Дина Рубина: 162 фразы, которые разошлись на цитаты

Подборка из 162 цитаты Дины Рубины: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Нет ничего тошнее протокольной правды. Да и у правды много одежд и много лиц. У неё оч-чень оснащённая гримёрка! <...> — Не понимаю! Мне, наоборот, из каждого мига жизни нужно извлечь ядро правды, хотя бы зёрнышко. Но — правды голой, без одежд, без грима. Ухитрилась извлечь зёрнышко правды — тогда он навсегда остался, этот миг. А не удалось, — ну, значит... всё зря. — Что зря? — Тогда он погас, миг жизни, — спокойно пояснила она. — Ушёл, развеялся... Ведь его нельзя воспроизвести, как какую-нибудь оперную постановку. Жизнь не терпит дублей.

   — Нет ничего тошнее протокольной правды. Да и у правды много одежд и много лиц. У неё оч-чень оснащённая гримёрка! <...> — Не понимаю! Мне, наоборот, из каждого мига жизни нужно извлечь ядро правды, хотя бы зёрнышко. Но — правды голой, без одежд, без грима. Ухитрилась извлечь зёрнышко правды — тогда он навсегда остался, этот миг. А не удалось, — ну, значит... всё зря. — Что зря? — Тогда он погас, миг жизни, — спокойно пояснила она. — Ушёл, развеялся... Ведь его нельзя воспроизвести, как какую-нибудь оперную постановку. Жизнь не терпит дублей.

   — Русская канарейка. Блудный сын · книга
2. «

   — Тут на меня напал столбняк. — Он был вооружен?

   — Тут на меня напал столбняк. — Он был вооружен?

   — Джентльмены и собаки · книга
3. «

   ...люди, с которыми мы расстаемся в юности, продолжают оставаться для нас новенькими, только что отнятыми, и подсознательно мы никак не готовы смириться с их подержанным видом, когда вдруг встречаем сорок лет спустя...

   ...люди, с которыми мы расстаемся в юности, продолжают оставаться для нас новенькими, только что отнятыми, и подсознательно мы никак не готовы смириться с их подержанным видом, когда вдруг встречаем сорок лет спустя...

   — На солнечной стороне улицы · книга
4. «

   Разведка — дело скучное: анализ ситуации и фактов, помноженный на кровавый опыт других.

   Разведка — дело скучное: анализ ситуации и фактов, помноженный на кровавый опыт других.

   — Русская канарейка. Блудный сын · книга
5. «

   Настоящее чувство юмора невозможно имитировать, это качество врожденное, как любое дарование.

   Настоящее чувство юмора невозможно имитировать, это качество врожденное, как любое дарование.

   — Больно только когда смеюсь · книга
6. «

   Я всегда была заметной ученицей — в том смысле, что вечно на «заметке».

   Я всегда была заметной ученицей — в том смысле, что вечно на «заметке».

   — На солнечной стороне улицы · книга
7. «

   Детское одиночество — я говорю о чувстве — может сравниться только со старческим. Самый любимый ребенок в семье, как и обласканный всеми детьми и внуками дед, независимо от обстоятельств, может чуять этот космический холод еще — уже близкой бездны. Одни еще недалеко ушли, другие подбираются все ближе.

   Детское одиночество — я говорю о чувстве — может сравниться только со старческим. Самый любимый ребенок в семье, как и обласканный всеми детьми и внуками дед, независимо от обстоятельств, может чуять этот космический холод еще — уже близкой бездны. Одни еще недалеко ушли, другие подбираются все ближе.

   — На солнечной стороне улицы · книга
8. «

   — Ты зачем сюда пришёл — проведать меня? Ну, тогда давай поговорим. — Давай поговорим! — согласился он. И мы замолчали.

   — Ты зачем сюда пришёл — проведать меня? Ну, тогда давай поговорим. — Давай поговорим! — согласился он. И мы замолчали.

   — Когда же пойдёт снег? · книга
9. «

   Он догадывался, как беззащитен любой человек перед подземной тягой, перед могучим биением кровавого пульса в висках, того, что смывает любые условности и любые соображения о правилах хорошего тона, о родственных связях, о разнице в возрасте и прочих достойных соображениях.

   Он догадывался, как беззащитен любой человек перед подземной тягой, перед могучим биением кровавого пульса в висках, того, что смывает любые условности и любые соображения о правилах хорошего тона, о родственных связях, о разнице в возрасте и прочих достойных соображениях.

   — Русская канарейка. Желтухин · книга
10. «

    Кажется, мама была очень довольна, что я не пропустила урока. Наверное, она была права в чем-то существенно важном. Например в том, что ребенку следует прививать чувство ответственности. Пропади оно все пропадом... Я прожила большую часть жизни, послушайте. Ни за что и никогда не заставляйте детей преодолевать препоны этого проклятого мира. В метельный вечер пусть они сидят дома. И тогда, милосердный Господь, есть надежда, что все они останутся живы.

    Кажется, мама была очень довольна, что я не пропустила урока. Наверное, она была права в чем-то существенно важном. Например в том, что ребенку следует прививать чувство ответственности. Пропади оно все пропадом... Я прожила большую часть жизни, послушайте. Ни за что и никогда не заставляйте детей преодолевать препоны этого проклятого мира. В метельный вечер пусть они сидят дома. И тогда, милосердный Господь, есть надежда, что все они останутся живы.

    — На солнечной стороне улицы · книга
11. «

    ... Все-таки странно – достаточно бывало неверного слова, пустякового, пусть не слишком красивого поступка друга или женщины, и он с усталым удивлением убеждался – оборвалось. Человек сорвался с его души, как червивое яблоко с ветки.

    ... Все-таки странно – достаточно бывало неверного слова, пустякового, пусть не слишком красивого поступка друга или женщины, и он с усталым удивлением убеждался – оборвалось. Человек сорвался с его души, как червивое яблоко с ветки.

    — На Верхней Масловке · книга
12. «

    Слово – энергетический сгусток. Бывают ситуации, когда обычных слов для вербального изъявления эмоций явно недостаточно. Тогда, чтобы вас не хватил удар, надо ругнуться, сбросить напряжение. В прозе это – сильная краска, я ею пользуюсь достаточно редко.

    Слово – энергетический сгусток. Бывают ситуации, когда обычных слов для вербального изъявления эмоций явно недостаточно. Тогда, чтобы вас не хватил удар, надо ругнуться, сбросить напряжение. В прозе это – сильная краска, я ею пользуюсь достаточно редко.

    — Больно только когда смеюсь · книга
13. «

    Писатели – волки, хищники. Постоянно в поисках сюжета. Иначе в литературе не выжить.

    Писатели – волки, хищники. Постоянно в поисках сюжета. Иначе в литературе не выжить.

    — Больно только когда смеюсь · книга
14. «

    Несчастная любовь <...> может оказаться благотворной для сильного человека и губительной для слабого.

    Несчастная любовь <...> может оказаться благотворной для сильного человека и губительной для слабого.

    — Больно только когда смеюсь · книга
15. «

    Жаль, что людей нельзя отреставрировать, словно картины.

    Жаль, что людей нельзя отреставрировать, словно картины.

    — Белая голубка Кордовы · книга
16. «

    Зонтики — милые и добрые механизмы. Самое невинное, что изобрели люди.

    Зонтики — милые и добрые механизмы. Самое невинное, что изобрели люди.

    — Когда же пойдёт снег? · книга
17. «

    Венецианская маска... притягивает и отталкивает своей неподвижностью, фатальной окаменелостью черт. Как бы человек, но не человек, — символ человека. Пугающая таинственность неестественной улыбки, застылое удивление. Иллюзия чувств. Иллюзия праздника. Иллюзия счастья.

    Венецианская маска... притягивает и отталкивает своей неподвижностью, фатальной окаменелостью черт. Как бы человек, но не человек, — символ человека. Пугающая таинственность неестественной улыбки, застылое удивление. Иллюзия чувств. Иллюзия праздника. Иллюзия счастья.

    — Высокая вода венецианцев · книга
18. «

    ... Внезапная смерть всегда огорошивает и вышибает даже у безразличных людей слова сочувствия и сожаления.

    ... Внезапная смерть всегда огорошивает и вышибает даже у безразличных людей слова сочувствия и сожаления.

    — Русская канарейка. Блудный сын · книга
19. «

    У меня однажды прорвало канализацию, я думала, что сойду с ума. Хорошо, что за столько лет советская власть приучила нас жить в говне... А то бы даже и не знаю, как справилась.

    У меня однажды прорвало канализацию, я думала, что сойду с ума. Хорошо, что за столько лет советская власть приучила нас жить в говне... А то бы даже и не знаю, как справилась.

    — Лидия Борисовна Либединская · книга
20. «

    Нам было лет по 15, когда моя подруга, будучи на каникулах в Киеве, безоглядно влюбилась в мальчика. И, вернувшись домой, обрушила на семью всю мощь этой нетерпеливой, сметающей все возражения взрослых любви. Она желала немедленно уехать в Киев насовсем. Семью лихорадило, с утра до вечера девица устраивала скандалы (я, разумеется, сопереживала её неистовому чувству). И вот, помню, эпизод: очередной скандал между влюбленной девочкой и ее восьмидесятилетним дедом, профессором, знаменитым в городе хирургом. — Это любовь, любовь! — кричит моя подруга. — Ты ничего не понимаешь! Дед аккуратно намазал повидло на кусочек хлеба и спокойно сказал: — Дура, любовь — это годы, прожитые вместе.

    Нам было лет по 15, когда моя подруга, будучи на каникулах в Киеве, безоглядно влюбилась в мальчика. И, вернувшись домой, обрушила на семью всю мощь этой нетерпеливой, сметающей все возражения взрослых любви. Она желала немедленно уехать в Киев насовсем. Семью лихорадило, с утра до вечера девица устраивала скандалы (я, разумеется, сопереживала её неистовому чувству). И вот, помню, эпизод: очередной скандал между влюбленной девочкой и ее восьмидесятилетним дедом, профессором, знаменитым в городе хирургом. — Это любовь, любовь! — кричит моя подруга. — Ты ничего не понимаешь! Дед аккуратно намазал повидло на кусочек хлеба и спокойно сказал: — Дура, любовь — это годы, прожитые вместе.

    — Больно только когда смеюсь · книга