34 цитаты Дмитрого Щеглова — коротко и по делу

Дмитрий Щеглов — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 34 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Отсутствие вкуса – путь к преступлению.

   Отсутствие вкуса – путь к преступлению.

   — Фаина Раневская · книга
2. «

   Среди моих бумаг нет ничего, что бы напоминало денежные знаки.

   Среди моих бумаг нет ничего, что бы напоминало денежные знаки.

   — Фаина Раневская · книга
3. «

   Б. тогда поймет, что он делает, когда перестанет говорить текст, а начнет кровоточить сердцем.

   Б. тогда поймет, что он делает, когда перестанет говорить текст, а начнет кровоточить сердцем.

   — Фаина Раневская · книга
4. «

   А если не сказать всего, значит, ничего не сказать.

   А если не сказать всего, значит, ничего не сказать.

   — Фаина Раневская · книга
5. «

   Говорят, черт не тот, кто побеждает, а тот, кто смог остаться один. Меня боятся.

   Говорят, черт не тот, кто побеждает, а тот, кто смог остаться один. Меня боятся.

   — Фаина Раневская · книга
6. «

   Есть же такие дураки, которые завидуют «известности». Врагу не пожелаю проклятой известности. В том, что вас все знают, все узнают, есть для меня что-то глубоко оскорбляющее, завидую безмятежной жизни любой маникюрши.

   Есть же такие дураки, которые завидуют «известности». Врагу не пожелаю проклятой известности. В том, что вас все знают, все узнают, есть для меня что-то глубоко оскорбляющее, завидую безмятежной жизни любой маникюрши.

   — Фаина Раневская · книга
7. «

   Ушедшие профессии: доктора, повара, актёры.

   Ушедшие профессии: доктора, повара, актёры.

   — Фаина Раневская · книга
8. «

   Я кончаю жизнь банально-стародевически: обожаю котенка и цветочки до страсти.

   Я кончаю жизнь банально-стародевически: обожаю котенка и цветочки до страсти.

   — Фаина Раневская · книга
9. «

   ... На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь... Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б... Как ты надоела мне со своей любовью».

   ... На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь... Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б... Как ты надоела мне со своей любовью».

   — Фаина Раневская · книга
10. «

    Кто-то сказал, кажется, Стендаль: «Если у человека есть сердце, он не хочет, чтобы его жизнь бросалась в глаза». И это решило судьбу книги. Когда она усыпала пол моей комнаты, — листья бумаги валялись обратной стороной, т. е. белым, и было похоже, что это мёртвые птицы.

    Кто-то сказал, кажется, Стендаль: «Если у человека есть сердце, он не хочет, чтобы его жизнь бросалась в глаза». И это решило судьбу книги. Когда она усыпала пол моей комнаты, — листья бумаги валялись обратной стороной, т. е. белым, и было похоже, что это мёртвые птицы.

    — Фаина Раневская · книга
11. «

    Я обязана друзьям, которые оказывают мне честь своим посещением, и глубоко благодарна друзьям, которые лишают меня этой чести.

    Я обязана друзьям, которые оказывают мне честь своим посещением, и глубоко благодарна друзьям, которые лишают меня этой чести.

    — Фаина Раневская · книга
12. «

    Женщина в театре моет сортир. Прошу её поработать у меня, убирать квартиру. Отвечает: «Не могу, люблю искусство».

    Женщина в театре моет сортир. Прошу её поработать у меня, убирать квартиру. Отвечает: «Не могу, люблю искусство».

    — Фаина Раневская · книга
13. «

    Люди, дающие наслаждение, — вот благодать!

    Люди, дающие наслаждение, — вот благодать!

    — Фаина Раневская · книга
14. «

    Старухи, по моим наблюдениям, часто не обладают искусством быть старыми. А к старости надо добреть с утра до вечера!

    Старухи, по моим наблюдениям, часто не обладают искусством быть старыми. А к старости надо добреть с утра до вечера!

    — Фаина Раневская · книга
15. «

    Кто-то заметил: «Никто не хочет слушать, все хотят говорить». А стоит ли говорить?

    Кто-то заметил: «Никто не хочет слушать, все хотят говорить». А стоит ли говорить?

    — Фаина Раневская · книга
16. «

    Борис Пастернак слушал, как я читаю «Беззащитное существо», и хохотал по-жеребячьи. Анна Андреевна говорила: «Фаина, вам 11 лет и никогда не будет 12. А ему всего 4 годика».

    Борис Пастернак слушал, как я читаю «Беззащитное существо», и хохотал по-жеребячьи. Анна Андреевна говорила: «Фаина, вам 11 лет и никогда не будет 12. А ему всего 4 годика».

    — Фаина Раневская · книга
17. «

    Знаю многое, видела многое, радовалась и ужасалась многому...

    Знаю многое, видела многое, радовалась и ужасалась многому...

    — Фаина Раневская · книга
18. «

    Впервые в жизни получила ругательное анонимное письмо, а то я думала, что я такая дуся, что меня все обожают!

    Впервые в жизни получила ругательное анонимное письмо, а то я думала, что я такая дуся, что меня все обожают!

    — Фаина Раневская · книга
19. «

    Влюблялась в Шоу. Больше всего в жизни я любила влюбляться: Качалов, Павла Леонтьевна, Бабель, Ахматова, Блок (его лично не знала), Михоэлс — прелесть человек. Екатерина Павловна Пешкова, М. Ф. Андреевна мне были симпатичны. Бывала у обеих. Макс Волошин, Марина Цветаева, чудо — Марина. Обожала Е. В. Гельцер. Мне везло на людей.

    Влюблялась в Шоу. Больше всего в жизни я любила влюбляться: Качалов, Павла Леонтьевна, Бабель, Ахматова, Блок (его лично не знала), Михоэлс — прелесть человек. Екатерина Павловна Пешкова, М. Ф. Андреевна мне были симпатичны. Бывала у обеих. Макс Волошин, Марина Цветаева, чудо — Марина. Обожала Е. В. Гельцер. Мне везло на людей.

    — Фаина Раневская · книга
20. «

    Птицы дерутся, как актрисы из-за ролей. Актриса хвастала безумным успехом у аудитории. Она говорила: «Меня рвали на части!». Я спросила: «А где вы выступали?». Она гордо ответила: «В психиатрической клинике».

    Птицы дерутся, как актрисы из-за ролей. Актриса хвастала безумным успехом у аудитории. Она говорила: «Меня рвали на части!». Я спросила: «А где вы выступали?». Она гордо ответила: «В психиатрической клинике».

    — Фаина Раневская · книга