66 мудрых мыслей Дины Рубины

Подборка из 66 цитат Дины Рубины: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В молодости надо делать то, что хочется, а в старости НЕ делать того, чего НЕ хочется.

   В молодости надо делать то, что хочется, а в старости НЕ делать того, чего НЕ хочется.

   — В России надо жить долго... · книга
2. «

   Не верьте писателю на слово – это сочиненное слово, как и положено по профессии.

   Не верьте писателю на слово – это сочиненное слово, как и положено по профессии.

   — Больно только когда смеюсь · книга
3. «

   Мою жизнь всегда отягощали издержки домашнего воспитания, воспитания, я бы сказала, перегруженного традициями восточной вежливости и приветливого уважения ко всем — к старцам, к соседям, к знакомым, к незнакомым, к еле знакомым тем более, ведь они вроде бы знают тебя, но знают недостаточно, не дай бог, составят о тебе превратное мнение...

   Мою жизнь всегда отягощали издержки домашнего воспитания, воспитания, я бы сказала, перегруженного традициями восточной вежливости и приветливого уважения ко всем — к старцам, к соседям, к знакомым, к незнакомым, к еле знакомым тем более, ведь они вроде бы знают тебя, но знают недостаточно, не дай бог, составят о тебе превратное мнение...

   — Когда же пойдёт снег? · книга
4. «

   Гореть положено поэту. Прозаики – тяжеловесы, им нужна тишина, покой, и много часов невылазной работы. С годами это способ дышать, система кровообращения.

   Гореть положено поэту. Прозаики – тяжеловесы, им нужна тишина, покой, и много часов невылазной работы. С годами это способ дышать, система кровообращения.

   — Больно только когда смеюсь · книга
5. «

   Нам было лет по 15, когда моя подруга, будучи на каникулах в Киеве, безоглядно влюбилась в мальчика. И, вернувшись домой, обрушила на семью всю мощь этой нетерпеливой, сметающей все возражения взрослых любви. Она желала немедленно уехать в Киев насовсем. Семью лихорадило, с утра до вечера девица устраивала скандалы (я, разумеется, сопереживала её неистовому чувству). И вот, помню, эпизод: очередной скандал между влюбленной девочкой и ее восьмидесятилетним дедом, профессором, знаменитым в городе хирургом. — Это любовь, любовь! — кричит моя подруга. — Ты ничего не понимаешь! Дед аккуратно намазал повидло на кусочек хлеба и спокойно сказал: — Дура, любовь — это годы, прожитые вместе.

   Нам было лет по 15, когда моя подруга, будучи на каникулах в Киеве, безоглядно влюбилась в мальчика. И, вернувшись домой, обрушила на семью всю мощь этой нетерпеливой, сметающей все возражения взрослых любви. Она желала немедленно уехать в Киев насовсем. Семью лихорадило, с утра до вечера девица устраивала скандалы (я, разумеется, сопереживала её неистовому чувству). И вот, помню, эпизод: очередной скандал между влюбленной девочкой и ее восьмидесятилетним дедом, профессором, знаменитым в городе хирургом. — Это любовь, любовь! — кричит моя подруга. — Ты ничего не понимаешь! Дед аккуратно намазал повидло на кусочек хлеба и спокойно сказал: — Дура, любовь — это годы, прожитые вместе.

   — Больно только когда смеюсь · книга
6. «

   Зонтики — милые и добрые механизмы. Самое невинное, что изобрели люди.

   Зонтики — милые и добрые механизмы. Самое невинное, что изобрели люди.

   — Когда же пойдёт снег? · книга
7. «

   Детское одиночество — я говорю о чувстве — может сравниться только со старческим. Самый любимый ребенок в семье, как и обласканный всеми детьми и внуками дед, независимо от обстоятельств, может чуять этот космический холод еще — уже близкой бездны. Одни еще недалеко ушли, другие подбираются все ближе.

   Детское одиночество — я говорю о чувстве — может сравниться только со старческим. Самый любимый ребенок в семье, как и обласканный всеми детьми и внуками дед, независимо от обстоятельств, может чуять этот космический холод еще — уже близкой бездны. Одни еще недалеко ушли, другие подбираются все ближе.

   — На солнечной стороне улицы · книга
8. «

   Всё зависит от остроты взгляда: способен ты выхватить натуру из гущи или нет: лицо, жест, смысл сцены... Конечно, ядро нашего дела — репортажная съёмка. Тут никуда не деться: да, девяносто процентов снимков уходит в брак. Но те, что остаются... Это всегда секундный роман: увидел, влюбился — и человек даже ничего не почувствовал, потому что от «полюбил» до «расстались» проходит мгновение...

   Всё зависит от остроты взгляда: способен ты выхватить натуру из гущи или нет: лицо, жест, смысл сцены... Конечно, ядро нашего дела — репортажная съёмка. Тут никуда не деться: да, девяносто процентов снимков уходит в брак. Но те, что остаются... Это всегда секундный роман: увидел, влюбился — и человек даже ничего не почувствовал, потому что от «полюбил» до «расстались» проходит мгновение...

   — Русская канарейка. Голос · книга
9. «

   … Писали в те годы пером да чернилами, с непременным лиловым нажимом тут, завитком там, с правильными округлостями и вытянутыми петлями, с наклоном да с потягом, с виноградными усиками, цепляющими ягодку соседней буквы, с крепкими сяжками твёрдых согласных, с запятой-головастиком, что и сама было произведением искусства.

   … Писали в те годы пером да чернилами, с непременным лиловым нажимом тут, завитком там, с правильными округлостями и вытянутыми петлями, с наклоном да с потягом, с виноградными усиками, цепляющими ягодку соседней буквы, с крепкими сяжками твёрдых согласных, с запятой-головастиком, что и сама было произведением искусства.

   — Русская канарейка. Желтухин · книга
10. «

    Запомни три НЕ, — НЕ бояться, НЕ завидовать, НЕ ревновать. И ты всю жизнь будешь счастлива!

    Запомни три НЕ, — НЕ бояться, НЕ завидовать, НЕ ревновать. И ты всю жизнь будешь счастлива!

    — Больно только когда смеюсь · книга
11. «

    Все истории банальны, — возразила я, — пока они не случаются лично с тобой.

    Все истории банальны, — возразила я, — пока они не случаются лично с тобой.

    — Наш китайский бизнес · книга
12. «

    Он был потрясающе красив. Самый красивый парень из тех, кого я видела. Даже если бы он был в девять раз хуже, чем мне это показалось, все равно он был в двенадцать раз лучше самого красивого мужчины.

    Он был потрясающе красив. Самый красивый парень из тех, кого я видела. Даже если бы он был в девять раз хуже, чем мне это показалось, все равно он был в двенадцать раз лучше самого красивого мужчины.

    — Когда же пойдёт снег? · книга
13. «

    ...настоящая музыка — это, пацан, настоящая тоска. Особенно когда дело касается фагота, который поет лишь о том, что было и вернуть невозможно.

    ...настоящая музыка — это, пацан, настоящая тоска. Особенно когда дело касается фагота, который поет лишь о том, что было и вернуть невозможно.

    — Почерк Леонардо · книга
14. «

    Разговаривала, словно в стоптанных тапочках ходила.

    Разговаривала, словно в стоптанных тапочках ходила.

    — Белая голубка Кордовы · книга
15. «

    Я не уверена, что «воспитанием» можно вырастить личность. Иногда ведь, наоборот, личность вырастает вопреки какому-то давлению, растет наперекор — и вдруг диву даешься: — ах, боже ты мой, а ведь это уже человек. Уже и поговорить можно.

    Я не уверена, что «воспитанием» можно вырастить личность. Иногда ведь, наоборот, личность вырастает вопреки какому-то давлению, растет наперекор — и вдруг диву даешься: — ах, боже ты мой, а ведь это уже человек. Уже и поговорить можно.

    — Больно только когда смеюсь · книга
16. «

    Зинаида Антоновна, старуха, из бывших дворян, отсидевшая, разумеется, на всю катушку… жила вот в этом самом доме… В 60-е годы какой-то гость привез ей из Польши фигурку ангела на пробке для винной бутылки. Серебряный ангел, приподняв сутулые крылатые плечи и благочестиво сложив на цыплячьей грудке острые ладошки, понурил мятое серебряное личико. Она говорила – приходите посидеть под ангелом. Пила немного и только с гостями.

    Зинаида Антоновна, старуха, из бывших дворян, отсидевшая, разумеется, на всю катушку… жила вот в этом самом доме… В 60-е годы какой-то гость привез ей из Польши фигурку ангела на пробке для винной бутылки. Серебряный ангел, приподняв сутулые крылатые плечи и благочестиво сложив на цыплячьей грудке острые ладошки, понурил мятое серебряное личико. Она говорила – приходите посидеть под ангелом. Пила немного и только с гостями.

    — На солнечной стороне улицы · книга
17. «

    ... Как меня угораздило тебя полюбить? Не влюбиться; мне втюриться в живописную рожу — плюнуть раз. А вот нет же: так нестерпимо полюбить — как нарыв в сердце, и невозможно жить, когда отнимаешь руку...

    ... Как меня угораздило тебя полюбить? Не влюбиться; мне втюриться в живописную рожу — плюнуть раз. А вот нет же: так нестерпимо полюбить — как нарыв в сердце, и невозможно жить, когда отнимаешь руку...

    — Русская канарейка. Блудный сын · книга
18. «

    Они были похожи на детей, что пережили оспу, выжили, но навсегда остались с изрытыми лицами. Эти двое стали жертвой особо свирепого вида любви: страстной, единоличной, единственной; остались в живых, но уже навсегда были мечены неумолимо жестокой любовью...

    Они были похожи на детей, что пережили оспу, выжили, но навсегда остались с изрытыми лицами. Эти двое стали жертвой особо свирепого вида любви: страстной, единоличной, единственной; остались в живых, но уже навсегда были мечены неумолимо жестокой любовью...

    — Синдром Петрушки · книга
19. «

    Писатели – волки, хищники. Постоянно в поисках сюжета. Иначе в литературе не выжить.

    Писатели – волки, хищники. Постоянно в поисках сюжета. Иначе в литературе не выжить.

    — Больно только когда смеюсь · книга
20. «

    – Да нет, в Ташкенте как-то было… легче жить… Мы меньше боялись… Может, солнца было много, а в нем ведь, как теперь выясняется – серотонин содержится, да? – ну, тот гормон, что лечит страх, облегчает сердце…

    – Да нет, в Ташкенте как-то было… легче жить… Мы меньше боялись… Может, солнца было много, а в нем ведь, как теперь выясняется – серотонин содержится, да? – ну, тот гормон, что лечит страх, облегчает сердце…

    — На солнечной стороне улицы · книга