33 цитаты Дмитрого Руса

Подборка из 33 цитаты Дмитрого Руса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Когда в следующий раз на такие глупости подписываться будешь, хотя бы пальцы крестиком держи за спиной, все ж меньше откат по карме, в случае невыполнения.

   Когда в следующий раз на такие глупости подписываться будешь, хотя бы пальцы крестиком держи за спиной, все ж меньше откат по карме, в случае невыполнения.

   — Неназываемый · книга
2. «

   Дикая кошка, ломающая себя и пытающаяся в одно мгновенье стать домашней. Зачем?!

   Дикая кошка, ломающая себя и пытающаяся в одно мгновенье стать домашней. Зачем?!

   — Лаит · книга
3. «

   Да и Лера читает меня как открытую книгу. <...> Мигом поймет — струсил, прогнулся, дал слабину. А как жить с не уважающим тебя человеком? Ответ ведь один — никак… Кстати, это еще один урок от моего мудрого бати — если жена потеряла к тебе уважение — можешь смело разводиться. Все. Фарш невозможно провернуть назад. Финита.

   Да и Лера читает меня как открытую книгу. <...> Мигом поймет — струсил, прогнулся, дал слабину. А как жить с не уважающим тебя человеком? Ответ ведь один — никак… Кстати, это еще один урок от моего мудрого бати — если жена потеряла к тебе уважение — можешь смело разводиться. Все. Фарш невозможно провернуть назад. Финита.

   — Павел · книга
4. «

   Шрамы неволи, как и шрамы настоящей войны, могут остаться на всю жизнь.

   Шрамы неволи, как и шрамы настоящей войны, могут остаться на всю жизнь.

   — Играть, чтобы жить. Книга 3. Долг · книга
5. «

   Гном застенчиво улыбнулся — я не Станиславский, но не поверил ни на мгновенье, затем продолжил: — Мы можем предложить вам полный комплекс мародёрских услуг — за два часа и жалкие десять процентов добытого имущества, три сотни наших специалистов выскребут из замка всё, вплоть до извести между камнями. Последний нищий попав после нас в эти стены не найдёт чем поживиться и с горя удавится собственным поясом, ибо другого обрывка верёвки для этих целей отыскать не сможет.

   Гном застенчиво улыбнулся — я не Станиславский, но не поверил ни на мгновенье, затем продолжил: — Мы можем предложить вам полный комплекс мародёрских услуг — за два часа и жалкие десять процентов добытого имущества, три сотни наших специалистов выскребут из замка всё, вплоть до извести между камнями. Последний нищий попав после нас в эти стены не найдёт чем поживиться и с горя удавится собственным поясом, ибо другого обрывка верёвки для этих целей отыскать не сможет.

   — Играть, чтобы жить. Книга 3. Долг · книга
6. «

   Империя не тянула в свои ряды насильно, но оставляла за собой право защищаться от гнили тирании, сектантства, демократии-модерн и прочих видов социального разложения.

   Империя не тянула в свои ряды насильно, но оставляла за собой право защищаться от гнили тирании, сектантства, демократии-модерн и прочих видов социального разложения.

   — Комэск-13. Книга 2. Лейтенант · книга
7. «

   Загадочная фигура, частенько всплывающая при всяких мутных событиях — и вроде бы как всегда ни при чем, но почему-то по жизни рядом…

   Загадочная фигура, частенько всплывающая при всяких мутных событиях — и вроде бы как всегда ни при чем, но почему-то по жизни рядом…

   — Лаит · книга
8. «

   Как показывает статистика — интуитивный ответ чаще всего верный. Если мы задумаемся и переменим решение — в семидесяти процентах случаев совершим ошибку.

   Как показывает статистика — интуитивный ответ чаще всего верный. Если мы задумаемся и переменим решение — в семидесяти процентах случаев совершим ошибку.

   — Лаит · книга
9. «

   Дюжина пьяных экзорцистов! — потрясенно выругался Асмодей, — что за?!

   Дюжина пьяных экзорцистов! — потрясенно выругался Асмодей, — что за?!

   — Асмодей · книга
10. «

    Наказание бессмысленно, если воспитуемый не поймёт, за что ему прилетело...

    Наказание бессмысленно, если воспитуемый не поймёт, за что ему прилетело...

    — Лаит · книга
11. «

    — Эй ты, Чебурашка, или кто ты там на самом деле, слушай сюда! Белая мордочка с черным треугольным носом и оскаленными зубами осторожно выглянула из-за стула. Я тут же взял ее в целеуказание, если что — «Разрушающее Прикосновение» не промахнется, а это минус пять сотен хитов, мало не покажется. Генерал тем временем продолжил: — Значит, так, раз уж мы живем под одной крышей, будь добр соблюдать правила общежития. Правило номер один: ты удаляешься по первой же просьбе! — Чебурашка протестующе зарычал, показывая немаленькие иглы белоснежных клыков. — И не скалься мне тут! О правиле номер два сообщу позже, не придумал еще.

    — Эй ты, Чебурашка, или кто ты там на самом деле, слушай сюда! Белая мордочка с черным треугольным носом и оскаленными зубами осторожно выглянула из-за стула. Я тут же взял ее в целеуказание, если что — «Разрушающее Прикосновение» не промахнется, а это минус пять сотен хитов, мало не покажется. Генерал тем временем продолжил: — Значит, так, раз уж мы живем под одной крышей, будь добр соблюдать правила общежития. Правило номер один: ты удаляешься по первой же просьбе! — Чебурашка протестующе зарычал, показывая немаленькие иглы белоснежных клыков. — И не скалься мне тут! О правиле номер два сообщу позже, не придумал еще.

    — генерал Череп · книга
12. «

    — Успокоился? — невозмутимо уточнил Павший. — Но затаил! — не стал прогибаться я.

    — Успокоился? — невозмутимо уточнил Павший. — Но затаил! — не стал прогибаться я.

    — Неназываемый · книга
13. «

    Ответственность… Вот что нас пугает. Всю жизнь мы бежим от нее, отмазываясь в школе и институте от поручений и символических должностей, боясь заводить семью и начинать дело, не решаясь заговорить с девушкой или сломать орлиный нос зарвавшемуся гостю… Может, хватит уже бегать?

    Ответственность… Вот что нас пугает. Всю жизнь мы бежим от нее, отмазываясь в школе и институте от поручений и символических должностей, боясь заводить семью и начинать дело, не решаясь заговорить с девушкой или сломать орлиный нос зарвавшемуся гостю… Может, хватит уже бегать?

    — Лаит · книга
14. «

    Через мгновенье до меня донесся восхищенный выдох: — Столучевую пентаграмму Серафиму в зад!

    Через мгновенье до меня донесся восхищенный выдох: — Столучевую пентаграмму Серафиму в зад!

    — Асмодей · книга
15. «

    — Внимание! Король Василисков обрел плоть! — Ужас древних времен вернулся в нашу реальность, мир уже никогда не будет прежним! <...> Позорно сидя на заднице и харкая кровью из пробитых осколками ребер легких, я, задрав голову, смотрел на махину Короля Королей. У японцев сегодня праздник — любят они таких вот гигантусов… <...> Поведя вокруг тяжелым взглядом змеиных глаз, тварь безошибочно отыскала меня среди тысяч разумных и плавным движением приблизила двадцатиметровую будку к моему лицу. Вертикальные зрачки нащупали мой взгляд, и стальная кувалда ударила по разуму, пытаясь подчинить своей воле и получить послушного, хоть и чуток дегенеративного раба. Защита от ментального давления расползлась гнилой тряпкой, сила Первожреца уступила воле Короля Королей, из заемных костылей остался один лишь хомяк — хрипящий, загнанный в угол, но «за свое» готовый сражаться хоть со всем светлым пантеоном. Я и бесконечно древняя тварь… Один на один… Василиск внушал мне статус невесомой соринки, чудом попавшей в глаз Владыке. А я медленно тянулся к Посоху и прикидывал, как прорублю глазное яблоко, удержусь за амбразуру века от хлынувших тонн мутной жижи, а затем проникну вовнутрь древней башки и начну нарезать мозг на тонкие дольки… Король сморгнул, дернул верхней губой и медленно отвел взгляд. — Ты силен, разумный! Признаю за тобой право лично обращаться к Королю Королей! — набатом прозвучал в моей голове.

    — Внимание! Король Василисков обрел плоть! — Ужас древних времен вернулся в нашу реальность, мир уже никогда не будет прежним! <...> Позорно сидя на заднице и харкая кровью из пробитых осколками ребер легких, я, задрав голову, смотрел на махину Короля Королей. У японцев сегодня праздник — любят они таких вот гигантусов… <...> Поведя вокруг тяжелым взглядом змеиных глаз, тварь безошибочно отыскала меня среди тысяч разумных и плавным движением приблизила двадцатиметровую будку к моему лицу. Вертикальные зрачки нащупали мой взгляд, и стальная кувалда ударила по разуму, пытаясь подчинить своей воле и получить послушного, хоть и чуток дегенеративного раба. Защита от ментального давления расползлась гнилой тряпкой, сила Первожреца уступила воле Короля Королей, из заемных костылей остался один лишь хомяк — хрипящий, загнанный в угол, но «за свое» готовый сражаться хоть со всем светлым пантеоном. Я и бесконечно древняя тварь… Один на один… Василиск внушал мне статус невесомой соринки, чудом попавшей в глаз Владыке. А я медленно тянулся к Посоху и прикидывал, как прорублю глазное яблоко, удержусь за амбразуру века от хлынувших тонн мутной жижи, а затем проникну вовнутрь древней башки и начну нарезать мозг на тонкие дольки… Король сморгнул, дернул верхней губой и медленно отвел взгляд. — Ты силен, разумный! Признаю за тобой право лично обращаться к Королю Королей! — набатом прозвучал в моей голове.

    — Лаит · книга
16. «

    Дуршлаг спичкой не заткнуть.

    Дуршлаг спичкой не заткнуть.

    — Лаит · книга
17. «

    Ну а в минуты спокойствия, наша крылатая богиня, тихонько напевая, расшивала крохотное белоснежное платье сверкающей неоном нитью. На вопрос: «зачем?», она хитро прищурившись отвечала: «надо…»

    Ну а в минуты спокойствия, наша крылатая богиня, тихонько напевая, расшивала крохотное белоснежное платье сверкающей неоном нитью. На вопрос: «зачем?», она хитро прищурившись отвечала: «надо…»

    — Играть, чтобы жить. Книга 8. Путь молодого бога · книга
18. «

    Медитация закончилась неожиданно — душа потребовала первой в жизни молитвы, обращенной не столько к Неназываемому, сколько к Силам Равновесия. Я не просил безоговорочной победы, не искал смерти врагам. Справедливости — большего мне не надо! Где это видано — за месяц сколотить коалицию, способную противостоять государственной мощи самой демократической в мире страны и армии вторжения с пятью нулями на конце? Время, чесоточного серафима вам в глотку, дайте мне время! Дальше уж я сам! С моими силами хорошо партизанить, а нас же настойчиво сажают в оборону для решающей битвы стенка на стенку. Именно тот формат сражения, где решает численность, а не маневр!

    Медитация закончилась неожиданно — душа потребовала первой в жизни молитвы, обращенной не столько к Неназываемому, сколько к Силам Равновесия. Я не просил безоговорочной победы, не искал смерти врагам. Справедливости — большего мне не надо! Где это видано — за месяц сколотить коалицию, способную противостоять государственной мощи самой демократической в мире страны и армии вторжения с пятью нулями на конце? Время, чесоточного серафима вам в глотку, дайте мне время! Дальше уж я сам! С моими силами хорошо партизанить, а нас же настойчиво сажают в оборону для решающей битвы стенка на стенку. Именно тот формат сражения, где решает численность, а не маневр!

    — Лаит · книга
19. «

    Мы, мужики, вообще существа недоласканные и словно пуганные дворовые коты с изорванными ушами и покрытые старыми шрамами недоверчиво и с надеждой тянемся к нежным ручкам. Недаром многие мужчины влюбляются в массажисток, медсестёр и парикмахерш, принимая обычные прикосновения за ласку.

    Мы, мужики, вообще существа недоласканные и словно пуганные дворовые коты с изорванными ушами и покрытые старыми шрамами недоверчиво и с надеждой тянемся к нежным ручкам. Недаром многие мужчины влюбляются в массажисток, медсестёр и парикмахерш, принимая обычные прикосновения за ласку.

    — Павел · книга
20. «

    Если ты не можешь справиться с женщиной, то как можешь рассчитывать на её уважение?

    Если ты не можешь справиться с женщиной, то как можешь рассчитывать на её уважение?

    — Павел · книга