64 цитаты Дмитрого Руса о смысле жизни

Подборка из 64 цитаты Дмитрого Руса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Таня выпытывала из меня последние новости, охала и ахала. За беспокойством проглядывала гордость за собственный выбор — её парень не лежит на диване, а крутится и добывает, ищет возможности и реализует их. Это льстило. Впрочем, постоянное выражение уверенности в своём партнёре, поддержка его начинаний и чувства собственной значительности — это один из компонентов счастливого брака. Многие женщины не понимают таких простых истин, а затем удивляются, почему их «Вася» полжизни сидит ровно на попе, не пытаясь ничего изменить в болоте повседневности.

   Таня выпытывала из меня последние новости, охала и ахала. За беспокойством проглядывала гордость за собственный выбор — её парень не лежит на диване, а крутится и добывает, ищет возможности и реализует их. Это льстило. Впрочем, постоянное выражение уверенности в своём партнёре, поддержка его начинаний и чувства собственной значительности — это один из компонентов счастливого брака. Многие женщины не понимают таких простых истин, а затем удивляются, почему их «Вася» полжизни сидит ровно на попе, не пытаясь ничего изменить в болоте повседневности.

   — Лаит · книга
2. «

   ... Не придавленный цивилизацией инфантильный мужичонка двадцать первого века, а один из тех, кто сохранил в себе дух первобытного воина. Захочет — возьмет! Почувствует угрозу — уроет любого! Рядом с ним — надежно! За ним — безопасно! Отдаленное будущее — не внушает тревог… Таких девчата и ищут. Разумом выбирают успешных менеджеров, а вот влюбляются — в хулиганов, алкоголиков и лиц альтернативных национальностей. Ибо альфы…

   ... Не придавленный цивилизацией инфантильный мужичонка двадцать первого века, а один из тех, кто сохранил в себе дух первобытного воина. Захочет — возьмет! Почувствует угрозу — уроет любого! Рядом с ним — надежно! За ним — безопасно! Отдаленное будущее — не внушает тревог… Таких девчата и ищут. Разумом выбирают успешных менеджеров, а вот влюбляются — в хулиганов, алкоголиков и лиц альтернативных национальностей. Ибо альфы…

   — Павел · книга
3. «

   Асмодей нервно потоптался на месте, затем рубанул воздух рукой: — А, Ангел с тобой!

   Асмодей нервно потоптался на месте, затем рубанул воздух рукой: — А, Ангел с тобой!

   — Асмодей · книга
4. «

   Стас прищурился фирменным взглядом следователя: — Вот смотрю я на тебя и думаю: откуда такая хитрожопость? Дай тебе сортир и палку-копалку, так ты вычерпаешь дерьмо до дна и обнаружишь там сундук с золотом! Твой дедушка случайно на Привозе шнурками не торговал? — Да шо вы уже такое знаете, чего я вам еще не рассказывал? — с отчетливым одесским выговором прогундосил я. — Шоб вы так жили, как прибедняетесь! — не остался в долгу особист.

   Стас прищурился фирменным взглядом следователя: — Вот смотрю я на тебя и думаю: откуда такая хитрожопость? Дай тебе сортир и палку-копалку, так ты вычерпаешь дерьмо до дна и обнаружишь там сундук с золотом! Твой дедушка случайно на Привозе шнурками не торговал? — Да шо вы уже такое знаете, чего я вам еще не рассказывал? — с отчетливым одесским выговором прогундосил я. — Шоб вы так жили, как прибедняетесь! — не остался в долгу особист.

   — Стас · книга
5. «

   Не нужно клятв, достаточно желания.

   Не нужно клятв, достаточно желания.

   — Неназываемый · книга
6. «

   Шрамы неволи, как и шрамы настоящей войны, могут остаться на всю жизнь.

   Шрамы неволи, как и шрамы настоящей войны, могут остаться на всю жизнь.

   — Играть, чтобы жить. Книга 3. Долг · книга
7. «

   Если уж судьба подарила тебе возможность ходить — так не шаркай, сгорбившись, как безвольное создание: миллионы калек мечтают сделать, хоть единственный шаг, цени то, что имеешь! Культивируй стальной стержень в позвоночнике — поможет не прогибаться по жизни, носи свою башню гордо!

   Если уж судьба подарила тебе возможность ходить — так не шаркай, сгорбившись, как безвольное создание: миллионы калек мечтают сделать, хоть единственный шаг, цени то, что имеешь! Культивируй стальной стержень в позвоночнике — поможет не прогибаться по жизни, носи свою башню гордо!

   — Лаит · книга
8. «

   Всё имеет свою цену, в том числе — бег по стальным джунглям в режиме «аллюр два креста». Для тех, кто не в курсе, именно количество крестов на пакете сообщало царскому фельдъегерю о срочности доставки. Пара — определяла скорость в двенадцать — пятнадцать километров в час, а вот три креста — это приговор, как минимум для коня.

   Всё имеет свою цену, в том числе — бег по стальным джунглям в режиме «аллюр два креста». Для тех, кто не в курсе, именно количество крестов на пакете сообщало царскому фельдъегерю о срочности доставки. Пара — определяла скорость в двенадцать — пятнадцать километров в час, а вот три креста — это приговор, как минимум для коня.

   — Павел · книга
9. «

   ...теперь я отлично понимал, чем подкупают своих адептов всевозможные темные божества. Банальные жажда силы, власти и игра на низменных инстинктах. Сам ничтожество, но тебя коробит от зависти при виде могучего воина? На алтарь его! Так, в свое время, не слабо порезвилась средневековая инквизиция, проведя серьезную работу по генной коррекции населения. Еще бы, если сотни лет подряд объявлять каждую симпатичную девушку ведьмой, то на выходе получим тот самый страх и ужас, что в просвещённой Европе зовется современными женщинами. И ведь так сложно не поддаться искусу – отказала тебе деревенская красотка – да она ведьма! А святой католический брат не оспорит, ему и самому страсть как хочется заполучить жертву в пыточный подвал, раздеть, пуская похотливые слюни, обрить все тело и очень тщательно его осмотреть, в поиске дьявольских меток.

   ...теперь я отлично понимал, чем подкупают своих адептов всевозможные темные божества. Банальные жажда силы, власти и игра на низменных инстинктах. Сам ничтожество, но тебя коробит от зависти при виде могучего воина? На алтарь его! Так, в свое время, не слабо порезвилась средневековая инквизиция, проведя серьезную работу по генной коррекции населения. Еще бы, если сотни лет подряд объявлять каждую симпатичную девушку ведьмой, то на выходе получим тот самый страх и ужас, что в просвещённой Европе зовется современными женщинами. И ведь так сложно не поддаться искусу – отказала тебе деревенская красотка – да она ведьма! А святой католический брат не оспорит, ему и самому страсть как хочется заполучить жертву в пыточный подвал, раздеть, пуская похотливые слюни, обрить все тело и очень тщательно его осмотреть, в поиске дьявольских меток.

   — Лаит · книга
10. «

    — Генерал, вы рассматривали возможность посвящения личного состава клана Макарии и предлагали заплатить за это два миллиона. Верно? Череп поднял одну бровь, молчаливо вопрошая об источнике информации, не подтверждая, но и не опровергая сказанное. Стас лишь поощрительно улыбнулся, продолжай, мол. Я набрал в грудь побольше воздуха и с интонациями киношного героя «Гена Бобков — это я!» выдохнул: — Темный Жрец, которому вы писали — это я!

    — Генерал, вы рассматривали возможность посвящения личного состава клана Макарии и предлагали заплатить за это два миллиона. Верно? Череп поднял одну бровь, молчаливо вопрошая об источнике информации, не подтверждая, но и не опровергая сказанное. Стас лишь поощрительно улыбнулся, продолжай, мол. Я набрал в грудь побольше воздуха и с интонациями киношного героя «Гена Бобков — это я!» выдохнул: — Темный Жрец, которому вы писали — это я!

    — Лаит · книга
11. «

    Пределы возможностей человека неясны и размыты. Задыхающаяся от адреналина, мать способна приподнять автомобиль, придавивший её дитя. Пилот, упавшего в озеро самолета может выбить кулаком калёный триплекс лобового стекла. Всё дело в психике...

    Пределы возможностей человека неясны и размыты. Задыхающаяся от адреналина, мать способна приподнять автомобиль, придавивший её дитя. Пилот, упавшего в озеро самолета может выбить кулаком калёный триплекс лобового стекла. Всё дело в психике...

    — Комэск-13. Книга 2. Лейтенант · книга
12. «

    Не морщить мозг, все учтено могучим ураганом, выполнять приказ старшего!

    Не морщить мозг, все учтено могучим ураганом, выполнять приказ старшего!

    — Лаит · книга
13. «

    За родную землю, мирное небо и давние обиды! Начистим супостату рыло, ударим в уязвимое подбрюшье, вернём награбленное! Слава русскому оружию! К бою, парни!

    За родную землю, мирное небо и давние обиды! Начистим супостату рыло, ударим в уязвимое подбрюшье, вернём награбленное! Слава русскому оружию! К бою, парни!

    — Лаит · книга
14. «

    Всё-таки неполноценен мужчина без любящей женщины, чувствуется какой-то дискомфорт и незаполненность — гуляют сквозняки и тоскливо воет ветер по пустым закоулкам души. Только не кукла нужна с ботоксными губами, а настоящая женщина. Ты обернёшься — и ловишь её весёлый взгляд, сделаешь что-то толковое, пусть даже и крохотное — она восхищённо захлопает в ладоши, ты не успеешь — а она подхватит... Друг, напарник, партнер...

    Всё-таки неполноценен мужчина без любящей женщины, чувствуется какой-то дискомфорт и незаполненность — гуляют сквозняки и тоскливо воет ветер по пустым закоулкам души. Только не кукла нужна с ботоксными губами, а настоящая женщина. Ты обернёшься — и ловишь её весёлый взгляд, сделаешь что-то толковое, пусть даже и крохотное — она восхищённо захлопает в ладоши, ты не успеешь — а она подхватит... Друг, напарник, партнер...

    — Лаит · книга
15. «

    Мы, мужики, вообще существа недоласканные и словно пуганные дворовые коты с изорванными ушами и покрытые старыми шрамами недоверчиво и с надеждой тянемся к нежным ручкам. Недаром многие мужчины влюбляются в массажисток, медсестёр и парикмахерш, принимая обычные прикосновения за ласку.

    Мы, мужики, вообще существа недоласканные и словно пуганные дворовые коты с изорванными ушами и покрытые старыми шрамами недоверчиво и с надеждой тянемся к нежным ручкам. Недаром многие мужчины влюбляются в массажисток, медсестёр и парикмахерш, принимая обычные прикосновения за ласку.

    — Павел · книга
16. «

    Меня спас якорь в виде Лины. Случайно разорвать астральную связь не так-то просто, а тащить за грань невинную душу я не хотел и не мог. К тому же девушка очень болезненно реагировала на каждую из моих смертей. Даже будучи погруженной в искусственный сон, она вздрагивала, просила остаться и едва заметно плакала. Терять кусочек себя – бесконечно страшно… Маятник сжимался, высшие планы бытия отторгали бракованную душу, и меня вновь отбрасывало в физический мир, прямиком в ментальные объятия Лины. Мы смущались, словно оказывались случайно прижатыми в транспорте друг к другу, когда на ней – легчайшее летнее платье, а на тебе – лишь легкие шорты. И не отвернуться, и глаз не отвести. Остается лишь краснеть, смущаясь, желать – больше чем бессмертия, и влюбляться – беспощадно и навсегда…

    Меня спас якорь в виде Лины. Случайно разорвать астральную связь не так-то просто, а тащить за грань невинную душу я не хотел и не мог. К тому же девушка очень болезненно реагировала на каждую из моих смертей. Даже будучи погруженной в искусственный сон, она вздрагивала, просила остаться и едва заметно плакала. Терять кусочек себя – бесконечно страшно… Маятник сжимался, высшие планы бытия отторгали бракованную душу, и меня вновь отбрасывало в физический мир, прямиком в ментальные объятия Лины. Мы смущались, словно оказывались случайно прижатыми в транспорте друг к другу, когда на ней – легчайшее летнее платье, а на тебе – лишь легкие шорты. И не отвернуться, и глаз не отвести. Остается лишь краснеть, смущаясь, желать – больше чем бессмертия, и влюбляться – беспощадно и навсегда…

    — Павел · книга
17. «

    В углу тихо заворчали, тень сделала шаг в мою сторону. - Твою же мать! — я наконец-то нащупал у стены что-то ухватистое, замахнулся. — Обзовись, Чудище! Тебе, блин, какой глаз больше дорог, жёлтый или синий? Щас отрехтую! Тень скептически хмыкнула и, сделав ещё пару шагов, оказалось в полосе света. Невысокий седой гоблин, стряхнув паутину со штопаной серой хламиды, оглядел меня, недовольно нахмурившись, и неожиданно писклявым голосом приказал: - Веник на место поставь, воин. Развоевался тут...

    В углу тихо заворчали, тень сделала шаг в мою сторону. - Твою же мать! — я наконец-то нащупал у стены что-то ухватистое, замахнулся. — Обзовись, Чудище! Тебе, блин, какой глаз больше дорог, жёлтый или синий? Щас отрехтую! Тень скептически хмыкнула и, сделав ещё пару шагов, оказалось в полосе света. Невысокий седой гоблин, стряхнув паутину со штопаной серой хламиды, оглядел меня, недовольно нахмурившись, и неожиданно писклявым голосом приказал: - Веник на место поставь, воин. Развоевался тут...

    — Грым · книга
18. «

    — Эй ты, Чебурашка, или кто ты там на самом деле, слушай сюда! Белая мордочка с черным треугольным носом и оскаленными зубами осторожно выглянула из-за стула. Я тут же взял ее в целеуказание, если что — «Разрушающее Прикосновение» не промахнется, а это минус пять сотен хитов, мало не покажется. Генерал тем временем продолжил: — Значит, так, раз уж мы живем под одной крышей, будь добр соблюдать правила общежития. Правило номер один: ты удаляешься по первой же просьбе! — Чебурашка протестующе зарычал, показывая немаленькие иглы белоснежных клыков. — И не скалься мне тут! О правиле номер два сообщу позже, не придумал еще.

    — Эй ты, Чебурашка, или кто ты там на самом деле, слушай сюда! Белая мордочка с черным треугольным носом и оскаленными зубами осторожно выглянула из-за стула. Я тут же взял ее в целеуказание, если что — «Разрушающее Прикосновение» не промахнется, а это минус пять сотен хитов, мало не покажется. Генерал тем временем продолжил: — Значит, так, раз уж мы живем под одной крышей, будь добр соблюдать правила общежития. Правило номер один: ты удаляешься по первой же просьбе! — Чебурашка протестующе зарычал, показывая немаленькие иглы белоснежных клыков. — И не скалься мне тут! О правиле номер два сообщу позже, не придумал еще.

    — генерал Череп · книга
19. «

    Попрощавшись с парнями и улыбнувшись незамысловатым шуткам на тему супружеского долга, подхватил вернувшуюся эльфу на руки и понёс в номер. За спиной раздались дружные аплодисменты. Эльфа зарылась носом ко мне в куртку и слегка покраснела. У двери поставил девушку на ноги и легонечко подтолкнул вовнутрь. — Ой, что это?! — распахнула глаза эльфа. В интимном полумраке комнаты переливались красным, зелёным и синем пламенем факелы истинного огня. Пол и кровать были усеяны цветами, а на столе стояла крупная раковина, едва слышно напевавшая грустную песню. С видом заправского экскурсовода я начал указывать руками. — Факелы Истинного Пламени, особист их у меня чуть с руками не оторвал. Цветы полевые, сбор Романтическое Настроение, рецепт мой. И наконец, Поющая Раковина с острова Сирен. Может, ты слышала, что самцы сирен совершенно безмозглые, и раковины научились копировать брачную песнь самок, выманивая у глупых мужчин рыбу и фрукты, в виде знаков внимания дамам. Говорят, что брачная песнь сирены действует на подсознание самым загадочным образом, стимулируя сексуальное наслаждение. Глаза эльфы заблестели, ноздри хищно раздулись, а острый язычок облизнул яркие губы. Одно неуловимое, доступное только женщинам движение, и платье скользнуло к её ногам.

    Попрощавшись с парнями и улыбнувшись незамысловатым шуткам на тему супружеского долга, подхватил вернувшуюся эльфу на руки и понёс в номер. За спиной раздались дружные аплодисменты. Эльфа зарылась носом ко мне в куртку и слегка покраснела. У двери поставил девушку на ноги и легонечко подтолкнул вовнутрь. — Ой, что это?! — распахнула глаза эльфа. В интимном полумраке комнаты переливались красным, зелёным и синем пламенем факелы истинного огня. Пол и кровать были усеяны цветами, а на столе стояла крупная раковина, едва слышно напевавшая грустную песню. С видом заправского экскурсовода я начал указывать руками. — Факелы Истинного Пламени, особист их у меня чуть с руками не оторвал. Цветы полевые, сбор Романтическое Настроение, рецепт мой. И наконец, Поющая Раковина с острова Сирен. Может, ты слышала, что самцы сирен совершенно безмозглые, и раковины научились копировать брачную песнь самок, выманивая у глупых мужчин рыбу и фрукты, в виде знаков внимания дамам. Говорят, что брачная песнь сирены действует на подсознание самым загадочным образом, стимулируя сексуальное наслаждение. Глаза эльфы заблестели, ноздри хищно раздулись, а острый язычок облизнул яркие губы. Одно неуловимое, доступное только женщинам движение, и платье скользнуло к её ногам.

    — Лаит · книга
20. «

    Дикая кошка, ломающая себя и пытающаяся в одно мгновенье стать домашней. Зачем?!

    Дикая кошка, ломающая себя и пытающаяся в одно мгновенье стать домашней. Зачем?!

    — Лаит · книга