28 цитат Джаспера Ффорде — читать онлайн

Подборка из 28 цитат Джаспера Ффорде: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы ищем в искусстве совершенства, поскольку в жизни его всё равно нет.

   Мы ищем в искусстве совершенства, поскольку в жизни его всё равно нет.

   — Дело Джен, или Эйра немилосердия · книга
2. «

   Если хоть раз был влюблен, то узнаешь любовь с первого раза, как картину Тернера или западный берег Ирландии.

   Если хоть раз был влюблен, то узнаешь любовь с первого раза, как картину Тернера или западный берег Ирландии.

   — Дело Джен, или Эйра немилосердия · книга
3. «

   — Вы стреляли в ответ? — Нет. — Хорошо. — Я стреляла первой. — Это уже не так хорошо.

   — Вы стреляли в ответ? — Нет. — Хорошо. — Я стреляла первой. — Это уже не так хорошо.

   — Четверг Нонетот · книга
4. «

   — Я не верю в совпадения. — И я тоже. Вот совпадение-то, а?

   — Я не верю в совпадения. — И я тоже. Вот совпадение-то, а?

   — Дело Джен, или Эйра немилосердия · книга
5. «

   Сомнение есть благо. Это фундамент, на котором уже можно строить. Если добавить в него любопытства, это приведет к чему-нибудь полезному, например к размышлению — и к действию.

   Сомнение есть благо. Это фундамент, на котором уже можно строить. Если добавить в него любопытства, это приведет к чему-нибудь полезному, например к размышлению — и к действию.

   — Полный вперед назад, или Оттенки серого · книга
6. «

   Добропорядочность — слабость, веселье — яд, безмятежность — для посредственности, а доброта — для неудачников. Главной причиной для совершения самых мерзких и отвратительных преступлений — скажем прямо, я считаюсь экспертом в этой области — является само преступление. Конечно, обогащение приятно, но оно лишает преступление привкуса порока, низводя его на самый низкий уровень, единственно доступный тем, кто отмечен чрезмерной алчностью. Истинное беспричинное зло встречается так же редко, как и настоящее добро, а мы все знаем, какая это редкость...

   Добропорядочность — слабость, веселье — яд, безмятежность — для посредственности, а доброта — для неудачников. Главной причиной для совершения самых мерзких и отвратительных преступлений — скажем прямо, я считаюсь экспертом в этой области — является само преступление. Конечно, обогащение приятно, но оно лишает преступление привкуса порока, низводя его на самый низкий уровень, единственно доступный тем, кто отмечен чрезмерной алчностью. Истинное беспричинное зло встречается так же редко, как и настоящее добро, а мы все знаем, какая это редкость...

   — Аид Ахерон · книга
7. «

   Слово — это хорошо, — холодно ответила я, внезапно войдя во вкус роли таинственной дамы из ТИПА-5, — но девятимиллиметровая пуля решает проблему в корне.

   Слово — это хорошо, — холодно ответила я, внезапно войдя во вкус роли таинственной дамы из ТИПА-5, — но девятимиллиметровая пуля решает проблему в корне.

   — Дело Джен, или Эйра немилосердия · книга
8. «

   – Запомни, Четверг: научная идея, как и любая мысль – будь то религиозная, или философская, или еще какая, – всего лишь мода, только долгоживущая. Нечто вроде рок-группы. – Научная мысль – вроде рок-группы? И как прикажешь это понимать? – Ну, группы появляются все время. Они нам нравятся, мы покупаем диски, постеры, смотрим их по телевизору, творим кумиров, пока… – …не появляется следующая рок-группа? – Именно. Аристотель – рок-группа. Очень хорошая, но всего лишь шестая или седьмая. Он оставался кумиром, пока не появился Исаак Ньютон, но и Ньютона сместила с пьедестала следующая рок-группа. Те же прически, но другие движения. – Эйнштейн, да? – Да. Улавливаешь смысл? – Значит, наш образ мыслей всего лишь каприз моды? – Именно. Трудно представить себе новый образ мыслей? Попытайся. Пропусти тридцать-сорок рок-групп после Эйнштейна. Из далекого будущего Эйнштейн покажется нам человеком, уловившим отблеск истины и написавшим одну прекрасную мелодию и семь позабытых альбомов.

   – Запомни, Четверг: научная идея, как и любая мысль – будь то религиозная, или философская, или еще какая, – всего лишь мода, только долгоживущая. Нечто вроде рок-группы. – Научная мысль – вроде рок-группы? И как прикажешь это понимать? – Ну, группы появляются все время. Они нам нравятся, мы покупаем диски, постеры, смотрим их по телевизору, творим кумиров, пока… – …не появляется следующая рок-группа? – Именно. Аристотель – рок-группа. Очень хорошая, но всего лишь шестая или седьмая. Он оставался кумиром, пока не появился Исаак Ньютон, но и Ньютона сместила с пьедестала следующая рок-группа. Те же прически, но другие движения. – Эйнштейн, да? – Да. Улавливаешь смысл? – Значит, наш образ мыслей всего лишь каприз моды? – Именно. Трудно представить себе новый образ мыслей? Попытайся. Пропусти тридцать-сорок рок-групп после Эйнштейна. Из далекого будущего Эйнштейн покажется нам человеком, уловившим отблеск истины и написавшим одну прекрасную мелодию и семь позабытых альбомов.

   — Беги, Четверг, беги, или Жесткий переплет · книга
9. «

   Религия войн не вызывает, ею войны только оправдывают.

   Религия войн не вызывает, ею войны только оправдывают.

   — Дело Джен, или Эйра немилосердия · книга
10. «

    Коллектив ненавидит тех, кто пытается вставлять квадратные затычки в круглые отверстия.

    Коллектив ненавидит тех, кто пытается вставлять квадратные затычки в круглые отверстия.

    — Полный вперед назад, или Оттенки серого · книга
11. «

    В мире нет ни одной проблемы, которая не решается благодаря горячей ванне и чашке чая.

    В мире нет ни одной проблемы, которая не решается благодаря горячей ванне и чашке чая.

    — Полный вперед назад, или Оттенки серого · книга
12. «

    Осторожнее, информация может освобождать, но также и делать пленником.

    Осторожнее, информация может освобождать, но также и делать пленником.

    — Полный вперед назад, или Оттенки серого · книга
13. «

    Из нас делают сушеных насекомых и называют это красотой. Если бы кто нибудь их габаритов в мое время вылез на публику, ее бы хорошенько накормили и велели приходить, когда малость отъестся. Что плохого в здоровых формах? Любая женщина весом за шестьдесят килограммов сейчас рассматривается не как среднегабаритная, а как потенциальный потребитель. Крем для этого, таблетки от того, избыточные волосы, коллагеновые инъекции, диеты для быстрой потери веса… Когда это кончится? Нас заставляют тратить лишние деньги и прилагать страшные усилия, чтобы добиться «совершенных» форм, которые физически достижимы для одной женщины из миллиона.

    Из нас делают сушеных насекомых и называют это красотой. Если бы кто нибудь их габаритов в мое время вылез на публику, ее бы хорошенько накормили и велели приходить, когда малость отъестся. Что плохого в здоровых формах? Любая женщина весом за шестьдесят килограммов сейчас рассматривается не как среднегабаритная, а как потенциальный потребитель. Крем для этого, таблетки от того, избыточные волосы, коллагеновые инъекции, диеты для быстрой потери веса… Когда это кончится? Нас заставляют тратить лишние деньги и прилагать страшные усилия, чтобы добиться «совершенных» форм, которые физически достижимы для одной женщины из миллиона.

    — Тайна выеденного яйца, или Смерть Шалтая · книга
14. «

    Рецепт приготовления легендарного мяса по-татарски довольно прост, хотя процесс долог: кусок мяса необходимо утром засунуть под седло боевого коня, а вечером, хорошо просоленное потом и отбитое седлом, съесть. Всё. В наше время «мясом а-ля тартар» называют просто сырую говядину, которую едят с солью, перцем и различными соусами.

    Рецепт приготовления легендарного мяса по-татарски довольно прост, хотя процесс долог: кусок мяса необходимо утром засунуть под седло боевого коня, а вечером, хорошо просоленное потом и отбитое седлом, съесть. Всё. В наше время «мясом а-ля тартар» называют просто сырую говядину, которую едят с солью, перцем и различными соусами.

    — Дело Джен, или Эйра немилосердия · книга
15. «

    Истинное беспричинное зло встречается так же редко, как настоящее добро.

    Истинное беспричинное зло встречается так же редко, как настоящее добро.

    — Дело Джен, или Эйра немилосердия · книга
16. «

    Будь реальный мир книгой, он никогда не нашел бы издателя. Слишком затянуто, до отвращения детализировано и ни к чему не приводит.

    Будь реальный мир книгой, он никогда не нашел бы издателя. Слишком затянуто, до отвращения детализировано и ни к чему не приводит.

    — Неладно что-то в нашем королевстве, или Гамбит Минотавра · книга
17. «

    Чтение — такой же творческий процесс, как и писание, а порой и больше. Когда мы читаем об умирающих лучах заходящего солнца или громе и шипении приливной волны, наша заслуга не меньше авторской.

    Чтение — такой же творческий процесс, как и писание, а порой и больше. Когда мы читаем об умирающих лучах заходящего солнца или громе и шипении приливной волны, наша заслуга не меньше авторской.

    — Четверг Нонетот · книга
18. «

    Любая интерпретация события, описание персонажа — все это уникально для каждого читателя, поскольку он пропускает авторское описание через собственное воображение, порожденное собственным жизненным опытом. Каждый персонаж на самом деле является для него составным образом из образов тех людей, которых он встречал, о которых читал или кого видел прежде. И образ этот куда более реален, нежели тот, что складывается из напечатанного на странице текста. Каждый читатель обладает неповторимым опытом, и каждая книга для каждого читателя уникальна.

    Любая интерпретация события, описание персонажа — все это уникально для каждого читателя, поскольку он пропускает авторское описание через собственное воображение, порожденное собственным жизненным опытом. Каждый персонаж на самом деле является для него составным образом из образов тех людей, которых он встречал, о которых читал или кого видел прежде. И образ этот куда более реален, нежели тот, что складывается из напечатанного на странице текста. Каждый читатель обладает неповторимым опытом, и каждая книга для каждого читателя уникальна.

    — Четверг · книга
19. «

    Я любила его не только за красивое колено, высокий рост и умение меня рассмешить, но еще и потому, что мы были двумя половинками одного целого и ни один из нас не представлял себе жизни без другого. Жаль, не могу описать это лучше, но я не поэт

    Я любила его не только за красивое колено, высокий рост и умение меня рассмешить, но еще и потому, что мы были двумя половинками одного целого и ни один из нас не представлял себе жизни без другого. Жаль, не могу описать это лучше, но я не поэт

    — Четверг Нонетот · книга
20. «

    Мало кто знает, зачем мы явились на свет и когда придет срок для каждого свершить свое предназначение. Любое, даже малое действие имеет значение и незримым образом влияет на всех вокруг нас.

    Мало кто знает, зачем мы явились на свет и когда придет срок для каждого свершить свое предназначение. Любое, даже малое действие имеет значение и незримым образом влияет на всех вокруг нас.

    — Дело Джен, или Эйра немилосердия · книга