Что говорил Дэвид Герберт Лоуренс: 77 цитат

Ниже 77 цитат Дэвида Герберта Лоуренса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В сущности любовь — огромная улыбка...

   В сущности любовь — огромная улыбка...

   — Сыновья и любовники · книга
2. «

   Смириться с тем, что жизнь — это великая пустыня, значит, подойти к самому краю бытия.

   Смириться с тем, что жизнь — это великая пустыня, значит, подойти к самому краю бытия.

   — Любовник леди Чаттерли · книга
3. «

   Речь может существовать только между разными частями. А в идеальном Единстве царит только идеальная тишина блаженства.

   Речь может существовать только между разными частями. А в идеальном Единстве царит только идеальная тишина блаженства.

   — Женщины в любви · книга
4. «

   Она была силой, определяющей его бытие, и хотя она относилась к нему с презрением, постоянно отталкивала и отвергала его, он останется с ней, потому что рядом с ней он чувствовал, как кровь струится по его жилам, как он растет, он чувствовал себя свободным, сознавал свою ограниченность и понимал, сколько она может дать ему, как понимал, почему она топчет его и беспрестанно уничтожает.

   Она была силой, определяющей его бытие, и хотя она относилась к нему с презрением, постоянно отталкивала и отвергала его, он останется с ней, потому что рядом с ней он чувствовал, как кровь струится по его жилам, как он растет, он чувствовал себя свободным, сознавал свою ограниченность и понимал, сколько она может дать ему, как понимал, почему она топчет его и беспрестанно уничтожает.

   — Женщины в любви · книга
5. «

   Может именно тот, кто по виду один как перст, и способен на настоящую преданность. А остальные как липучки, легко приклеиваются к кому попало.

   Может именно тот, кто по виду один как перст, и способен на настоящую преданность. А остальные как липучки, легко приклеиваются к кому попало.

   — Любовник леди Чаттерли · книга
6. «

   Не возлагай ни на чей алтарь настоящие чувства, если, конечно, они имеются у тебя в душе... Можешь доверить свои деньги, но не чувства. Чувства будут растоптаны.

   Не возлагай ни на чей алтарь настоящие чувства, если, конечно, они имеются у тебя в душе... Можешь доверить свои деньги, но не чувства. Чувства будут растоптаны.

   — Любовник леди Чаттерли · книга
7. «

   Тебе нравится близость с мужчиной, не спорю. Но ты возводишь эту близость во что-то мистическое, сверхценное. Только затем, чтобы польстить своему тщеславию. Собственное тщеславие важнее для тебя во сто крат любого мужчины и твоей близости с ним.

   Тебе нравится близость с мужчиной, не спорю. Но ты возводишь эту близость во что-то мистическое, сверхценное. Только затем, чтобы польстить своему тщеславию. Собственное тщеславие важнее для тебя во сто крат любого мужчины и твоей близости с ним.

   — Любовник леди Чаттерли · книга
8. «

   Мужчины открывали перед ней свои мысли, а это, право, же, стоило всех их поцелуев и ласк.

   Мужчины открывали перед ней свои мысли, а это, право, же, стоило всех их поцелуев и ласк.

   — Любовник леди Чаттерли · книга
9. «

   Все тяжёлые времена, сколько их ни было в истории, не смогли уничтожить ни весенних цветов, ни любви женщины.

   Все тяжёлые времена, сколько их ни было в истории, не смогли уничтожить ни весенних цветов, ни любви женщины.

   — Оливер Меллорс · книга
10. «

    Супружество — ключ к человеческой жизни, его нельзя отделить от вращения солнца, земного тяготения, от блуждающих планет и великолепия неподвижных звезд.

    Супружество — ключ к человеческой жизни, его нельзя отделить от вращения солнца, земного тяготения, от блуждающих планет и великолепия неподвижных звезд.

    — Любовник леди Чаттерли · книга
11. «

    Дело-то, по-моему, не во всяких там интрижках, связях — не они определяют нашу жизнь. Связь кончается, и всё, нет её… нет! Как прошлогоднего снега! А важно лишь то, что неподвластно времени. Мне важна моя жизнь, и все в протяженности и в развитии. А что эти сиюминутные связи? Особенно те, которые держатся не духом, а плотью? Всё как у птичек: раз-два и разлетелись, большего связи и не стоят. Правда, люди порой пытаются придать этим связям значительность. Смешно! А важна общность людей на протяжении всей жизни.

    Дело-то, по-моему, не во всяких там интрижках, связях — не они определяют нашу жизнь. Связь кончается, и всё, нет её… нет! Как прошлогоднего снега! А важно лишь то, что неподвластно времени. Мне важна моя жизнь, и все в протяженности и в развитии. А что эти сиюминутные связи? Особенно те, которые держатся не духом, а плотью? Всё как у птичек: раз-два и разлетелись, большего связи и не стоят. Правда, люди порой пытаются придать этим связям значительность. Смешно! А важна общность людей на протяжении всей жизни.

    — Клиффорд Чаттерли · книга
12. «

    ...все женщины делятся на жен и любовниц...

    ...все женщины делятся на жен и любовниц...

    — Руперт Биркин · книга
13. «

    Его раздосадовало вторжение: ведь уединение он ценил превыше всего — единственное и последнее, что осталось у него от свободы.

    Его раздосадовало вторжение: ведь уединение он ценил превыше всего — единственное и последнее, что осталось у него от свободы.

    — Любовник леди Чаттерли · книга
14. «

    Только в разговоре мы обмениваемся суждениями, а в постели — чувствами.

    Только в разговоре мы обмениваемся суждениями, а в постели — чувствами.

    — Чарльз Мей · книга
15. «

    Если у мужчины нет мозгов, он дурак, если нет сердца — злодей, если нет желчи — тряпка. Если же мужчина не способен взорваться, как туго натянутая пружина — в нём нет мужского естества. Это не мужчина, а пай-мальчик.

    Если у мужчины нет мозгов, он дурак, если нет сердца — злодей, если нет желчи — тряпка. Если же мужчина не способен взорваться, как туго натянутая пружина — в нём нет мужского естества. Это не мужчина, а пай-мальчик.

    — Любовник леди Чаттерли · книга
16. «

    Не избавиться ему от одиночества. Всю жизнь оно неотступно рядом! Лишь изредка и ненадолго будет заполняться пустота в душе. Лишь изредка! И этих мгновений нужно терпеливо дожидаться. А с одиночеством придется смириться, жить с ним бок о бок. Как придется смиренно дожидается и счастливых минут. Будут и они. Только не нужно торопить.

    Не избавиться ему от одиночества. Всю жизнь оно неотступно рядом! Лишь изредка и ненадолго будет заполняться пустота в душе. Лишь изредка! И этих мгновений нужно терпеливо дожидаться. А с одиночеством придется смириться, жить с ним бок о бок. Как придется смиренно дожидается и счастливых минут. Будут и они. Только не нужно торопить.

    — Любовник леди Чаттерли · книга
17. «

    Те, кто умирают, и в смерти продолжают любить, продолжают верить, не превратятся в тлен. Они остаются жить в тех, кого они любили.

    Те, кто умирают, и в смерти продолжают любить, продолжают верить, не превратятся в тлен. Они остаются жить в тех, кого они любили.

    — Женщины в любви · книга
18. «

    Уж лучше умереть, чем жить по инерции, жить жизнью, в которой нет ничего, кроме повторения пройденного. Умереть – значит перейти в неведомое. Умереть – значит испытать радость, испытать радость при мысли о том, что ты отдаешься на милость стихии, которая гораздо обширнее привычного нашему рассудку мира, а именно абсолютному неведомому. Вот это и есть радость. Но стыдно и унизительно человеку жить, словно механизм, замкнувшись в себе усилием собственной воли, быть существом, оторванным от непознанного. В смерти же нет ничего позорного. Позорна только жизнь, каждое мгновение которой ничем не заполнено, которой человек живет только по инерции. Жизнь и в самом деле может стать постыдным унижением для человеческой души. Но смерть – это не позор. Смерть, которая есть безграничное пространство, нам никогда не удастся запятнать.

    Уж лучше умереть, чем жить по инерции, жить жизнью, в которой нет ничего, кроме повторения пройденного. Умереть – значит перейти в неведомое. Умереть – значит испытать радость, испытать радость при мысли о том, что ты отдаешься на милость стихии, которая гораздо обширнее привычного нашему рассудку мира, а именно абсолютному неведомому. Вот это и есть радость. Но стыдно и унизительно человеку жить, словно механизм, замкнувшись в себе усилием собственной воли, быть существом, оторванным от непознанного. В смерти же нет ничего позорного. Позорна только жизнь, каждое мгновение которой ничем не заполнено, которой человек живет только по инерции. Жизнь и в самом деле может стать постыдным унижением для человеческой души. Но смерть – это не позор. Смерть, которая есть безграничное пространство, нам никогда не удастся запятнать.

    — Урсула Брангвен · книга
19. «

    ...желать гораздо приятнее, чем обладать...

    ...желать гораздо приятнее, чем обладать...

    — Женщины в любви · книга
20. «

    Любовь в наш век — ещё одна забава полоумных.

    Любовь в наш век — ещё одна забава полоумных.

    — Томми Дьюкс · книга