122 мыслей Дины Рубины без воды

Подборка из 122 цитаты Дины Рубины: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — У меня это в голове не укладывается! — Сложите вчетверо – уложится…

   — У меня это в голове не укладывается! — Сложите вчетверо – уложится…

   — Джентльмены и собаки · книга
2. «

   …Когда я сильно устаю, я вспоминаю вязкий мед ташкентского солнца… Керамический блеск виноградных листьев, тяжелые брусы янтарных, слёзных на срезе, сушеных дынь, светящуюся изнутри золотую плоть абрикосов, сладкую истому черной виноградной кисти с желтыми крапинами роящихся ос. Из дому надо выходить с запасом тепла… – мне до сих пор тепло, благодарение Создателю. Солнечное свечение дня… Солнечная, безлюдная сторона улицы… Карагачи, платаны, тополя – в лавине солнечного света. Мне до сих пор тепло.

   …Когда я сильно устаю, я вспоминаю вязкий мед ташкентского солнца… Керамический блеск виноградных листьев, тяжелые брусы янтарных, слёзных на срезе, сушеных дынь, светящуюся изнутри золотую плоть абрикосов, сладкую истому черной виноградной кисти с желтыми крапинами роящихся ос. Из дому надо выходить с запасом тепла… – мне до сих пор тепло, благодарение Создателю. Солнечное свечение дня… Солнечная, безлюдная сторона улицы… Карагачи, платаны, тополя – в лавине солнечного света. Мне до сих пор тепло.

   — На солнечной стороне улицы · книга
3. «

   ...во взглядах многолетних супругов всегда содержится нечто большее, чем любовь или бытовая привязанность: в них содержатся годы, тысячи проспанных вместе ночей...

   ...во взглядах многолетних супругов всегда содержится нечто большее, чем любовь или бытовая привязанность: в них содержатся годы, тысячи проспанных вместе ночей...

   — Синдром Петрушки · книга
4. «

   Знаете, человека надо жалеть и никогда не взваливать на него непосильную нравственную ношу…

   Знаете, человека надо жалеть и никогда не взваливать на него непосильную нравственную ношу…

   — Мирьям · книга
5. «

   — А можно я буду звонить тебе, когда мне будет не слишком весело? — спросил он небрежно, прищурившись. — Нет, — сказала я. — Лучше я позвоню вам, когда мне будет не слишком грустно...

   — А можно я буду звонить тебе, когда мне будет не слишком весело? — спросил он небрежно, прищурившись. — Нет, — сказала я. — Лучше я позвоню вам, когда мне будет не слишком грустно...

   — Астральный полет души на уроке физики · книга
6. «

   Знаешь, наверное, и с людьми бывает: в конце концов мечтаешь, чтобы все тебя оставили в покое и перестали с тобой бороться.

   Знаешь, наверное, и с людьми бывает: в конце концов мечтаешь, чтобы все тебя оставили в покое и перестали с тобой бороться.

   — Русская канарейка. Голос · книга
7. «

   – Почему она уехала? – Потому что я не держал ее, и она это чувствовала. Мы вообще были дружками и были абсолютно друг от друга свободны. Просто жили вместе, зная, что каждый может уйти когда вздумается… Бывало, она возвращалась под утро, или я уходил и пропадал по три дня… Так у нас было заведено, и никому в голову не могло прийти требовать отчета – где и с кем другой проводит время… – Вы любили ее?... – Не знаю… тут другое… как это объяснить… Это вот точно так, как ты знаешь, что на верхней полке книжного шкафа нужно вытереть пыль. Ее надо вытереть, и ты это знаешь, но есть ведь дела и поважнее. Проходит день за днем, тебя уже раздражает то, что надо вытереть пыль. И вот ты наконец ставишь стул, берешь тряпку, влезаешь на стул, чтобы вытереть пыль… И вдруг обнаруживаешь цветок в горшке, о котором совсем забыл, забыл его поливать, а он взял и умер… Понимаете?

   – Почему она уехала? – Потому что я не держал ее, и она это чувствовала. Мы вообще были дружками и были абсолютно друг от друга свободны. Просто жили вместе, зная, что каждый может уйти когда вздумается… Бывало, она возвращалась под утро, или я уходил и пропадал по три дня… Так у нас было заведено, и никому в голову не могло прийти требовать отчета – где и с кем другой проводит время… – Вы любили ее?... – Не знаю… тут другое… как это объяснить… Это вот точно так, как ты знаешь, что на верхней полке книжного шкафа нужно вытереть пыль. Ее надо вытереть, и ты это знаешь, но есть ведь дела и поважнее. Проходит день за днем, тебя уже раздражает то, что надо вытереть пыль. И вот ты наконец ставишь стул, берешь тряпку, влезаешь на стул, чтобы вытереть пыль… И вдруг обнаруживаешь цветок в горшке, о котором совсем забыл, забыл его поливать, а он взял и умер… Понимаете?

   — Шарфик · книга
8. «

   — Лиза, — проговорил я, — ты знаешь, что я тебя люблю? Мне (...) эти слова всегда казались такими маленькими, тусклыми киношными словцами. Разве могли они как-то выразить, хоть как-то передать... Наверное, поэтому я никогда их не произносил, чтобы не повторять, не уподобляться, не становиться в миллионный ряд упоминающих всуе.

   — Лиза, — проговорил я, — ты знаешь, что я тебя люблю? Мне (...) эти слова всегда казались такими маленькими, тусклыми киношными словцами. Разве могли они как-то выразить, хоть как-то передать... Наверное, поэтому я никогда их не произносил, чтобы не повторять, не уподобляться, не становиться в миллионный ряд упоминающих всуе.

   — Синдром Петрушки · книга
9. «

   В конце концов, разве писатель не в книгах остаëтся? Все остальное – туристическая суета. Ну, был, ну, пил, ну, волочился за какой-нибудь юбкой…

   В конце концов, разве писатель не в книгах остаëтся? Все остальное – туристическая суета. Ну, был, ну, пил, ну, волочился за какой-нибудь юбкой…

   — Больно только когда смеюсь · книга
10. «

    В пустой квартире тоже есть своя эстетика. Ожидание новой жизни.

    В пустой квартире тоже есть своя эстетика. Ожидание новой жизни.

    — На солнечной стороне улицы · книга
11. «

    ...настоящая музыка — это, пацан, настоящая тоска. Особенно когда дело касается фагота, который поет лишь о том, что было и вернуть невозможно.

    ...настоящая музыка — это, пацан, настоящая тоска. Особенно когда дело касается фагота, который поет лишь о том, что было и вернуть невозможно.

    — Почерк Леонардо · книга
12. «

    Надо влюбляться, сходить с ума, назначать свидания, задыхаться, тряся грудью бежать к метро! Да — возраст, да — недостатки кальция, фтора, чего там еще... у каждого своя гормональная история. Но душе-то все равно пятнадцать лет!

    Надо влюбляться, сходить с ума, назначать свидания, задыхаться, тряся грудью бежать к метро! Да — возраст, да — недостатки кальция, фтора, чего там еще... у каждого своя гормональная история. Но душе-то все равно пятнадцать лет!

    — Несколько торопливых слов любви · книга
13. «

    Ты изумишься — сколько идиотов приходится на одного здравомыслящего человека!

    Ты изумишься — сколько идиотов приходится на одного здравомыслящего человека!

    — Синдикат · книга
14. «

    Что, говорил, тебя в ней смущает — ее отстраненность, нездешность? Это, говорил, из-за широкого охвата зрения. Ну вот скажи — на какое расстояние видит муравей? А орел? Поэтому муравей несет в муравейник соринку. А орел парит в холодной вышине. Как ты думаешь, говорил, может орел любить муравья? Он может его только жалеть, потому что видит весь путь его до муравейника, где его раздавит бутса бодрого туриста с веселой песней на губах — солнышко лесное...

    Что, говорил, тебя в ней смущает — ее отстраненность, нездешность? Это, говорил, из-за широкого охвата зрения. Ну вот скажи — на какое расстояние видит муравей? А орел? Поэтому муравей несет в муравейник соринку. А орел парит в холодной вышине. Как ты думаешь, говорил, может орел любить муравья? Он может его только жалеть, потому что видит весь путь его до муравейника, где его раздавит бутса бодрого туриста с веселой песней на губах — солнышко лесное...

    — Почерк Леонардо · книга
15. «

    О чем бы ни рассказывал писатель, история его жизни и история его души – единственный сюжет, который он пишет, пока дышит.

    О чем бы ни рассказывал писатель, история его жизни и история его души – единственный сюжет, который он пишет, пока дышит.

    — Больно только когда смеюсь · книга
16. «

    С годами жизнь отнимает у человека главное — предвкушение.

    С годами жизнь отнимает у человека главное — предвкушение.

    — Синдикат · книга
17. «

    … Писали в те годы пером да чернилами, с непременным лиловым нажимом тут, завитком там, с правильными округлостями и вытянутыми петлями, с наклоном да с потягом, с виноградными усиками, цепляющими ягодку соседней буквы, с крепкими сяжками твёрдых согласных, с запятой-головастиком, что и сама было произведением искусства.

    … Писали в те годы пером да чернилами, с непременным лиловым нажимом тут, завитком там, с правильными округлостями и вытянутыми петлями, с наклоном да с потягом, с виноградными усиками, цепляющими ягодку соседней буквы, с крепкими сяжками твёрдых согласных, с запятой-головастиком, что и сама было произведением искусства.

    — Русская канарейка. Желтухин · книга
18. «

    – У Вас религиозный муж, а собственные взаимоотношения с иудаизмом? – Как с папой. Даже если с чем-то не согласна, лучше промолчать и сделать, как он требует. Все равно потом выясняется, что он был прав.

    – У Вас религиозный муж, а собственные взаимоотношения с иудаизмом? – Как с папой. Даже если с чем-то не согласна, лучше промолчать и сделать, как он требует. Все равно потом выясняется, что он был прав.

    — Больно только когда смеюсь · книга
19. «

    Женщина должна быть статуэткой, а не Эйфелевой башней.

    Женщина должна быть статуэткой, а не Эйфелевой башней.

    — Когда же пойдёт снег? · книга
20. «

    Я всегда была заметной ученицей — в том смысле, что вечно на «заметке».

    Я всегда была заметной ученицей — в том смысле, что вечно на «заметке».

    — На солнечной стороне улицы · книга