Дмитрий Емец — 628 цитат с глубоким смыслом

Дмитрий Емец — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 628 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Разве может быть повелителем вселенной тот, кто ночью, приседая, бежит к холодильнику? Значит, действительный повелитель вселенной — холодильник.

   Разве может быть повелителем вселенной тот, кто ночью, приседая, бежит к холодильнику? Значит, действительный повелитель вселенной — холодильник.

   — Улита · книга
2. «

   – Гробыня, а глупость заразна? – Ещё как! – Молодой человек, вы слышали? Не дышите на меня!

   – Гробыня, а глупость заразна? – Ещё как! – Молодой человек, вы слышали? Не дышите на меня!

   — Гробыня Склепова · книга
3. «

   Совершенство в любом деле безгранично. Верхней планки не существует и не может существовать.

   Совершенство в любом деле безгранично. Верхней планки не существует и не может существовать.

   — Таня Гроттер и локон Афродиты · книга
4. «

   Будешь приставать, я тебе банки поставлю. Трёхлитровые.

   Будешь приставать, я тебе банки поставлю. Трёхлитровые.

   — Эдя Хаврон · книга
5. «

   Когда человек желает оправдать себя, уважительные причины находятся сами собой.

   Когда человек желает оправдать себя, уважительные причины находятся сами собой.

   — Книга Света · книга
6. «

   Почему говорят «принцесса на горошине»? На са­мом деле, «прЫнцев на горошине» куда как больше! Ходят такие вот тютики и мечтают о Василисе Пре­мудрой и Прекрасной, которая все за них разрулит да еще и красавицей будет!

   Почему говорят «принцесса на горошине»? На са­мом деле, «прЫнцев на горошине» куда как больше! Ходят такие вот тютики и мечтают о Василисе Пре­мудрой и Прекрасной, которая все за них разрулит да еще и красавицей будет!

   — Юля · книга
7. «

   Чтобы летать, мало тренироваться три ночи в месяц на городских крышах! Надо быть легким, веселым, радостным, любящим! Именно любящим всё и всех. Ты же набила себе карманы лёгкими обидками, раздражением, подозрениями всякими. Где тут летать? Тебе бы под землю с ушами не нырнуть — и то хорошо!

   Чтобы летать, мало тренироваться три ночи в месяц на городских крышах! Надо быть легким, веселым, радостным, любящим! Именно любящим всё и всех. Ты же набила себе карманы лёгкими обидками, раздражением, подозрениями всякими. Где тут летать? Тебе бы под землю с ушами не нырнуть — и то хорошо!

   — Дафна · книга
8. «

   Ломать не строить, пинать не целовать.

   Ломать не строить, пинать не целовать.

   — Ягун · книга
9. «

   Скука — это игрушка для тех, для кого все дома на одно лицо, все кошки одинаковые, все книги похожи и все люди — замаскированные сволочи.

   Скука — это игрушка для тех, для кого все дома на одно лицо, все кошки одинаковые, все книги похожи и все люди — замаскированные сволочи.

   — Йозеф Эметс · книга
10. «

    Честный ответ можно получить только на честный вопрос. Иначе получится бессмыслица. Ни ответ без вопроса, ни вопрос без ответа ценности не имеют. А потому, пока ты не спросил, никто тебе отвечать не будет.

    Честный ответ можно получить только на честный вопрос. Иначе получится бессмыслица. Ни ответ без вопроса, ни вопрос без ответа ценности не имеют. А потому, пока ты не спросил, никто тебе отвечать не будет.

    — Йозеф Эметс · книга
11. «

    Из чьего бы ребра я ни была бы сделана, это не твоё ребро! Ты понял?

    Из чьего бы ребра я ни была бы сделана, это не твоё ребро! Ты понял?

    — Улита · книга
12. «

    Будь он философом, он пояснил бы, что любить даже самого хорошего человека нельзя двадцать четыре часа в сутки. Это пиковое состояние, которое удерживается только несколько минут в день. В прочие часы и минуты любовь переливается в десятки других чувств – нежность, товарищество, дружелюбную полусердитость, ворчание и т. д. На другое у неё просто не хватает накала. Едва ли муж, в одиночку волокущий с четвертого этажа старый диван, который жене вздумалось выбросить в двенадцатом часу ночи, испытывает к своей половине какую-нибудь особенную любовь. А между тем, и это тоже проявление любви.

    Будь он философом, он пояснил бы, что любить даже самого хорошего человека нельзя двадцать четыре часа в сутки. Это пиковое состояние, которое удерживается только несколько минут в день. В прочие часы и минуты любовь переливается в десятки других чувств – нежность, товарищество, дружелюбную полусердитость, ворчание и т. д. На другое у неё просто не хватает накала. Едва ли муж, в одиночку волокущий с четвертого этажа старый диван, который жене вздумалось выбросить в двенадцатом часу ночи, испытывает к своей половине какую-нибудь особенную любовь. А между тем, и это тоже проявление любви.

    — Мефодий Буслаев. Огненные врата · книга
13. «

    Глаза как море. По ним пробегают волны. Они меняются, отражают всякий случайный, предмет, всякую случайную мысль. Если не привыкнуть к собственному волнению глаз, не уловить их ритм, их непредсказуемую игру, не убрать всё лишнее — ничего прочитать в глазах нельзя.

    Глаза как море. По ним пробегают волны. Они меняются, отражают всякий случайный, предмет, всякую случайную мысль. Если не привыкнуть к собственному волнению глаз, не уловить их ритм, их непредсказуемую игру, не убрать всё лишнее — ничего прочитать в глазах нельзя.

    — Ленка · книга
14. «

    От микробов я не умру. Я умру от голода.

    От микробов я не умру. Я умру от голода.

    — Улита · книга
15. «

    У каждого свой дар. Обделенных нет. Обделён только тот, кто считает себя обделённым.

    У каждого свой дар. Обделенных нет. Обделён только тот, кто считает себя обделённым.

    — Мамзелькина · книга
16. «

    Запросто кому угодно могла отгрызть руку по локоть да ещё и сказать, что невкусно.

    Запросто кому угодно могла отгрызть руку по локоть да ещё и сказать, что невкусно.

    — Таня Гроттер и магический контрабас · книга
17. «

    Для любви редкие встречи скорее праздник, чем помеха. Они подкармливают воображение. Чем реже человека видишь, тем проще его любить. Излишним общением можно только всё испортить.

    Для любви редкие встречи скорее праздник, чем помеха. Они подкармливают воображение. Чем реже человека видишь, тем проще его любить. Излишним общением можно только всё испортить.

    — Дафна · книга
18. «

    Моменты, когда можно было сделать выбор и пустить жизнь по другому руслу, кажутся теперь недосягаемо прекрасными. Хотя бы потому, что невозможно вернуться туда, откуда ты однажды ушёл. В решающий момент – и это потом особенно терзает – одно слово, один жест, одно движение – и всё, поезд жизни пошёл по другому пути. Сказать «Да» вместо «Нет» или, напротив, сказать «Нет» вместо «Да». Или уйти, или не уйти. И вот человек потом всю жизнь раз за разом возвращается памятью к этому моменту и совершает ТОТ САМЫЙ ПОСТУПОК.

    Моменты, когда можно было сделать выбор и пустить жизнь по другому руслу, кажутся теперь недосягаемо прекрасными. Хотя бы потому, что невозможно вернуться туда, откуда ты однажды ушёл. В решающий момент – и это потом особенно терзает – одно слово, один жест, одно движение – и всё, поезд жизни пошёл по другому пути. Сказать «Да» вместо «Нет» или, напротив, сказать «Нет» вместо «Да». Или уйти, или не уйти. И вот человек потом всю жизнь раз за разом возвращается памятью к этому моменту и совершает ТОТ САМЫЙ ПОСТУПОК.

    — Шурасик · книга
19. «

    Ну как же! Он еще читает лекции в педунивере, а в свободное время детективы переводит? Ну типа: «Я мстю, и мстя моя страшна! – сказал мистер Гадкинс, закладывая бомбу в детский горшок».

    Ну как же! Он еще читает лекции в педунивере, а в свободное время детективы переводит? Ну типа: «Я мстю, и мстя моя страшна! – сказал мистер Гадкинс, закладывая бомбу в детский горшок».

    — Эдя Хаврон · книга
20. «

    Внутри каждого из нас живет трус. Тряпка. Паникер. До поры до времени он прячется. Но едва возникнут подходящие обстоятельства — наносит удар. Потом снова прячется. Так что даже не понимаешь, откуда все прилетело.

    Внутри каждого из нас живет трус. Тряпка. Паникер. До поры до времени он прячется. Но едва возникнут подходящие обстоятельства — наносит удар. Потом снова прячется. Так что даже не понимаешь, откуда все прилетело.

    — Меркурий · книга