17 лучших фраз Дориса Лессинга

Ниже 17 цитат Дориса Лессинга — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В университете вам не скажут, что важнейшей частью юриспруденции является умение терпеть дураков.

   В университете вам не скажут, что важнейшей частью юриспруденции является умение терпеть дураков.
2. «

   Она изобразила на лице вежливую улыбку, за которой, как за хорошей ширмой, можно было думать о чём-то своём.

   Она изобразила на лице вежливую улыбку, за которой, как за хорошей ширмой, можно было думать о чём-то своём.

   — Лето перед закатом · книга
3. «

   Видете ли... не стоит слишком углубляться в переживания. Это бессмысленное занятие.

   Видете ли... не стоит слишком углубляться в переживания. Это бессмысленное занятие.

   — Бабушки · книга
4. «

   Маленькая комнатенка, и в ней кровать, стул, комод и зеркало — вот идеал жилища, которе она выбрала бы для себя, если бы ей предоставили право выбора.

   Маленькая комнатенка, и в ней кровать, стул, комод и зеркало — вот идеал жилища, которе она выбрала бы для себя, если бы ей предоставили право выбора.

   — Кейт Браун · книга
5. «

   Мы не выбираем, что выпадет в лотерее, — а это и значит иметь ребенка.

   Мы не выбираем, что выпадет в лотерее, — а это и значит иметь ребенка.

   — Dr. Gilly · книга
6. «

   Она чувствовала себя неловко, получая такое высокое жалование и ничего не делая.

   Она чувствовала себя неловко, получая такое высокое жалование и ничего не делая.

   — Лето перед закатом · книга
7. «

   Человек по сути своей тождествен собственным мечтам.

   Человек по сути своей тождествен собственным мечтам.

   — Золотая тетрадь · книга
8. «

   Я помню, как говорила сама себе: «Вот оно, вот что такое счастье», но в то же время меня изумляло то, что оно выросло из столь многих несчастий и столь многих уродств.

   Я помню, как говорила сама себе: «Вот оно, вот что такое счастье», но в то же время меня изумляло то, что оно выросло из столь многих несчастий и столь многих уродств.

   — Золотая тетрадь · книга
9. «

   Пять одиноких женщин, тихо, в одиночку, сходящих с ума, несмотря на наличие мужа и детей, или, скорее — именно из-за них. Качество, присущее им всем: сомнение в себе. Чувство вины — потому что они не чувствуют себя счастливыми. Фраза, которая звучала в речи каждой из них:"Со мной, должно быть, что-то не в порядке".

   Пять одиноких женщин, тихо, в одиночку, сходящих с ума, несмотря на наличие мужа и детей, или, скорее — именно из-за них. Качество, присущее им всем: сомнение в себе. Чувство вины — потому что они не чувствуют себя счастливыми. Фраза, которая звучала в речи каждой из них:"Со мной, должно быть, что-то не в порядке".

   — Золотая тетрадь · книга
10. «

    Миссис Майкл Браун, домохозяйка, никогда плохо не одевалась, но Кейт Браун, сотруднице Всемирной продовольственной организации, предъявлялись совсем иные требования. Перед тем как отправиться за покупками, она на всякий случай спросила Чарли Купера, на какое жалованье она может рассчитывать. Он назвал цифру, услышав которую, Кейт чуть не ахнула. Произнес он это без тени бравады — сразу было видно, что для него это дело привычное и будничное, как будто в мире нет ни профсоюзов, ни жестокой конкурентности, ни бедности, ни мук голода и ничто не может помешать выплачивать такие бешеные деньги международным чиновникам, этим баловням судьбы, без которых человечество просто не в состоянии обойтись.

    Миссис Майкл Браун, домохозяйка, никогда плохо не одевалась, но Кейт Браун, сотруднице Всемирной продовольственной организации, предъявлялись совсем иные требования. Перед тем как отправиться за покупками, она на всякий случай спросила Чарли Купера, на какое жалованье она может рассчитывать. Он назвал цифру, услышав которую, Кейт чуть не ахнула. Произнес он это без тени бравады — сразу было видно, что для него это дело привычное и будничное, как будто в мире нет ни профсоюзов, ни жестокой конкурентности, ни бедности, ни мук голода и ничто не может помешать выплачивать такие бешеные деньги международным чиновникам, этим баловням судьбы, без которых человечество просто не в состоянии обойтись.

    — Лето перед закатом · книга
11. «

    В этом мире избранных общепринятые правила, ценности и нормы неприменимы.

    В этом мире избранных общепринятые правила, ценности и нормы неприменимы.

    — Кейт Браун · книга
12. «

    Она только и делала, что говорила и говорила без конца. И вокруг нее тоже была сплошная говорильня. Интересно, это что же, постоянный стиль работы больших международных организаций? Если так, то не приходится удивляться, что...

    Она только и делала, что говорила и говорила без конца. И вокруг нее тоже была сплошная говорильня. Интересно, это что же, постоянный стиль работы больших международных организаций? Если так, то не приходится удивляться, что...

    — Лето перед закатом · книга
13. «

    Малое дитя плачет так, будто вся скорбь Вселенной сосредоточилась в нём.

    Малое дитя плачет так, будто вся скорбь Вселенной сосредоточилась в нём.

    — Воспоминания выжившей · книга
14. «

    Художники пишут глазами любви, и только глазам любви следует судить их.

    Художники пишут глазами любви, и только глазам любви следует судить их.
15. «

    Детей учат подчиняться авторитету, учат выискивать чужие мнения и узнавать о чужих решениях, учат, как надо цитировать и соответствовать стандартам. Они узники представлений и догм своего времени.

    Детей учат подчиняться авторитету, учат выискивать чужие мнения и узнавать о чужих решениях, учат, как надо цитировать и соответствовать стандартам. Они узники представлений и догм своего времени.

    — Золотая тетрадь · книга
16. «

    Теперь же, присмотревшись и немного привыкнув, она не могла оставаться безучастной и не восхищаться этой яркой толпой представителей нового класса — международных чиновников: они все были как на подбор молодые или моложавые, а если и попадались люди пожилые, то выглядели они весьма и весьма современно, считая старость своим врагом и скусно скрывая ее малейшие проявления.

    Теперь же, присмотревшись и немного привыкнув, она не могла оставаться безучастной и не восхищаться этой яркой толпой представителей нового класса — международных чиновников: они все были как на подбор молодые или моложавые, а если и попадались люди пожилые, то выглядели они весьма и весьма современно, считая старость своим врагом и скусно скрывая ее малейшие проявления.

    — Лето перед закатом · книга
17. «

    Женщина всё чаще и чаще с тревогой сознавала, что не только слова, которые она произносила, и многие мысли, которые приходили ей в голову, были сняты с чужой вешалки и были одеты ею на себя, — самое главное, что чувства, одолевавшие её при этом, никак не соответствовали ни этим словам, ни мыслям.

    Женщина всё чаще и чаще с тревогой сознавала, что не только слова, которые она произносила, и многие мысли, которые приходили ей в голову, были сняты с чужой вешалки и были одеты ею на себя, — самое главное, что чувства, одолевавшие её при этом, никак не соответствовали ни этим словам, ни мыслям.

    — Лето перед закатом · книга