95 цитат Дина Кунца

Дин Кунц — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 95 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Между рождением и похоронами мы живем в комедии Тайн. Если вы не думаете, что жизнь загадочна, если верите, что все предопределено, тогда вы не обращаете внимания на происходящее вокруг или делаете себе наркоз спиртным, наркотиками, подбадривающей идеологией.

   Между рождением и похоронами мы живем в комедии Тайн. Если вы не думаете, что жизнь загадочна, если верите, что все предопределено, тогда вы не обращаете внимания на происходящее вокруг или делаете себе наркоз спиртным, наркотиками, подбадривающей идеологией.

   — Апокалипсис Томаса · книга
2. «

   Не говори мне. Говори со мной.

   Не говори мне. Говори со мной.

   — При свете луны · книга
3. «

   Каждый день моей работы, направленной на достижение цели, и есть мечта. Главное — процесс, а не конечный результат.

   Каждый день моей работы, направленной на достижение цели, и есть мечта. Главное — процесс, а не конечный результат.

   — Странный Томас · книга
4. «

   Нас хоронят, когда мы рождаемся. Мир — это кладбище с могилами занятыми и могилами будущими. Жизнь — период ожидания встречи с могильщиком.

   Нас хоронят, когда мы рождаемся. Мир — это кладбище с могилами занятыми и могилами будущими. Жизнь — период ожидания встречи с могильщиком.

   — Апокалипсис Томаса · книга
5. «

   Работа — это жаба, сидящая на наших жизнях.

   Работа — это жаба, сидящая на наших жизнях.

   — Подозреваемый · книга
6. «

   Из всех ощущений, доступных нашему телу и затрагивающих разум, сильная боль — самое чистое, потому что она изгоняет все из нашего сознания и заставляет сосредотачиваться только ней. В иной ситуации мы никогда не можем достичь подобного эффекта.

   Из всех ощущений, доступных нашему телу и затрагивающих разум, сильная боль — самое чистое, потому что она изгоняет все из нашего сознания и заставляет сосредотачиваться только ней. В иной ситуации мы никогда не можем достичь подобного эффекта.

   — Тёмные реки сердца · книга
7. «

   Люди со здоровыми руками и ногами вообще относятся к инвалидам с предубеждением, им кажется, что паралич рук и ног не может не отразиться на голове.

   Люди со здоровыми руками и ногами вообще относятся к инвалидам с предубеждением, им кажется, что паралич рук и ног не может не отразиться на голове.

   — Полночь · книга
8. «

   Дождь омывал мир, и этот шелест казался очищающим, хотя некоторые пятна отмыть невозможно никогда.

   Дождь омывал мир, и этот шелест казался очищающим, хотя некоторые пятна отмыть невозможно никогда.

   — Тёмные реки сердца · книга
9. «

   Безумцам недостаёт самообладания. Им везде чудятся заговоры, и своё безумие они проявляют в иррациональной злобе, в нелепых страхах. Истинно безумные люди не знают, что у них больная психика, а потому не нуждаются в том, чтобы носить маску.

   Безумцам недостаёт самообладания. Им везде чудятся заговоры, и своё безумие они проявляют в иррациональной злобе, в нелепых страхах. Истинно безумные люди не знают, что у них больная психика, а потому не нуждаются в том, чтобы носить маску.

   — Подозреваемый · книга
10. «

    Иногда совсем неплохо быть одним из «братьев наших меньших», подумал Сэм. Жить, как подсказывают органы чувств, ни о чём не задумываться. Или взять тот же компьютер — другую крайность... совершенный электронный мозг, холодный расчёт, и никаких тебе чувств. Никто, кроме людей, не несёт на себе двойное бремя интеллекта и чувств, это страшно усложняет жизнь; вы либо постоянно думаете о своих чувствах вместо того, чтобы действовать инстинктивно, либо стараетесь понять, какое чувство вы должны испытывать в данной ситуации. Ваши мысли и суждения неизбежно окрашены эмоциями — причём некоторые из них находятся на уровне подсознания, и вы не можете даже до конца понять, почему вы выбрали то или иное решение, так или иначе поступили. Чувства затуманивают разум, но если вы попытаетесь разобраться в них, то они ускользают от вас. Глубоко чувствовать и одновременно ясно мыслить — это то же самое, что проехать на одноколёсном велосипеде по проволоке, натянутой на головокружительной высоте, да ещё при этом жонглировать шестью гимнастическими булавами.

    Иногда совсем неплохо быть одним из «братьев наших меньших», подумал Сэм. Жить, как подсказывают органы чувств, ни о чём не задумываться. Или взять тот же компьютер — другую крайность... совершенный электронный мозг, холодный расчёт, и никаких тебе чувств. Никто, кроме людей, не несёт на себе двойное бремя интеллекта и чувств, это страшно усложняет жизнь; вы либо постоянно думаете о своих чувствах вместо того, чтобы действовать инстинктивно, либо стараетесь понять, какое чувство вы должны испытывать в данной ситуации. Ваши мысли и суждения неизбежно окрашены эмоциями — причём некоторые из них находятся на уровне подсознания, и вы не можете даже до конца понять, почему вы выбрали то или иное решение, так или иначе поступили. Чувства затуманивают разум, но если вы попытаетесь разобраться в них, то они ускользают от вас. Глубоко чувствовать и одновременно ясно мыслить — это то же самое, что проехать на одноколёсном велосипеде по проволоке, натянутой на головокружительной высоте, да ещё при этом жонглировать шестью гимнастическими булавами.

    — Полночь · книга
11. «

    Я помню, как мы оторвались друг от друга и поняли, что короткие минуты единства, мимолетные секунды тесной, влажной близости лишь сильнее подчеркивали одиночество остального времени.

    Я помню, как мы оторвались друг от друга и поняли, что короткие минуты единства, мимолетные секунды тесной, влажной близости лишь сильнее подчеркивали одиночество остального времени.

    — Мышка за стенкой скребется всю ночь · книга
12. «

    Мир — одно большое игровое поле, и единственная цель состоит в том, чтобы остаться в игре.

    Мир — одно большое игровое поле, и единственная цель состоит в том, чтобы остаться в игре.

    — Ложная память · книга
13. «

    Намерения наши хорошие, мы желаем друг другу добра, и мы стараемся, видит Бог, стараемся, но в нас есть какая-то червоточина, и с этой червоточиной мы должны бороться постоянно, каждую минуту, иначе она распространится и поглотит нас, и мы боремся, но иногда проигрываем.

    Намерения наши хорошие, мы желаем друг другу добра, и мы стараемся, видит Бог, стараемся, но в нас есть какая-то червоточина, и с этой червоточиной мы должны бороться постоянно, каждую минуту, иначе она распространится и поглотит нас, и мы боремся, но иногда проигрываем.

    — Дверь в декабрь · книга
14. «

    Верить нельзя никому, почти никому. Даже друзьям. Люди, которые говорят, что любят тебя, самые худшие, самые опасные, самые ненадежные из всех. Люди, которые говорят, что любят тебя, воспользуются тобой, как только предоставится возможность. Ты должен всегда помнить, что они только ждут момента, чтобы поймать тебя. Любовь — это трюк. Маска. Способ заставить тебя ослабить контроль. Никогда не ослабляй контроль. Никогда.

    Верить нельзя никому, почти никому. Даже друзьям. Люди, которые говорят, что любят тебя, самые худшие, самые опасные, самые ненадежные из всех. Люди, которые говорят, что любят тебя, воспользуются тобой, как только предоставится возможность. Ты должен всегда помнить, что они только ждут момента, чтобы поймать тебя. Любовь — это трюк. Маска. Способ заставить тебя ослабить контроль. Никогда не ослабляй контроль. Никогда.

    — Рой Борден · книга
15. «

    — Ты не веришь в реинкарнацию. — Я не верю и в налоги, однако плачу их.

    — Ты не веришь в реинкарнацию. — Я не верю и в налоги, однако плачу их.

    — Странный Томас · книга
16. «

    Но я должен думать об этом, разве не так? Я хочу сказать, если и есть какой-то конец воспоминаниям, если я когда-либо приму случившееся, я должен пропускать его через себя снова и снова, пока оно не лишится всех своих красок. Всех красок и острых краев и боли. Возможно, повторение есть мать приятия.

    Но я должен думать об этом, разве не так? Я хочу сказать, если и есть какой-то конец воспоминаниям, если я когда-либо приму случившееся, я должен пропускать его через себя снова и снова, пока оно не лишится всех своих красок. Всех красок и острых краев и боли. Возможно, повторение есть мать приятия.

    — Мышка за стенкой скребется всю ночь · книга
17. «

    Но порой, когда уже нет надежды на помощь кого-либо из нашего мира, случается чудо, и приходит кто-то из дальнего далека, и тогда остается лишь поверить в реальность Невозможного.

    Но порой, когда уже нет надежды на помощь кого-либо из нашего мира, случается чудо, и приходит кто-то из дальнего далека, и тогда остается лишь поверить в реальность Невозможного.

    — Дин Кунц · книга
18. «

    Мы смеемся и плачем, и кровь у нас того же цвета, что и у всех.

    Мы смеемся и плачем, и кровь у нас того же цвета, что и у всех.

    — Ключи к полуночи · книга
19. «

    Всё это не сон, а реальность, потому что реальность — это то, что мы носим в наших сердцах.

    Всё это не сон, а реальность, потому что реальность — это то, что мы носим в наших сердцах.

    — Тик-так · книга
20. «

    Время – деньги, возможно, это банальность, но также и истина.

    Время – деньги, возможно, это банальность, но также и истина.

    — Ключи к полуночи · книга