Дмитрий Рус: 27 фраз, которые разошлись на цитаты

Подборка из 27 цитат Дмитрого Руса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Гном застенчиво улыбнулся — я не Станиславский, но не поверил ни на мгновенье, затем продолжил: — Мы можем предложить вам полный комплекс мародёрских услуг — за два часа и жалкие десять процентов добытого имущества, три сотни наших специалистов выскребут из замка всё, вплоть до извести между камнями. Последний нищий попав после нас в эти стены не найдёт чем поживиться и с горя удавится собственным поясом, ибо другого обрывка верёвки для этих целей отыскать не сможет.

   Гном застенчиво улыбнулся — я не Станиславский, но не поверил ни на мгновенье, затем продолжил: — Мы можем предложить вам полный комплекс мародёрских услуг — за два часа и жалкие десять процентов добытого имущества, три сотни наших специалистов выскребут из замка всё, вплоть до извести между камнями. Последний нищий попав после нас в эти стены не найдёт чем поживиться и с горя удавится собственным поясом, ибо другого обрывка верёвки для этих целей отыскать не сможет.

   — Играть, чтобы жить. Книга 3. Долг · книга
2. «

   — Эй ты, Чебурашка, или кто ты там на самом деле, слушай сюда! Белая мордочка с черным треугольным носом и оскаленными зубами осторожно выглянула из-за стула. Я тут же взял ее в целеуказание, если что — «Разрушающее Прикосновение» не промахнется, а это минус пять сотен хитов, мало не покажется. Генерал тем временем продолжил: — Значит, так, раз уж мы живем под одной крышей, будь добр соблюдать правила общежития. Правило номер один: ты удаляешься по первой же просьбе! — Чебурашка протестующе зарычал, показывая немаленькие иглы белоснежных клыков. — И не скалься мне тут! О правиле номер два сообщу позже, не придумал еще.

   — Эй ты, Чебурашка, или кто ты там на самом деле, слушай сюда! Белая мордочка с черным треугольным носом и оскаленными зубами осторожно выглянула из-за стула. Я тут же взял ее в целеуказание, если что — «Разрушающее Прикосновение» не промахнется, а это минус пять сотен хитов, мало не покажется. Генерал тем временем продолжил: — Значит, так, раз уж мы живем под одной крышей, будь добр соблюдать правила общежития. Правило номер один: ты удаляешься по первой же просьбе! — Чебурашка протестующе зарычал, показывая немаленькие иглы белоснежных клыков. — И не скалься мне тут! О правиле номер два сообщу позже, не придумал еще.

   — генерал Череп · книга
3. «

   Дети – они такие: прямы в своих желаниях и не отягощены лишними тормозами.

   Дети – они такие: прямы в своих желаниях и не отягощены лишними тормозами.

   — Играть, чтобы жить. Книга 4. Инферно · книга
4. «

   Конечно, общество равных — это утопия. Но общество бесправных — это страшно. Я не знаю верного пути, разум не в силах подсказать. Но у меня есть ещё один советчик — совесть. Я возьму правосудие в свои руки, и поступлю так, как велит мне душа. <...> - Сколько народу в замке? — уточнил я у Оксаны, что с пугливой надеждой переводила взгляд с одного бойца на другого, ещё не веря, что вот вся эта орда мужиков и воинственных леди, сорвется с мест и побежит решать её проблемы, наказывая мучителей и спасая друзей. Так и будет родная, ты верь. По Правде это, да и «русские на войне своих не бросают».

   Конечно, общество равных — это утопия. Но общество бесправных — это страшно. Я не знаю верного пути, разум не в силах подсказать. Но у меня есть ещё один советчик — совесть. Я возьму правосудие в свои руки, и поступлю так, как велит мне душа. <...> - Сколько народу в замке? — уточнил я у Оксаны, что с пугливой надеждой переводила взгляд с одного бойца на другого, ещё не веря, что вот вся эта орда мужиков и воинственных леди, сорвется с мест и побежит решать её проблемы, наказывая мучителей и спасая друзей. Так и будет родная, ты верь. По Правде это, да и «русские на войне своих не бросают».

   — Лаит · книга
5. «

   Дракон наш человек, если, конечно, можно так сказать об эльфе, боге и скелете. Привлечь его под наши знамена — задача архиважная, как говорил один картавый персонаж. Ладно, слетаю сейчас, разберусь.

   Дракон наш человек, если, конечно, можно так сказать об эльфе, боге и скелете. Привлечь его под наши знамена — задача архиважная, как говорил один картавый персонаж. Ладно, слетаю сейчас, разберусь.

   — Неназываемый · книга
6. «

   Шрамы неволи, как и шрамы настоящей войны, могут остаться на всю жизнь.

   Шрамы неволи, как и шрамы настоящей войны, могут остаться на всю жизнь.

   — Играть, чтобы жить. Книга 3. Долг · книга
7. «

   Ав же при виде оливье кривился — сотворенную пищу он не уважал. А вот крысиные ребра, по размерам больше похожие на бычьи, вскрывал как профессиональный палач. Жир тек по пальцам, мясо с огня умопомрачительно пахло, а Ав урчал от удовольствия. Собственно говоря, питаться богам было не обязательно. Ещё никто из бессмертных не умер от голода. Но… Тут как с сексом. Вроде и не обязательно, но разве не свернёшь ради этого дела горы?

   Ав же при виде оливье кривился — сотворенную пищу он не уважал. А вот крысиные ребра, по размерам больше похожие на бычьи, вскрывал как профессиональный палач. Жир тек по пальцам, мясо с огня умопомрачительно пахло, а Ав урчал от удовольствия. Собственно говоря, питаться богам было не обязательно. Ещё никто из бессмертных не умер от голода. Но… Тут как с сексом. Вроде и не обязательно, но разве не свернёшь ради этого дела горы?

   — Играть, чтобы жить. Книга 8. Путь молодого бога · книга
8. «

   Впрочем, злоупотреблять гостеприимством хозяев Анунах не собирался. Он не был крупным специалистом по отношениям полов, но главное правило семейной жизни усвоил прочно: мужчина не может быть главой семьи на чужой территории. Живи ты у родной мамы или трижды любящей жены — без своей берлоги ты приймак и ранг твой соответствующий.

   Впрочем, злоупотреблять гостеприимством хозяев Анунах не собирался. Он не был крупным специалистом по отношениям полов, но главное правило семейной жизни усвоил прочно: мужчина не может быть главой семьи на чужой территории. Живи ты у родной мамы или трижды любящей жены — без своей берлоги ты приймак и ранг твой соответствующий.

   — Анунах · книга
9. «

   Да и Лера читает меня как открытую книгу. <...> Мигом поймет — струсил, прогнулся, дал слабину. А как жить с не уважающим тебя человеком? Ответ ведь один — никак… Кстати, это еще один урок от моего мудрого бати — если жена потеряла к тебе уважение — можешь смело разводиться. Все. Фарш невозможно провернуть назад. Финита.

   Да и Лера читает меня как открытую книгу. <...> Мигом поймет — струсил, прогнулся, дал слабину. А как жить с не уважающим тебя человеком? Ответ ведь один — никак… Кстати, это еще один урок от моего мудрого бати — если жена потеряла к тебе уважение — можешь смело разводиться. Все. Фарш невозможно провернуть назад. Финита.

   — Павел · книга
10. «

    Зажать противника между молотом и наковальней — прием древний, как женское коварство. Причем столь же действенный.

    Зажать противника между молотом и наковальней — прием древний, как женское коварство. Причем столь же действенный.

    — Лаит · книга
11. «

    Дикая кошка, ломающая себя и пытающаяся в одно мгновенье стать домашней. Зачем?!

    Дикая кошка, ломающая себя и пытающаяся в одно мгновенье стать домашней. Зачем?!

    — Лаит · книга
12. «

    Меня пробила дрожь — такой связи не бывает даже у близнецов! Ощущение своего, родного, насквозь понятного и близкого — переполняло душу. Чувствую себя идеальной парой. Мужчина, как сосуд, который женщина наполняет собой. Стенки сосуда — пресловутая каменная стена, укрывающая половинку от невзгод. Внутри — пушистый мурчащий котенок, дарящий счастье и уют.

    Меня пробила дрожь — такой связи не бывает даже у близнецов! Ощущение своего, родного, насквозь понятного и близкого — переполняло душу. Чувствую себя идеальной парой. Мужчина, как сосуд, который женщина наполняет собой. Стенки сосуда — пресловутая каменная стена, укрывающая половинку от невзгод. Внутри — пушистый мурчащий котенок, дарящий счастье и уют.

    — Павел · книга
13. «

    Не нужно клятв, достаточно желания.

    Не нужно клятв, достаточно желания.

    — Неназываемый · книга
14. «

    Когда в следующий раз на такие глупости подписываться будешь, хотя бы пальцы крестиком держи за спиной, все ж меньше откат по карме, в случае невыполнения.

    Когда в следующий раз на такие глупости подписываться будешь, хотя бы пальцы крестиком держи за спиной, все ж меньше откат по карме, в случае невыполнения.

    — Неназываемый · книга
15. «

    Грызун призывно взвизгнул и засеменил ко мне. А вот одновременно с ним из рядом стоящих кустов на меня кинулась здоровая зайчатина! Матёрый кроль. 3-й уровень. Да хоть суслик! Забодает ведь! Позора не оберёшься — убит кроликом в первом же бою!

    Грызун призывно взвизгнул и засеменил ко мне. А вот одновременно с ним из рядом стоящих кустов на меня кинулась здоровая зайчатина! Матёрый кроль. 3-й уровень. Да хоть суслик! Забодает ведь! Позора не оберёшься — убит кроликом в первом же бою!

    — Лаит · книга
16. «

    — Успокоился? — невозмутимо уточнил Павший. — Но затаил! — не стал прогибаться я.

    — Успокоился? — невозмутимо уточнил Павший. — Но затаил! — не стал прогибаться я.

    — Неназываемый · книга
17. «

    Когда народу в кабаке осталась всего ничего, устав, она уселась напротив, подперев ладонью подбородок, и задумчиво смотрела на меня влажными, блестящими и слегка пьяными глазами. Затем потянулась к моему уху, и тихонько прошептала: — Подожди минутку, я переподключусь. У меня ещё два часа разрешёнки, при полном погружении, остались... Покажешь мне свою коллекцию марок… И удалилась, покачивая бёдрами, в сторону дамской комнаты. На третий этаж мы поднимались уже вдвоём...

    Когда народу в кабаке осталась всего ничего, устав, она уселась напротив, подперев ладонью подбородок, и задумчиво смотрела на меня влажными, блестящими и слегка пьяными глазами. Затем потянулась к моему уху, и тихонько прошептала: — Подожди минутку, я переподключусь. У меня ещё два часа разрешёнки, при полном погружении, остались... Покажешь мне свою коллекцию марок… И удалилась, покачивая бёдрами, в сторону дамской комнаты. На третий этаж мы поднимались уже вдвоём...

    — Лаит · книга
18. «

    Мы не мягкие, мы упругие. Там где перекаленный клинок сломается, упругий лишь прогнется, набирая силу для ответного удара.

    Мы не мягкие, мы упругие. Там где перекаленный клинок сломается, упругий лишь прогнется, набирая силу для ответного удара.

    — Играть, чтобы жить. Книга 2. Клан · книга
19. «

    Магия и «огнестрел» — два уникальных инструмента на разных концах эволюционной ветви. И если кому-то удастся их объединить, Вселенная вздрогнет и умоются кровью все те, кто сомневался в нашем миролюбии.

    Магия и «огнестрел» — два уникальных инструмента на разных концах эволюционной ветви. И если кому-то удастся их объединить, Вселенная вздрогнет и умоются кровью все те, кто сомневался в нашем миролюбии.

    — Стас · книга
20. «

    Когда друзья у тебя за спиной подкатывают к твоей же девушке, то имя у них одно — гниды. Следует выводить таких из ближнего круга и больше не поворачиваться к ним спиной. Ну а по возможности — учить, сквозь боль и слезы, что женщина друга — пола не имеет.

    Когда друзья у тебя за спиной подкатывают к твоей же девушке, то имя у них одно — гниды. Следует выводить таких из ближнего круга и больше не поворачиваться к ним спиной. Ну а по возможности — учить, сквозь боль и слезы, что женщина друга — пола не имеет.

    — Павел · книга