72 фразы Дина Кунца для статуса

Дин Кунц — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 72 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Злость — надёжная защита, но она не даёт ни единого шанса на окончательную победу. Злость лечит, но не излечивает, временно снимает боль, но не выдергивает шип, который является её причиной.

   Злость — надёжная защита, но она не даёт ни единого шанса на окончательную победу. Злость лечит, но не излечивает, временно снимает боль, но не выдергивает шип, который является её причиной.

   — До рая подать рукой · книга
2. «

   Каждый день моей работы, направленной на достижение цели, и есть мечта. Главное — процесс, а не конечный результат.

   Каждый день моей работы, направленной на достижение цели, и есть мечта. Главное — процесс, а не конечный результат.

   — Странный Томас · книга
3. «

   На индивидуальном уровне состояние человека изменяется день ото дня, даже от часа к часу, а поглощенный жалостью к себе из-за неудачи, ты можешь упустить возможность стать триумфатором. И на каждый акт бесчеловечности люди совершают сотни добрых дел. Поэтому, если уж тебе дана способность думать, лучше думать о доброте, которую люди проявляют по отношению друг к другу, даже в обществе, где культурная элита насмехается над добродетелью и восхваляет жестокость.

   На индивидуальном уровне состояние человека изменяется день ото дня, даже от часа к часу, а поглощенный жалостью к себе из-за неудачи, ты можешь упустить возможность стать триумфатором. И на каждый акт бесчеловечности люди совершают сотни добрых дел. Поэтому, если уж тебе дана способность думать, лучше думать о доброте, которую люди проявляют по отношению друг к другу, даже в обществе, где культурная элита насмехается над добродетелью и восхваляет жестокость.

   — При свете луны · книга
4. «

   Всё это не сон, а реальность, потому что реальность — это то, что мы носим в наших сердцах.

   Всё это не сон, а реальность, потому что реальность — это то, что мы носим в наших сердцах.

   — Тик-так · книга
5. «

   Что бы ни случилось, нужно помнить — это всего лишь жизнь, и мы прорвемся!

   Что бы ни случилось, нужно помнить — это всего лишь жизнь, и мы прорвемся!

   — Тёмные реки сердца · книга
6. «

   В его годы самое время почувствовать, что жизнь – не Диснейленд.

   В его годы самое время почувствовать, что жизнь – не Диснейленд.

   — Плохое место · книга
7. «

   Чтение дает человеку возможность ухода от реальности, поскольку, открыв книгу, я погружаюсь в нее без остатка. Это единственная причина, по которой в детстве я не убежал из родного дома.

   Чтение дает человеку возможность ухода от реальности, поскольку, открыв книгу, я погружаюсь в нее без остатка. Это единственная причина, по которой в детстве я не убежал из родного дома.
8. «

   Когда имеешь дело с правительством, не приходится уповать на закон. Ведь эти люди сами решают, что законно, а что незаконно. Это все равно, что играть в покер с самим Господом Богом.

   Когда имеешь дело с правительством, не приходится уповать на закон. Ведь эти люди сами решают, что законно, а что незаконно. Это все равно, что играть в покер с самим Господом Богом.

   — Эрни · книга
9. «

   Единственным, совершенно бескорыстным другом человека в этом корыстном мире, другом, который никогда не покинет его, который никогда не бывает неблагодарным и не предаст его, является собака. Собака останется рядом с человеком в богатстве и бедности, в здравии и болезни. Она будет спать на холодной земле, где дуют зимние ветры и яростно метёт снег, только бы быть рядом с хозяином. Собака будет целовать ему руку, даже если эта рука не может дать ей еды; она будет зализывать раны и царапины — результат столкновений с жестокостью окружающего мира. Собака охраняет сон своего нищего хозяина так же ревностно, как если бы он был принцем. Когда уходят все остальные друзья, этот останется. Когда все богатства улетучатся и всё разваливается на куски, собака так же постоянна в своей любви, как солнце, шествующее по небу.

   Единственным, совершенно бескорыстным другом человека в этом корыстном мире, другом, который никогда не покинет его, который никогда не бывает неблагодарным и не предаст его, является собака. Собака останется рядом с человеком в богатстве и бедности, в здравии и болезни. Она будет спать на холодной земле, где дуют зимние ветры и яростно метёт снег, только бы быть рядом с хозяином. Собака будет целовать ему руку, даже если эта рука не может дать ей еды; она будет зализывать раны и царапины — результат столкновений с жестокостью окружающего мира. Собака охраняет сон своего нищего хозяина так же ревностно, как если бы он был принцем. Когда уходят все остальные друзья, этот останется. Когда все богатства улетучатся и всё разваливается на куски, собака так же постоянна в своей любви, как солнце, шествующее по небу.

   — Ангелы-хранители · книга
10. «

    Владимир Набоков как-то сказал, что злыми гениями XX столетия были Карл Маркс и Зигмунд Фрейд. Он был абсолютно прав.

    Владимир Набоков как-то сказал, что злыми гениями XX столетия были Карл Маркс и Зигмунд Фрейд. Он был абсолютно прав.
11. «

    — Крепко спал? — Как убитый. — Что-то не похоже. — На убитого?

    — Крепко спал? — Как убитый. — Что-то не похоже. — На убитого?

    — Конни Дэвис · книга
12. «

    Любовь – это миф.

    Любовь – это миф.

    — Ключи к полуночи · книга
13. «

    В неудаче заложено зёрнышко, из которого вырастет будущий триумф.

    В неудаче заложено зёрнышко, из которого вырастет будущий триумф.

    — мать Кертиса · книга
14. «

    Для него воспоминания были дорогой, ведущей лишь в одном направлении – к той летней ночи, когда ему было четырнадцать; когда темный мир стал еще темнее; когда все, что он знал, обернулось фальшью; когда умерла надежда, а его постоянным спутником стал страх перед судьбой; когда он проснулся от неумолкающего крика филина, чей невысказанный вопрос так и остался главным вопросом его жизни.

    Для него воспоминания были дорогой, ведущей лишь в одном направлении – к той летней ночи, когда ему было четырнадцать; когда темный мир стал еще темнее; когда все, что он знал, обернулось фальшью; когда умерла надежда, а его постоянным спутником стал страх перед судьбой; когда он проснулся от неумолкающего крика филина, чей невысказанный вопрос так и остался главным вопросом его жизни.

    — Тёмные реки сердца · книга
15. «

    Работа — это жаба, сидящая на наших жизнях.

    Работа — это жаба, сидящая на наших жизнях.

    — Подозреваемый · книга
16. «

    Я лежу без сна до пяти или шести утра. Иногда, как сейчас, я заставляю себя вспоминать.

    Я лежу без сна до пяти или шести утра. Иногда, как сейчас, я заставляю себя вспоминать.

    — Мышка за стенкой скребется всю ночь · книга
17. «

    Безумцам недостаёт самообладания. Им везде чудятся заговоры, и своё безумие они проявляют в иррациональной злобе, в нелепых страхах. Истинно безумные люди не знают, что у них больная психика, а потому не нуждаются в том, чтобы носить маску.

    Безумцам недостаёт самообладания. Им везде чудятся заговоры, и своё безумие они проявляют в иррациональной злобе, в нелепых страхах. Истинно безумные люди не знают, что у них больная психика, а потому не нуждаются в том, чтобы носить маску.

    — Подозреваемый · книга
18. «

    Мы смеемся и плачем, и кровь у нас того же цвета, что и у всех.

    Мы смеемся и плачем, и кровь у нас того же цвета, что и у всех.

    — Ключи к полуночи · книга
19. «

    Мир — одно большое игровое поле, и единственная цель состоит в том, чтобы остаться в игре.

    Мир — одно большое игровое поле, и единственная цель состоит в том, чтобы остаться в игре.

    — Ложная память · книга
20. «

    — Что подумал бы о нас Сэм Спейд? — Сэм Спейд может идти к дьяволу. — А что подумает Филип Марло? — Филип Марло может идти к дьяволу. — А наш клиент? — Наш клиент тоже может идти к дьяволу. — Дорогая, обычно говорят совсем не так. — Знаю, но я всё-таки дама.

    — Что подумал бы о нас Сэм Спейд? — Сэм Спейд может идти к дьяволу. — А что подумает Филип Марло? — Филип Марло может идти к дьяволу. — А наш клиент? — Наш клиент тоже может идти к дьяволу. — Дорогая, обычно говорят совсем не так. — Знаю, но я всё-таки дама.

    — Плохое место · книга