172 цитаты Дианы Гэблдона — коротко и по делу

Диана Гэблдон — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 172 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Это было так, как ты себе представлял? — с любопытством спросила я. — Почти, — он вдруг хихикнул мне в самое ухо. — Но я думал... хотя нет, ничего. — Нет, скажи мне! Что ты думал? — Не скажу, ты будешь надо мной смеяться. — Обещаю тебе не смеяться. Скажи! Он пригладил мне волосы, убрав кудряшки с уха. — Ну ладно. Я не знал, что это можно делать лицом к лицу. Я считал, что ты должна повернуться ко мне спиной... ну, понимаешь, как лошади... Сдержать обещание было очень трудно, однако я не засмеялась. — Я понимаю, что это звучит глупо, — сказал Джейми в свою защиту. — Просто... ну, ты наверное, знаешь, что если в молодости что засядет в голову, так уж крепко.

   — Это было так, как ты себе представлял? — с любопытством спросила я. — Почти, — он вдруг хихикнул мне в самое ухо. — Но я думал... хотя нет, ничего. — Нет, скажи мне! Что ты думал? — Не скажу, ты будешь надо мной смеяться. — Обещаю тебе не смеяться. Скажи! Он пригладил мне волосы, убрав кудряшки с уха. — Ну ладно. Я не знал, что это можно делать лицом к лицу. Я считал, что ты должна повернуться ко мне спиной... ну, понимаешь, как лошади... Сдержать обещание было очень трудно, однако я не засмеялась. — Я понимаю, что это звучит глупо, — сказал Джейми в свою защиту. — Просто... ну, ты наверное, знаешь, что если в молодости что засядет в голову, так уж крепко.

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
2. «

   О, кто сей несчастный, в железа забит, Что стонет, грозит, кандалами звенит? За что он закован — законный вопрос: Неужто и впрямь из-за цвета волос.

   О, кто сей несчастный, в железа забит, Что стонет, грозит, кандалами звенит? За что он закован — законный вопрос: Неужто и впрямь из-за цвета волос.

   — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
3. «

   Дженни взглянула на брата, которого не видела почти год, оглядев его с головы, мокрого от дождя, и до ног, заляпанных грязью, она указала рукой на дверь. — Выйди и сними обувь, — твердым голосом приказала она. — И если тебе придется побывать в поле, не забудь помочиться на дверной косяк при возвращении. Таким образом отвадишь от дома привидения, — пояснила она мне тихо, бросив быстрый взгляд на дверь, за которой только что скрылась Мэри Макнаб. Джейми, который успел повалиться в кресло, открыл один глази бросил на сестру хмурый взгляд: — Я высадился на берегу Шотландии чуть живой, четырехдневные скитания в пути основательно подорвали мои силы, я уже готов переступить порог дома, чтобы промочить горло, но тут мне велят отправиться на поиски каких-то овец и обшарить все окресности, утопая по колено в грязи... И вот, когда я наконец здесь, ты заставляешь меня снова отправиться на холод — писать на дверной косяк. Ха! И он опять закрыл глаза, сложил руки на груди и уселся поудобнее в кресло, всем своим видом демонстрируя протест против такого обращения. — Джейми, дорогой, — сладким голосом пропела сестра, — ты хочешь есть или мне отдать твой обед собакам? Какое-то время джейми сидел неподвижно, прикрыв глаза. Затем, присвистнув, покорно поднялся на ноги. Он шутливо толкнул плечом Айена, и они отправлись за дверь следом за Муртой, который был уже на улице. Проходя мимо сонного Фергюса, Джейми схватил его за руку, поднял на ноги и потащил за собой.

   Дженни взглянула на брата, которого не видела почти год, оглядев его с головы, мокрого от дождя, и до ног, заляпанных грязью, она указала рукой на дверь. — Выйди и сними обувь, — твердым голосом приказала она. — И если тебе придется побывать в поле, не забудь помочиться на дверной косяк при возвращении. Таким образом отвадишь от дома привидения, — пояснила она мне тихо, бросив быстрый взгляд на дверь, за которой только что скрылась Мэри Макнаб. Джейми, который успел повалиться в кресло, открыл один глази бросил на сестру хмурый взгляд: — Я высадился на берегу Шотландии чуть живой, четырехдневные скитания в пути основательно подорвали мои силы, я уже готов переступить порог дома, чтобы промочить горло, но тут мне велят отправиться на поиски каких-то овец и обшарить все окресности, утопая по колено в грязи... И вот, когда я наконец здесь, ты заставляешь меня снова отправиться на холод — писать на дверной косяк. Ха! И он опять закрыл глаза, сложил руки на груди и уселся поудобнее в кресло, всем своим видом демонстрируя протест против такого обращения. — Джейми, дорогой, — сладким голосом пропела сестра, — ты хочешь есть или мне отдать твой обед собакам? Какое-то время джейми сидел неподвижно, прикрыв глаза. Затем, присвистнув, покорно поднялся на ноги. Он шутливо толкнул плечом Айена, и они отправлись за дверь следом за Муртой, который был уже на улице. Проходя мимо сонного Фергюса, Джейми схватил его за руку, поднял на ноги и потащил за собой.

   — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
4. «

   Дитя мое, вы бы и святого соблазнили – а я-то далеко не святой!

   Дитя мое, вы бы и святого соблазнили – а я-то далеко не святой!

   — лорд Джон Грей · книга
5. «

   Да, такова Франция. Еда, вино и женщины.

   Да, такова Франция. Еда, вино и женщины.

   — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
6. «

   — Миссис Фрейзер, вы когда-нибудь пили сангрию? «Да» на моих устах сменилось вопросом: — Н-нет, а что это? Сангрию мне доводилось пить не раз на разнообразных вечеринках и посиделках как на факультете, так и в госпитале — в шестидесятые годы двадцатого века ее знали как вкусный напиток и любили, но ведь я была миссис Фрейзер из шотландии, где яввно не знали, что это и из чего ее делают, а часто не имели возиожности приобрести дорогие цитрусовые, входившие в ее состав.

   — Миссис Фрейзер, вы когда-нибудь пили сангрию? «Да» на моих устах сменилось вопросом: — Н-нет, а что это? Сангрию мне доводилось пить не раз на разнообразных вечеринках и посиделках как на факультете, так и в госпитале — в шестидесятые годы двадцатого века ее знали как вкусный напиток и любили, но ведь я была миссис Фрейзер из шотландии, где яввно не знали, что это и из чего ее делают, а часто не имели возиожности приобрести дорогие цитрусовые, входившие в ее состав.

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
7. «

   Многие горцы-вожди сражались, Много героев со смертью встречались. И приютила родная земля Тех, кто пал за закон и за короля.

   Многие горцы-вожди сражались, Много героев со смертью встречались. И приютила родная земля Тех, кто пал за закон и за короля.

   — Путешественница. Книга 1. Лабиринты судьбы · книга
8. «

   — А... э-э... ваш муж — я имею в виду Фрэнка, — поспешил добавить он. — Вы рассказывали ему... э-э... о... Но окончательно смутился и не договорил. — Конечно рассказывала! — холодно парировала я. — Как вы это себе представляете? Я появляюсь на пороге его кабинета после трехлетнего отсутствия и спрашиваю: «Здравствуй, милый, что бы ты хотел сегодня на ужин?»

   — А... э-э... ваш муж — я имею в виду Фрэнка, — поспешил добавить он. — Вы рассказывали ему... э-э... о... Но окончательно смутился и не договорил. — Конечно рассказывала! — холодно парировала я. — Как вы это себе представляете? Я появляюсь на пороге его кабинета после трехлетнего отсутствия и спрашиваю: «Здравствуй, милый, что бы ты хотел сегодня на ужин?»

   — Роджер Маккензи · книга
9. «

   В конце концов, думалось мне, что такое дни и недели перед лицом вечности? *...* Но если здесь присутствовала вечность или просто идея вечности, то, вероятно, Ансельм прав: всё возможно. И всё — любовь? Я задумалась. Когда-то я любила Фрэнка — я продолжала его любить. И я любила Джейми — больше собственной жизни. Ограниченная пределами времени и плоти, я не могла удержать обоих. А в потустороннем мире? Есть ли там место, где времени больше не существует или оно останавливается? Ансельм считает так. Место, где все возможно. И ничто не нужно. Существует ли там любовь? За пределами границ плоти и времени возможна ли любовь? Необходима ли она?

   В конце концов, думалось мне, что такое дни и недели перед лицом вечности? *...* Но если здесь присутствовала вечность или просто идея вечности, то, вероятно, Ансельм прав: всё возможно. И всё — любовь? Я задумалась. Когда-то я любила Фрэнка — я продолжала его любить. И я любила Джейми — больше собственной жизни. Ограниченная пределами времени и плоти, я не могла удержать обоих. А в потустороннем мире? Есть ли там место, где времени больше не существует или оно останавливается? Ансельм считает так. Место, где все возможно. И ничто не нужно. Существует ли там любовь? За пределами границ плоти и времени возможна ли любовь? Необходима ли она?

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
10. «

    Он навалился на меня, коленом раздвинув ноги, и я почувствовала, что поддаюсь — даже не ему, а себе. Двадцать семь лет хорошего воспитания уступили позиции тысячелетнему инстинкту. Разум восставал против того, чтобы мной овладели на голом камне, поблизости от спящих солдат, а тело с этим мирилось и, более того, отвечало на призыв.

    Он навалился на меня, коленом раздвинув ноги, и я почувствовала, что поддаюсь — даже не ему, а себе. Двадцать семь лет хорошего воспитания уступили позиции тысячелетнему инстинкту. Разум восставал против того, чтобы мной овладели на голом камне, поблизости от спящих солдат, а тело с этим мирилось и, более того, отвечало на призыв.

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
11. «

    Никто не знает, почему всё происходит именно так, — сказала она. — Вы не знаете, и я не знаю, и мы никогда не узнаем этого. Мы не знаем, потому что не можем сказать, чем всё этокончится — конца нет. Нельзя сказать: «Должно было случится именно это событие, и поэтому произошло всё остальное». То, что сделал Карл для шотландцев — было ли это неизбежно? Или его истинное предназначение быть тем, чем он сейчас и является — символом, иконой? Если бы не он, могла бы Шотландия выдержать двухсотлетний союз с Англией, сохранив до сих пор свою индивидуальность?

    Никто не знает, почему всё происходит именно так, — сказала она. — Вы не знаете, и я не знаю, и мы никогда не узнаем этого. Мы не знаем, потому что не можем сказать, чем всё этокончится — конца нет. Нельзя сказать: «Должно было случится именно это событие, и поэтому произошло всё остальное». То, что сделал Карл для шотландцев — было ли это неизбежно? Или его истинное предназначение быть тем, чем он сейчас и является — символом, иконой? Если бы не он, могла бы Шотландия выдержать двухсотлетний союз с Англией, сохранив до сих пор свою индивидуальность?

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
12. «

    — Правда? — спросил герцог. — Тогда скажите, милорд, что вы чувствуете, глядя на такие сцены? Джейми улыбнулся уголком рта, творая половина лица, обращенная к герцогу, сохраняла серьезное выражение. — Свою неполноценность, ваше сиятельство, — ответил он.

    — Правда? — спросил герцог. — Тогда скажите, милорд, что вы чувствуете, глядя на такие сцены? Джейми улыбнулся уголком рта, творая половина лица, обращенная к герцогу, сохраняла серьезное выражение. — Свою неполноценность, ваше сиятельство, — ответил он.

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
13. «

    — Ту заметку я увидел раньше Брианны. И решил, что бесполезно что-то предпринимать. Поэтому... я скрыл свою находку. Так что знайте. Я не хотел, чтобы она вас искала. Я пытался ее удержать. Думал, это слишком опасно. И... я боялся ее потерять. Как ни странно, теперь Джейми смотрел на Роджера с большей приязнью. — Ты пытался удержать ее... Зачем? Чтобы уберечь? Тот кивнул и несколько расслабился. — Так вы меня понимаете? — О да. Впервые слышу о тебе что-то хорошее, парень.

    — Ту заметку я увидел раньше Брианны. И решил, что бесполезно что-то предпринимать. Поэтому... я скрыл свою находку. Так что знайте. Я не хотел, чтобы она вас искала. Я пытался ее удержать. Думал, это слишком опасно. И... я боялся ее потерять. Как ни странно, теперь Джейми смотрел на Роджера с большей приязнью. — Ты пытался удержать ее... Зачем? Чтобы уберечь? Тот кивнул и несколько расслабился. — Так вы меня понимаете? — О да. Впервые слышу о тебе что-то хорошее, парень.

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
14. «

    Да кто мы такие, чтобы вмешиваться в ход истории, изменять не свои судьбы, но судьбы принцев и крестьян, всего шотландского народа?

    Да кто мы такие, чтобы вмешиваться в ход истории, изменять не свои судьбы, но судьбы принцев и крестьян, всего шотландского народа?

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
15. «

    — Дело в миссис Элдердайс. Я не слеп, хоть и не столь проницателен, как ваша тетушка, потому и впрямь заметил, как она на вас смотрит. Однако, боюсь, вы неправильно истолковали ее взгляды. Это не оскорбленная невинность, вовсе нет. Это жажда внуков. — Что-что? — Жажда внуков, — повторил лорд Джон и тоже сел прямо, болтая по стенкам стакана золотистый алкоголь. — Ну, вы поняли — желание старой женщины нянчить внуков, пичкать их конфетами, ужасно баловать и всячески портить.

    — Дело в миссис Элдердайс. Я не слеп, хоть и не столь проницателен, как ваша тетушка, потому и впрямь заметил, как она на вас смотрит. Однако, боюсь, вы неправильно истолковали ее взгляды. Это не оскорбленная невинность, вовсе нет. Это жажда внуков. — Что-что? — Жажда внуков, — повторил лорд Джон и тоже сел прямо, болтая по стенкам стакана золотистый алкоголь. — Ну, вы поняли — желание старой женщины нянчить внуков, пичкать их конфетами, ужасно баловать и всячески портить.

    — лорд Джон Грей · книга
16. «

    Обдумывая свой рассказ, я припомнила, что говорил мне Фрэнк о подготовке офицеров к допросу в руках противника – их обучали этому на специальных курсах. Самое главное заключалось в том, чтобы держаться по возможности ближе к правде, изменяя лишь те детали, которые нужно было держать в секрете. Это уменьшает шанс попасться на какой-нибудь незначительной подробности легенды.

    Обдумывая свой рассказ, я припомнила, что говорил мне Фрэнк о подготовке офицеров к допросу в руках противника – их обучали этому на специальных курсах. Самое главное заключалось в том, чтобы держаться по возможности ближе к правде, изменяя лишь те детали, которые нужно было держать в секрете. Это уменьшает шанс попасться на какой-нибудь незначительной подробности легенды.

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
17. «

    Второй слуга держал руки девушки, пока первый достаточно раскалил клейма и прижал их к верхней части ее правой груди. Бедняжка возопила. На ее крик обернулись несколько человек, но торговля продолжилась. на груди девушки остались две литеры «Х. Б.». Так мне довелось увидеть жестокий и бесчеловечный обряд клеймения.

    Второй слуга держал руки девушки, пока первый достаточно раскалил клейма и прижал их к верхней части ее правой груди. Бедняжка возопила. На ее крик обернулись несколько человек, но торговля продолжилась. на груди девушки остались две литеры «Х. Б.». Так мне довелось увидеть жестокий и бесчеловечный обряд клеймения.

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
18. «

    — Выходит, теперь пишут книги, в которых рассказывают молодым женщинам, как... Какой кошмар! — Почему? — спросила она. — Как бы еще я узнала, что делать? Роджер провел рукой по лицу, не находя слов. Если бы его спросили за час до того, он бы решительно высказался в пользу равенства полов. Теперь же ему, как сыну пресвитерианского священника, казалось, что порядочная молодая женщина и в самом деле должна быть невеждой в первую брачную ночь.

    — Выходит, теперь пишут книги, в которых рассказывают молодым женщинам, как... Какой кошмар! — Почему? — спросила она. — Как бы еще я узнала, что делать? Роджер провел рукой по лицу, не находя слов. Если бы его спросили за час до того, он бы решительно высказался в пользу равенства полов. Теперь же ему, как сыну пресвитерианского священника, казалось, что порядочная молодая женщина и в самом деле должна быть невеждой в первую брачную ночь.

    — Роджер Маккензи · книга
19. «

    Когда будете рубить репу для хаггиса, не выкидывайте ботву. Заварите ее и давайте понемногу детям. И сами пейте — молока будет больше. Майри Бэкхем, прижимая ребенка к груди, кивнула, старательно запоминая рецепт. Я так и не смогла убедить шотландцев, что надо есть свежую зелень, но время от времени мне выпадал шанс добавить немного витамина С в чей-нибудь рацион, традиционно состоявший из овсянки и оленины. Я даже заставила Джейми съесть у всех на виду целую тарелку помидоров. Впрочем, без особых результатов. Как мне кто-то признался, легендарный Макдью запросто способен питаться любой отравой, которая тотчас убыла бы простого смертного.

    Когда будете рубить репу для хаггиса, не выкидывайте ботву. Заварите ее и давайте понемногу детям. И сами пейте — молока будет больше. Майри Бэкхем, прижимая ребенка к груди, кивнула, старательно запоминая рецепт. Я так и не смогла убедить шотландцев, что надо есть свежую зелень, но время от времени мне выпадал шанс добавить немного витамина С в чей-нибудь рацион, традиционно состоявший из овсянки и оленины. Я даже заставила Джейми съесть у всех на виду целую тарелку помидоров. Впрочем, без особых результатов. Как мне кто-то признался, легендарный Макдью запросто способен питаться любой отравой, которая тотчас убыла бы простого смертного.

    — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
20. «

    Знаешь, дитя мое, я заметила удивительную вещь: сколько бы времени ни прошло, мать всегда будет считать ребенка именно ребенком, сколько бы лет ему ни было. Мать помнит его при рождении, помнит его первые слова и шаги, может воскресить в памяти любое событие, связанное с дитятей, поэтому даже когда ее ребенок имеет своих детей, ее отношение к нему не меняется и остается материнским, — задумчиво произнесла монахиня. — Для матерей времени не существует.

    Знаешь, дитя мое, я заметила удивительную вещь: сколько бы времени ни прошло, мать всегда будет считать ребенка именно ребенком, сколько бы лет ему ни было. Мать помнит его при рождении, помнит его первые слова и шаги, может воскресить в памяти любое событие, связанное с дитятей, поэтому даже когда ее ребенок имеет своих детей, ее отношение к нему не меняется и остается материнским, — задумчиво произнесла монахиня. — Для матерей времени не существует.

    — матушка Хильдегард · книга