в его голосе прозвучала нотка удивления. — Такую любовь ведь ни с чем не сравнивают, правда?

   — Остров проклятых · книга
5. «

   Мы должны были вместе состариться, Долорес. Вырастить детей. Гулять под старыми деревьями. Я хотел видеть, как морщинки отпечатываются на твоем лице, и быть свидетелем появления каждой новой морщинки. Мы должны были умереть вместе.

   Мы должны были вместе состариться, Долорес. Вырастить детей. Гулять под старыми деревьями. Я хотел видеть, как морщинки отпечатываются на твоем лице, и быть свидетелем появления каждой новой морщинки. Мы должны были умереть вместе.

   — Остров проклятых · книга
6. «

   ... единственный способ победить страх — это встретить его лицом к лицу.

   ... единственный способ победить страх — это встретить его лицом к лицу.

   — Остров проклятых · книга
7. «

   ... для меня время — это серия закладок, с помощью которых я гуляю вперед-назад по тексту моей жизни.

   ... для меня время — это серия закладок, с помощью которых я гуляю вперед-назад по тексту моей жизни.

   — Остров проклятых · книга
8. «

   Если ты не сумасшедший, но тебя объявили таковым, то все твои протесты только укрепят их в этом мнении.

   Если ты не сумасшедший, но тебя объявили таковым, то все твои протесты только укрепят их в этом мнении.

   — Остров проклятых · книга
9. «

   Горе — штука прожорливая: все грызет и грызет, во сне и наяву, поддавайся ты ему или нет — безразлично

   Горе — штука прожорливая: все грызет и грызет, во сне и наяву, поддавайся ты ему или нет — безразлично

   — Святыня · книга
10. «

    Я обнимал её, хотелось ему сказать, и если бы знать наверняка, что мне надо только умереть, чтобы она снова оказалась в моих объятиях, я бы выстрелил себе в голову быстрее, чем об этом можно подумать.

    Я обнимал её, хотелось ему сказать, и если бы знать наверняка, что мне надо только умереть, чтобы она снова оказалась в моих объятиях, я бы выстрелил себе в голову быстрее, чем об этом можно подумать.

    — Остров проклятых · книга
11. «

    — Посмотрел мир. — И что вы о нем думаете? — Языки разные, а всюду дерьмо.

    — Посмотрел мир. — И что вы о нем думаете? — Языки разные, а всюду дерьмо.

    — Остров проклятых · книга
12. «

    Но должны ли мы отбросить наше прошлое, дабы обеспечить себе будущее?

    Но должны ли мы отбросить наше прошлое, дабы обеспечить себе будущее?

    — Остров проклятых · книга
13. «

    ... ему хочется спросить, с каким звуком сердце разбивается от счастья, когда один вид любимого человека заполняет всё твоё существо, как не заполнит ни пища, ни кровь, ни воздух, когда тебе кажется, что ты был рождён для короткого мига и что вот он наступил, бог знает почему.

    ... ему хочется спросить, с каким звуком сердце разбивается от счастья, когда один вид любимого человека заполняет всё твоё существо, как не заполнит ни пища, ни кровь, ни воздух, когда тебе кажется, что ты был рождён для короткого мига и что вот он наступил, бог знает почему.

    — Остров проклятых · книга
14. «

    Кажется, он чересчур хорошо изучил людей, и знание это его не обрадовало.

    Кажется, он чересчур хорошо изучил людей, и знание это его не обрадовало.

    — Деннис Лехэйн · книга
15. «

    Это прозвучит глупо, но я боюсь часов. Они тикают. И проникают в мозг.

    Это прозвучит глупо, но я боюсь часов. Они тикают. И проникают в мозг.

    — Остров проклятых · книга
16. «

    Все хотят скорых результатов. Мы устаем от страхов, мы устаем от депрессии, мы устаем от избытка чувств, мы устаем от усталости. Мы хотим вернуться в прошлое, которого уже не помним, и, парадокс, отчаянно подгоняем будущее.

    Все хотят скорых результатов. Мы устаем от страхов, мы устаем от депрессии, мы устаем от избытка чувств, мы устаем от усталости. Мы хотим вернуться в прошлое, которого уже не помним, и, парадокс, отчаянно подгоняем будущее.

    — Остров проклятых · книга
17. «

    Как-нибудь познакомьтесь с лагерем смерти, доктор, а потом спрашивайте меня о том, что я думаю о боге.

    Как-нибудь познакомьтесь с лагерем смерти, доктор, а потом спрашивайте меня о том, что я думаю о боге.

    — Остров проклятых · книга
18. «

    Иногда предмет находится перед тобой всю жизнь, дожидаясь, пока ты заметишь его, и зачастую этого так и не происходит, потому что он слишком близко.

    Иногда предмет находится перед тобой всю жизнь, дожидаясь, пока ты заметишь его, и зачастую этого так и не происходит, потому что он слишком близко.

    — Дай мне руку, тьма · книга
19. «

    Терпение и воздержанность — первые жертвы прогресса.

    Терпение и воздержанность — первые жертвы прогресса.

    — Остров проклятых · книга
20. «

    В ней было всё, что случалось в моей жизни хорошего, – первый весенний дождь, и субботний день в десять лет от роду, и ранние летние вечера на берегу моря, когда песок уже остыл, а волны обретают цвет виски.

    В ней было всё, что случалось в моей жизни хорошего, – первый весенний дождь, и субботний день в десять лет от роду, и ранние летние вечера на берегу моря, когда песок уже остыл, а волны обретают цвет виски.

    — Патрик Кензи · книга