124 цитаты Дмитрого Емец: жизненные цитаты — читать онлайн

Подборка из 124 цитаты Дмитрого Емец: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Самые глупые вещи говорятся всегда с самым умным выражением лица.

   Самые глупые вещи говорятся всегда с самым умным выражением лица.

   — Дмитрий Емец · книга
2. «

   Все важные вещи в этом мире происходят именно за четверть часа! За это время может рухнуть государство, можно встретиться и навеки влюбиться, можно расстаться, можно распрощаться с одними ценностями и обрести другие! И всё это за жалкие пятнадцать минут! Время порой бывает очень наполненным!

   Все важные вещи в этом мире происходят именно за четверть часа! За это время может рухнуть государство, можно встретиться и навеки влюбиться, можно расстаться, можно распрощаться с одними ценностями и обрести другие! И всё это за жалкие пятнадцать минут! Время порой бывает очень наполненным!

   — Дмитрий Емец · книга
3. «

   Мамы мальчиков почему-то всегда трясутся о своих тонконогих адамчиках куда больше, чем мамы девушек о своих подрастающих девочках. Им мерещится, что всякая готова загрести ее никому не нужное сокровище и спрятать его в мешок. Конечно, девушкам это кажется смешным, но потом они сами становятся матерями, и ситуация повторяется.

   Мамы мальчиков почему-то всегда трясутся о своих тонконогих адамчиках куда больше, чем мамы девушек о своих подрастающих девочках. Им мерещится, что всякая готова загрести ее никому не нужное сокровище и спрятать его в мешок. Конечно, девушкам это кажется смешным, но потом они сами становятся матерями, и ситуация повторяется.

   — Дмитрий Емец · книга
4. «

   Закон природы. Когда люди боятся отстать, они чаще всего обгоняют.

   Закон природы. Когда люди боятся отстать, они чаще всего обгоняют.

   — Дмитрий Емец · книга
5. «

   Основное отличие пессимиста от оптимиста в том и состоит, что пессимист видит грязь под ногами и лужи, а оптимист видит небо и солнце. И при том, что оба идут по одной дороге с равным количеством рытвин и кочек. А ведь секрет-то, если задуматься, прост — поднять голову!

   Основное отличие пессимиста от оптимиста в том и состоит, что пессимист видит грязь под ногами и лужи, а оптимист видит небо и солнце. И при том, что оба идут по одной дороге с равным количеством рытвин и кочек. А ведь секрет-то, если задуматься, прост — поднять голову!

   — Дмитрий Емец · книга
6. «

   Истинное время мало похоже на время календарное. И измерять его надо не в часах и минутах, а в переживаниях и мыслях. Истинное время не требует успеть куда-то к сроку, а просто прийти, приплыть, добраться...

   Истинное время мало похоже на время календарное. И измерять его надо не в часах и минутах, а в переживаниях и мыслях. Истинное время не требует успеть куда-то к сроку, а просто прийти, приплыть, добраться...

   — Дмитрий Емец · книга
7. «

   Чтобы понять себя, нужно первым делом разогнать всех, кто уже понял себя и лезет понимать других.

   Чтобы понять себя, нужно первым делом разогнать всех, кто уже понял себя и лезет понимать других.

   — Дмитрий Емец · книга
8. «

   У всех есть свои тараканы и свои скелеты в шкафу. Уважение к чужим тайнам – непременное условие сохранения собственных.

   У всех есть свои тараканы и свои скелеты в шкафу. Уважение к чужим тайнам – непременное условие сохранения собственных.

   — Дмитрий Емец · книга
9. «

   Свобода – это когда в любой ситуации ты можешь сказать как «да», так и «нет».

   Свобода – это когда в любой ситуации ты можешь сказать как «да», так и «нет».

   — Дмитрий Емец · книга
10. «

    – Кто толстуха, я? Почему мы, толстые люди, вечно обязаны слушать эти гадости? Наши царственные пропорции пытаются опошлить самым подлым образом! И главное, от кого я это слышу? От Аполлона Бельведерского? От красавца Прометея? От качка Геракла? Ничуть! От жалкой помеси поросёнка с клавиатурой компьютера! От ходячего кладбища котлет! Сливного бачка для пивных банок, который промазывает кремом складки на своём диатезном пузе! – оскорбилась Улита.

    – Кто толстуха, я? Почему мы, толстые люди, вечно обязаны слушать эти гадости? Наши царственные пропорции пытаются опошлить самым подлым образом! И главное, от кого я это слышу? От Аполлона Бельведерского? От красавца Прометея? От качка Геракла? Ничуть! От жалкой помеси поросёнка с клавиатурой компьютера! От ходячего кладбища котлет! Сливного бачка для пивных банок, который промазывает кремом складки на своём диатезном пузе! – оскорбилась Улита.

    — Дмитрий Емец · книга
11. «

    Никто так яростно не убивает, не уничтожает, не затаптывает какую-либо идею, как человек, который некоторое время ей служил, а потом её предал.

    Никто так яростно не убивает, не уничтожает, не затаптывает какую-либо идею, как человек, который некоторое время ей служил, а потом её предал.

    — Дмитрий Емец · книга
12. «

    — Чего ты хочешь? Ну вообще по жизни! Детей? Фу! А я — романтики! — Ну так будешь одинокой восьмидесятилетней бабкой, в жизни у которой была романтика!

    — Чего ты хочешь? Ну вообще по жизни! Детей? Фу! А я — романтики! — Ну так будешь одинокой восьмидесятилетней бабкой, в жизни у которой была романтика!

    — Дмитрий Емец · книга
13. «

    Однажды я ясно понял, что люди проверяются в рядовых отношениях. Мы не такие, какие мы с человеком, которого узнали вчера и который нам интересен, а такие, какие с человеком, которого знаем десять лет и который нас давно достал.

    Однажды я ясно понял, что люди проверяются в рядовых отношениях. Мы не такие, какие мы с человеком, которого узнали вчера и который нам интересен, а такие, какие с человеком, которого знаем десять лет и который нас давно достал.

    — Дмитрий Емец · книга
14. «

    Я навсегда запомнила один момент. Мой сын, он был тогда маленький, сказал: «Мама, помнишь, в кино была одна девочка? Монстр на нее нападал, и никто не защищал девочку от монстра?» Я с трудом припомнила, что мы и правда смотрели с ним какой-то дурацкий, совсем слабенький фильм про пришельцев. Я его и пересказать бы не смогла. А он снова: «Мама, помнишь: монстр нападает, а девочку никто не защищает!» Я говорю: «Помню». А он снова о своем, и опять одно и то же. Тогда я потеряла терпение. Говорю: «Да сколько можно! Неужели так страшно?» И забыла об этом. А он так поморгал-поморгал и больше уже не переспрашивал. А потом, уже много позже я поняла: его ведь даже не монстр испугал, а то, что девочку никто не защищал.

    Я навсегда запомнила один момент. Мой сын, он был тогда маленький, сказал: «Мама, помнишь, в кино была одна девочка? Монстр на нее нападал, и никто не защищал девочку от монстра?» Я с трудом припомнила, что мы и правда смотрели с ним какой-то дурацкий, совсем слабенький фильм про пришельцев. Я его и пересказать бы не смогла. А он снова: «Мама, помнишь: монстр нападает, а девочку никто не защищает!» Я говорю: «Помню». А он снова о своем, и опять одно и то же. Тогда я потеряла терпение. Говорю: «Да сколько можно! Неужели так страшно?» И забыла об этом. А он так поморгал-поморгал и больше уже не переспрашивал. А потом, уже много позже я поняла: его ведь даже не монстр испугал, а то, что девочку никто не защищал.

    — Дмитрий Емец · книга
15. «

    — Представь, где-то в труднодоступном месте существует кнопка, нажав на которую ты сделаешь всех людей здоровыми, довольными, богатыми, сытыми. Уничтожишь все болезни и даже, возможно, саму смерть. Именно ты – по твоей собственной воле, твоим собственным выбором. Нажмешь на нее? – Да, – сразу сказала я. – А я – нет, – ответила Кавалерия. – Когда-то да, даже если бы пришлось погибнуть, а теперь – нет. Для всего существует свое время. Раньше этого времени можно только повредить.

    — Представь, где-то в труднодоступном месте существует кнопка, нажав на которую ты сделаешь всех людей здоровыми, довольными, богатыми, сытыми. Уничтожишь все болезни и даже, возможно, саму смерть. Именно ты – по твоей собственной воле, твоим собственным выбором. Нажмешь на нее? – Да, – сразу сказала я. – А я – нет, – ответила Кавалерия. – Когда-то да, даже если бы пришлось погибнуть, а теперь – нет. Для всего существует свое время. Раньше этого времени можно только повредить.

    — Дмитрий Емец · книга
16. «

    Ничто так трезво и быстро не ставит человека на место, как голые факты.

    Ничто так трезво и быстро не ставит человека на место, как голые факты.

    — Дмитрий Емец · книга
17. «

    Обычно самую сильную боль доставляет ничтожное.

    Обычно самую сильную боль доставляет ничтожное.

    — Дмитрий Емец · книга
18. «

    Один и тот же кирпич дважды на голову не падает, хотя бывает, когда на одни и те же грабли некоторые люди наступают всю жизнь.

    Один и тот же кирпич дважды на голову не падает, хотя бывает, когда на одни и те же грабли некоторые люди наступают всю жизнь.

    — Дмитрий Емец · книга
19. «

    Жизненные испытания на безоблачное существование я не променяю. Потому что от испытаний я улучшаюсь, а от радостей наглею.

    Жизненные испытания на безоблачное существование я не променяю. Потому что от испытаний я улучшаюсь, а от радостей наглею.

    — Дмитрий Емец · книга
20. «

    Видимо, тот, кто счастлив, счастлив вопреки всему. А кто несчастлив, тот тоже несчастлив вопреки всему. Подари ему хоть личное солнце вместо ночника, гарем турецкого султана для хорового пения и картину Леонардо как подставку для чайника.

    Видимо, тот, кто счастлив, счастлив вопреки всему. А кто несчастлив, тот тоже несчастлив вопреки всему. Подари ему хоть личное солнце вместо ночника, гарем турецкого султана для хорового пения и картину Леонардо как подставку для чайника.

    — Дмитрий Емец · книга