175 цитат Дины Рубины о жизни и людях

Подборка из 175 цитат Дины Рубины: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Однажды в юности я видела, как через дорогу торопливо семенит гроб на двенадцати ногах. Как сороконожка.

   Однажды в юности я видела, как через дорогу торопливо семенит гроб на двенадцати ногах. Как сороконожка.

   — На солнечной стороне улицы · книга
2. «

   Единственный соперник, к которому меня ревнует мой муж, это мое писательское одиночество над каждой следующей страницей.

   Единственный соперник, к которому меня ревнует мой муж, это мое писательское одиночество над каждой следующей страницей.

   — Больно только когда смеюсь · книга
3. «

   Отдельный интеллектуал может гордо открещиваться от своей веры и своего народа, провозглашая надмирность; может, как Пастернак, страстно проповедовать идею полного растворения, может всем своим существом служить культуре, языку, искусству народа, в среде которого родился, вырос и живет. Такая самоустановка порой свидетельствует о силе духа, о характере человека, об оригинальности таланта. Отпадение от общины и духовное одиночество (возьми великого Спинозу) могут вызывать сочувствие, могут даже восхищать — особенно когда влекут за собой проклятия, плевки в спину, анафему со стороны соплеменников. Но совсем иное дело — народ в своей целокупности: суть народа, тело народа, его пульсирующее и вечно обновляющееся ядро. Тогда ассимиляция — самое страшное, что можно любому народу пожелать. Тогда ассимиляция — растворение, исчезновение, назови как угодно — совсем не воспринимается доказательством силы или характера народа, наоборот: это свидетельство слабости, импотенции, истощения духа, одним словом — невозможности продолжать быть.

   Отдельный интеллектуал может гордо открещиваться от своей веры и своего народа, провозглашая надмирность; может, как Пастернак, страстно проповедовать идею полного растворения, может всем своим существом служить культуре, языку, искусству народа, в среде которого родился, вырос и живет. Такая самоустановка порой свидетельствует о силе духа, о характере человека, об оригинальности таланта. Отпадение от общины и духовное одиночество (возьми великого Спинозу) могут вызывать сочувствие, могут даже восхищать — особенно когда влекут за собой проклятия, плевки в спину, анафему со стороны соплеменников. Но совсем иное дело — народ в своей целокупности: суть народа, тело народа, его пульсирующее и вечно обновляющееся ядро. Тогда ассимиляция — самое страшное, что можно любому народу пожелать. Тогда ассимиляция — растворение, исчезновение, назови как угодно — совсем не воспринимается доказательством силы или характера народа, наоборот: это свидетельство слабости, импотенции, истощения духа, одним словом — невозможности продолжать быть.

   — Русская канарейка. Голос · книга
4. «

   – У Вас религиозный муж, а собственные взаимоотношения с иудаизмом? – Как с папой. Даже если с чем-то не согласна, лучше промолчать и сделать, как он требует. Все равно потом выясняется, что он был прав.

   – У Вас религиозный муж, а собственные взаимоотношения с иудаизмом? – Как с папой. Даже если с чем-то не согласна, лучше промолчать и сделать, как он требует. Все равно потом выясняется, что он был прав.

   — Больно только когда смеюсь · книга
5. «

   Понимаете, важно принять весь этот огромный мир, быть с ним в ладу, изнемогать от любопытства, любоваться его малейшей черточкой, рассматривать любую ситуацию так, словно ты ее и придумал. Главное же — чувствовать себя наравне с этим миром и не бояться оказаться в смешном положении. Мы и так все ужасно смешные...

   Понимаете, важно принять весь этот огромный мир, быть с ним в ладу, изнемогать от любопытства, любоваться его малейшей черточкой, рассматривать любую ситуацию так, словно ты ее и придумал. Главное же — чувствовать себя наравне с этим миром и не бояться оказаться в смешном положении. Мы и так все ужасно смешные...

   — Больно только когда смеюсь · книга
6. «

   Да, — подумала я, — вот это главное: люди ходят по земле. Одни и те же люди, только с поправкой на время и обстоятельства. И если понять это и крепко запомнить на всю жизнь, то не будет на земле ни смерти, ни страха.

   Да, — подумала я, — вот это главное: люди ходят по земле. Одни и те же люди, только с поправкой на время и обстоятельства. И если понять это и крепко запомнить на всю жизнь, то не будет на земле ни смерти, ни страха.

   — Астральный полет души на уроке физики · книга
7. «

   Нет, настоящие звери — это дрессировщики, а вовсе не животные.

   Нет, настоящие звери — это дрессировщики, а вовсе не животные.

   — Почерк Леонардо · книга
8. «

   Мне в жизни встречались самые разные мужчины. Многие из них – яркие, талантливые и остроумнейшие люди. Но всю жизнь интереснее всего мне было с собственным мужем.

   Мне в жизни встречались самые разные мужчины. Многие из них – яркие, талантливые и остроумнейшие люди. Но всю жизнь интереснее всего мне было с собственным мужем.
9. «

   И вообще, это ужасная штука — посещение тяжелобольных. Ты его жалеешь и делаешь участливое лицо, а сам думаешь о том, как бы не проспать завтра на рыбалку.

   И вообще, это ужасная штука — посещение тяжелобольных. Ты его жалеешь и делаешь участливое лицо, а сам думаешь о том, как бы не проспать завтра на рыбалку.

   — Когда же пойдёт снег? · книга
10. «

    Революция всегда быстро ломает. Только строит она медленно.

    Революция всегда быстро ломает. Только строит она медленно.

    — Тотальный диктант · книга
11. «

    Не помню — кто из моих приятелей обронил после первого занятия : «Как вообще сознание русскоязычного человека может воспринять язык, на котором неприлично звучущее слово «ялда» означает «девочка»? Что там «ялда», доложу я вам! Что там невинная «ялда», повторяю, если наш преподаватель каждые три минуты бодро повторяет непристойное слово «схуёт», от которого напрягается и переглядывается вся группа. Вдруг она прервала свою речь, по-видимому заподозрив, что мы не все понимаем. — Как будет по-русски «схуёт»? — спросила она на иврите, оглядывая класс. Повисло секундное молчание и один из учеников, пожилой доктор исторических наук, сказал в тишине мрачно: — Да так и будет... Впоследствии выяснилось, что Хана рассказывая о непростой жизни в этой стране, просто советовала всем нам хорошенько изучить свои права (они же «схуёт») с тем, чтобы во всеоружии вступить в борьбу с пресловутым чудовищем — вездесущей израильской бюрократией.

    Не помню — кто из моих приятелей обронил после первого занятия : «Как вообще сознание русскоязычного человека может воспринять язык, на котором неприлично звучущее слово «ялда» означает «девочка»? Что там «ялда», доложу я вам! Что там невинная «ялда», повторяю, если наш преподаватель каждые три минуты бодро повторяет непристойное слово «схуёт», от которого напрягается и переглядывается вся группа. Вдруг она прервала свою речь, по-видимому заподозрив, что мы не все понимаем. — Как будет по-русски «схуёт»? — спросила она на иврите, оглядывая класс. Повисло секундное молчание и один из учеников, пожилой доктор исторических наук, сказал в тишине мрачно: — Да так и будет... Впоследствии выяснилось, что Хана рассказывая о непростой жизни в этой стране, просто советовала всем нам хорошенько изучить свои права (они же «схуёт») с тем, чтобы во всеоружии вступить в борьбу с пресловутым чудовищем — вездесущей израильской бюрократией.

    — Я не любовник макарон, или Кое-что из иврита · книга
12. «

    Понимаешь, когда женщина чуток набирает весу, её грудь становится благороднее, щедрее... улыбчивей. И цвет кожи меняется. Нежный слой подкожного жира даёт телу более благородный, перламутровый оттенок... возникает такая... ммм... прозрачность лессировок... понимаешь?

    Понимаешь, когда женщина чуток набирает весу, её грудь становится благороднее, щедрее... улыбчивей. И цвет кожи меняется. Нежный слой подкожного жира даёт телу более благородный, перламутровый оттенок... возникает такая... ммм... прозрачность лессировок... понимаешь?

    — Белая голубка Кордовы · книга
13. «

    ... Сцепив руки на столе, скупо обронил, что есть, мол, такое благородное понятие «месть». — Благородное?! — спросила она. — Да. Благородное, что бы там кто ни говорил. Ибо подразумевает немалую силу чувств, невозвратимые потери и неослабное страдание оскорблённого. Ты понимаешь о чём я толкую? — Пытаюсь... — Вот... Кстати, прекрасно звучит на всех языках и у всех народов, а мне особенно на русском нравится — острое отточенное слово, удар кастетом: «месть!».

    ... Сцепив руки на столе, скупо обронил, что есть, мол, такое благородное понятие «месть». — Благородное?! — спросила она. — Да. Благородное, что бы там кто ни говорил. Ибо подразумевает немалую силу чувств, невозвратимые потери и неослабное страдание оскорблённого. Ты понимаешь о чём я толкую? — Пытаюсь... — Вот... Кстати, прекрасно звучит на всех языках и у всех народов, а мне особенно на русском нравится — острое отточенное слово, удар кастетом: «месть!».

    — Русская канарейка. Блудный сын · книга
14. «

    Только в одном чувстве человек велик и беззащитен одновременно. Только одно чувство способно заставить его совершить безумный подвиг или преступление. Только одно чувство он обожествляет, проклинает, зовёт и ждёт всю жизнь с исступлённым упорством. Это чувство — любовь. Уж какая достанется нам в нашей единственной жизни. Любовь — вознесение. Любовь — падение. Любовь — проклятие. Любовь — тихая радость. Любовь — вечное ожидание. Просто: любовь.

    Только в одном чувстве человек велик и беззащитен одновременно. Только одно чувство способно заставить его совершить безумный подвиг или преступление. Только одно чувство он обожествляет, проклинает, зовёт и ждёт всю жизнь с исступлённым упорством. Это чувство — любовь. Уж какая достанется нам в нашей единственной жизни. Любовь — вознесение. Любовь — падение. Любовь — проклятие. Любовь — тихая радость. Любовь — вечное ожидание. Просто: любовь.

    — Адам и Мирьям · книга
15. «

    Когда писатель перестает удивляться, он кончается.

    Когда писатель перестает удивляться, он кончается.

    — Больно только когда смеюсь · книга
16. «

    Талант — это не подарок небес. Это кредит с высокими процентами. Можно, конечно, разбазарить его по мелочёвке (…) Но если ты хоть немного этот свой талант уважаешь, то будешь пахать на него всю жизнь, и к концу дай бог убедиться, что ты хотя бы по процентам чиста. Ты ему всю жизнь обязана служить верой и правдой, как... как раб! Например, обязана получить настоящее образование! Сегодня, чтобы конкурировать с мастерами мирового уровня, в какой угодно области — в дизайне, в рекламе, в компьютерных технологиях, — необходимо постоянно быть в курсе, быть в тонусе, быть всюду одновременно.

    Талант — это не подарок небес. Это кредит с высокими процентами. Можно, конечно, разбазарить его по мелочёвке (…) Но если ты хоть немного этот свой талант уважаешь, то будешь пахать на него всю жизнь, и к концу дай бог убедиться, что ты хотя бы по процентам чиста. Ты ему всю жизнь обязана служить верой и правдой, как... как раб! Например, обязана получить настоящее образование! Сегодня, чтобы конкурировать с мастерами мирового уровня, в какой угодно области — в дизайне, в рекламе, в компьютерных технологиях, — необходимо постоянно быть в курсе, быть в тонусе, быть всюду одновременно.

    — Русская канарейка. Желтухин · книга
17. «

    Ты изумишься — сколько идиотов приходится на одного здравомыслящего человека!

    Ты изумишься — сколько идиотов приходится на одного здравомыслящего человека!

    — Синдикат · книга
18. «

    Что касается жизнелюбия: большинство людей все же – жизнелюбы, если, конечно, они в своем уме, не находятся под ударом страшного объективного горя и не собираются в ближайшее время сводить с жизнью счеты. И всех нас питает любовь к близким, к каким-то мелким личным удовольствиям: тут и планы на будущее, и тьма желаний и устремлений… Да вы и сами знаете – жизнь штука увлекательная.

    Что касается жизнелюбия: большинство людей все же – жизнелюбы, если, конечно, они в своем уме, не находятся под ударом страшного объективного горя и не собираются в ближайшее время сводить с жизнью счеты. И всех нас питает любовь к близким, к каким-то мелким личным удовольствиям: тут и планы на будущее, и тьма желаний и устремлений… Да вы и сами знаете – жизнь штука увлекательная.

    — Больно только когда смеюсь · книга
19. «

    У нас на Востоке так: любая, даже самая трогательная история, поведанная караванщиком, не влияет на окончательный расчет.

    У нас на Востоке так: любая, даже самая трогательная история, поведанная караванщиком, не влияет на окончательный расчет.

    — Сахарное свечение (сборник) · книга
20. «

    Я говорила тебе сотни раз: беспорядок надо рассматривать как натюрморт.

    Я говорила тебе сотни раз: беспорядок надо рассматривать как натюрморт.

    — На Верхней Масловке · книга