12 цитат от Дмитрого Куликова

Ниже 12 цитат Дмитрого Куликова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Интересный разговор, вот... Правда, бессмысленный абсолютно.

   Интересный разговор, вот... Правда, бессмысленный абсолютно.
2. «

   Теперь про ЕСПЧ (европейский суд по правам человека) и про всю эту историю. Я считаю, с сожалением, конечно, что вся эта история, скорее всего на этом закончится. тем важнее вызов. Мы должны будем ответить — юридически, философски, что такое по-настоящему права человека. И как их защищать. Надо ответить сущностно — что такое права человека. И откуда это все взялось. Давайте вспомним, что история с правами человека — это был инструмент первой холодной войны. Мощнейший. И когда нас развели на хельсинские соглашения, и мы признали примат этих прав как международной юрисдикции. Когда мы говорим, что Россия включила 1993 год, это неправда. Россия это просто воспроизвела. Может даже чуть утрировав. Но вся суть была сформулирована в 1970-е годы в хельсинских соглашениях. И это стало одним из основных инструментариев развала Советского Союза. Права человека — это инструмент холодной войны, И ни в каком другом виде он не существует. Поэтому если мы хотим разобраться с правами человека — давайте разбираться сами. Ума у нас на это точно хватит.

   Теперь про ЕСПЧ (европейский суд по правам человека) и про всю эту историю. Я считаю, с сожалением, конечно, что вся эта история, скорее всего на этом закончится. тем важнее вызов. Мы должны будем ответить — юридически, философски, что такое по-настоящему права человека. И как их защищать. Надо ответить сущностно — что такое права человека. И откуда это все взялось. Давайте вспомним, что история с правами человека — это был инструмент первой холодной войны. Мощнейший. И когда нас развели на хельсинские соглашения, и мы признали примат этих прав как международной юрисдикции. Когда мы говорим, что Россия включила 1993 год, это неправда. Россия это просто воспроизвела. Может даже чуть утрировав. Но вся суть была сформулирована в 1970-е годы в хельсинских соглашениях. И это стало одним из основных инструментариев развала Советского Союза. Права человека — это инструмент холодной войны, И ни в каком другом виде он не существует. Поэтому если мы хотим разобраться с правами человека — давайте разбираться сами. Ума у нас на это точно хватит.
3. «

   Есть версия. Это было записано в официальном документе. Мы объявлены тем, кем являемся, с их точки зрения, — ревизионистской державой. Мы ревизуем исторический процесс. Ведь в 90-х случилось событие небывалое в мировой истории. Западный мир наконец-то победил Россию. Впервые у них такая радость случилась. После этого Россия должна была, зализывая раны, уползти в кусты и там... И превратиться в десяток маленьких медвежат. Которых удобно кушать. Но в 2000-х годах начало выясняться, что мы отказались умирать, делиться на десяток медвежат, и более того, собираемся жить дальше. И обеспечивать свою безопасность. Так ведь это же ревизионизм! Россия хочет пересмотреть исторический процесс. Это недопустимо! Поэтому им до нас будет дело, пока всё не выясниться окончательно. Вот версия.

   Есть версия. Это было записано в официальном документе. Мы объявлены тем, кем являемся, с их точки зрения, — ревизионистской державой. Мы ревизуем исторический процесс. Ведь в 90-х случилось событие небывалое в мировой истории. Западный мир наконец-то победил Россию. Впервые у них такая радость случилась. После этого Россия должна была, зализывая раны, уползти в кусты и там... И превратиться в десяток маленьких медвежат. Которых удобно кушать. Но в 2000-х годах начало выясняться, что мы отказались умирать, делиться на десяток медвежат, и более того, собираемся жить дальше. И обеспечивать свою безопасность. Так ведь это же ревизионизм! Россия хочет пересмотреть исторический процесс. Это недопустимо! Поэтому им до нас будет дело, пока всё не выясниться окончательно. Вот версия.
4. «

   Мы тысячу лет войну ведем. Это наше культурно-генетическое знание. Мы в этом смысле страна, которая обороняется тысячу лет. И кстати, обороняясь, умудрялась приращать территории. И мы прекрасно знаем, что война никогда не прекращалась. Да, у нас были периоды слабоумия. Но мы это преодолели.

   Мы тысячу лет войну ведем. Это наше культурно-генетическое знание. Мы в этом смысле страна, которая обороняется тысячу лет. И кстати, обороняясь, умудрялась приращать территории. И мы прекрасно знаем, что война никогда не прекращалась. Да, у нас были периоды слабоумия. Но мы это преодолели.
5. «

   — Имеющий уши да услышит. — А не имеющий — да не услышит!

   — Имеющий уши да услышит. — А не имеющий — да не услышит!

   — Фёдор Александрович Лукьянов
6. «

   Как говорится в Уголовном кодексе? Незнание закона не освобождает от ответственности! Тем более, незнание истории не освобождает от исторической ответственности!

   Как говорится в Уголовном кодексе? Незнание закона не освобождает от ответственности! Тем более, незнание истории не освобождает от исторической ответственности!
7. «

   Почему вы называете нас [Россию, русских] нецивилизованными? Потому что мы не завоёванные! Никакого другого понятия «оцивилизовывания» у западной цивилизации нет, кроме как завоева́ние!

   Почему вы называете нас [Россию, русских] нецивилизованными? Потому что мы не завоёванные! Никакого другого понятия «оцивилизовывания» у западной цивилизации нет, кроме как завоева́ние!
8. «

   Без решения проблемы воспроизводства государственности, нации, страны, никакое развитие невозможно! Если вы не решаете задачу воспроизводства каждый день — костей не соберём!

   Без решения проблемы воспроизводства государственности, нации, страны, никакое развитие невозможно! Если вы не решаете задачу воспроизводства каждый день — костей не соберём!
9. «

   Сделал дело — засыпь песочком. Пустынны пляжи в рассветный час.

   Сделал дело — засыпь песочком. Пустынны пляжи в рассветный час.
10. «

    Ищут там, где потерял, а не там, где светло!

    Ищут там, где потерял, а не там, где светло!
11. «

    Описанные мною процессы (происходящие в Америке), с одной стороны, а идеология — с другой стороны, никак друг с другом не связаны, и это добром не кончится. А наша задача заключается в том, не то, чтобы придумывать себе что-то и попадать в ту же самую ситуацию, а наша задача в том, чтобы ответственно и точно контролировать ход исторического процесса, а идеологические утверждения должны этому соответствовать. Если сделаем это, удержим социальное согласие, которое невероятно важно. Вспомните проблему Советского Союза. Партия 20-30 лет рассказывала про одно, а процессы и сознание людей были совсем про другое. Сейчас такая ситуация в Америке.

    Описанные мною процессы (происходящие в Америке), с одной стороны, а идеология — с другой стороны, никак друг с другом не связаны, и это добром не кончится. А наша задача заключается в том, не то, чтобы придумывать себе что-то и попадать в ту же самую ситуацию, а наша задача в том, чтобы ответственно и точно контролировать ход исторического процесса, а идеологические утверждения должны этому соответствовать. Если сделаем это, удержим социальное согласие, которое невероятно важно. Вспомните проблему Советского Союза. Партия 20-30 лет рассказывала про одно, а процессы и сознание людей были совсем про другое. Сейчас такая ситуация в Америке.
12. «

    Настоящие «красные линии» — это точки принятия неких невозвратных неотвратимых решений. И зачем, чтобы враг знал, где у меня находится эта точка? Если я раскрою, где у меня нервное окончание, мне немедленно капец. А для врага это будет сюрприз. И это совсем другой подход. Например, мюнхенская речь Путина была абсолютным сюрпризом для Запада. Я уже не говорю о Крыме, Сирии, Грузии. И в дальнейшем не надо предупреждать. Но мы о себе знаем точки принятия решений.

    Настоящие «красные линии» — это точки принятия неких невозвратных неотвратимых решений. И зачем, чтобы враг знал, где у меня находится эта точка? Если я раскрою, где у меня нервное окончание, мне немедленно капец. А для врага это будет сюрприз. И это совсем другой подход. Например, мюнхенская речь Путина была абсолютным сюрпризом для Запада. Я уже не говорю о Крыме, Сирии, Грузии. И в дальнейшем не надо предупреждать. Но мы о себе знаем точки принятия решений.