Наркотики — обычное явление в жизни рок-музыканта. Я рад, что испытал все, что можно, и все, что нельзя, но порекомендовать такой опыт никому не хотел бы. Наркозависимость — как полет на космическом корабле: в любой момент можно взорваться. Я совершил космическое путешествие и возвратился на землю невредимым. Однако многие из моих друзей и знакомых рассеялись где-то на орбите.
Жизнь — сплетение множества событий в вероятностной системе координат. Я лишь наблюдаю за происходящим, экстраполирую отдельные факты и пытаюсь предугадать, как их последствия пересекутся в будущем. В этом смысле очень интересно копаться в прошлом: выбираешь себе любую сферу человеческой деятельности, отмечаешь какие-то случайные события — скажем, 40-летней давности, и начинаешь прослеживать их исторические последствия. Для меня сейчас нет занятия более увлекательного.
Я всегда ощущал себя инструментом некой высшей силы, но что именно движет мной, так до сих пор и не понял. Наверное, каждый рано или поздно начинает догадываться, что живет здесь не ради себя самого. Осознав свою причастность к чему-то высшему, человек обращается к религии, к Богу. Это проторенный путь, но даже он очень важен для понимания происходящего, поскольку доказывает: люди в большинстве своём осознают, что направлены сюда не просто так, а ради какой-то неясной цели. Я, во всяком случае, очень сильно ощущал в себе вектор предназначенности.
Однажды я спросил Леннона, что он думает о том, что я делаю. Годится, сказал он, но это просто рок-н-ролл, поверх которого положили немного губной помады.