98 цитат Джастина Ричардса — подборка на все случаи

Джастин Ричардс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 98 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Честное слово, – наконец сказал он. – Вы, люди, вечно попадаете в неприятности. — Пожалуйста! Помоги мне! – Руки уже едва держали Кейт. — М-да, – сказал кот. И исчез. Кейт уцепилась за самый край обрыва. Ее била дрожь – то ли от холода, то ли от страха, она и сама не знала. Что-то потерлось о ее ногу. Кейт посмотрела вниз. Там сидел кот. — Эх ты, глупая кормилка, – сказал он. – Здесь же очень удобный выступ. — Я не видела, – возразила Кейт, с благодарностью опираясь на скалу. — Я знаю, – вздохнул кот. – У людей такое ограниченное зрение

   — Честное слово, – наконец сказал он. – Вы, люди, вечно попадаете в неприятности. — Пожалуйста! Помоги мне! – Руки уже едва держали Кейт. — М-да, – сказал кот. И исчез. Кейт уцепилась за самый край обрыва. Ее била дрожь – то ли от холода, то ли от страха, она и сама не знала. Что-то потерлось о ее ногу. Кейт посмотрела вниз. Там сидел кот. — Эх ты, глупая кормилка, – сказал он. – Здесь же очень удобный выступ. — Я не видела, – возразила Кейт, с благодарностью опираясь на скалу. — Я знаю, – вздохнул кот. – У людей такое ограниченное зрение

   — Кейт · книга
2. «

   Доктор не сходил с места. Он дождался, когда рыцарь подошёл почти вплотную, и выбросил вперёд руку с кабелем. Кабелем он ткнул в протянутую руку, и из металлической пятерни посыпались искры. Рыцарь отшатнулся, по всему его телу мерцали голубые разряды. Он стоял абсолютно неподвижно, но Розе было по-прежнему слышно ритмичное тиканье внутри. — Будьте осторожны, – сказал Доктор. – Это был всего лишь бесплатный образец. Более продолжительное замыкание может сильно повредить вашему здоровью. — Как курение, – добавила Роза.

   Доктор не сходил с места. Он дождался, когда рыцарь подошёл почти вплотную, и выбросил вперёд руку с кабелем. Кабелем он ткнул в протянутую руку, и из металлической пятерни посыпались искры. Рыцарь отшатнулся, по всему его телу мерцали голубые разряды. Он стоял абсолютно неподвижно, но Розе было по-прежнему слышно ритмичное тиканье внутри. — Будьте осторожны, – сказал Доктор. – Это был всего лишь бесплатный образец. Более продолжительное замыкание может сильно повредить вашему здоровью. — Как курение, – добавила Роза.

   — Часовой человек · книга
3. «

   — Мелоди! – воскликнул он. — Мистер Клинер, – осторожно сказала я, пятясь. — Пожалуйста, зови меня Макс. — Пожалуйста, вызови мне такси.

   — Мелоди! – воскликнул он. — Мистер Клинер, – осторожно сказала я, пятясь. — Пожалуйста, зови меня Макс. — Пожалуйста, вызови мне такси.

   — Мелоди Мелоун · книга
4. «

   Двусмысленность — моя слабость.

   Двусмысленность — моя слабость.

   — Мелоди Мелоун · книга
5. «

   — А разве не все это делают? – спросила Мелисса. – Возможно, я просто честнее в этом, – она повернулась, направив маску прямо на Доктора. – А насколько честны вы, Доктор? Вы действительно тот, кем кажетесь? На лице Доктора появилась лёгкая улыбка: «И кем же я кажусь?» — Человеком, который не в своём времени и не на своём месте, судя по вашим карманам. А так же по тому, как изготовлена ваша куртка и с кем вы водитесь. — Эй, не грубите! – сказала Роза.

   — А разве не все это делают? – спросила Мелисса. – Возможно, я просто честнее в этом, – она повернулась, направив маску прямо на Доктора. – А насколько честны вы, Доктор? Вы действительно тот, кем кажетесь? На лице Доктора появилась лёгкая улыбка: «И кем же я кажусь?» — Человеком, который не в своём времени и не на своём месте, судя по вашим карманам. А так же по тому, как изготовлена ваша куртка и с кем вы водитесь. — Эй, не грубите! – сказала Роза.

   — Доктор · книга
6. «

   — Доктор, – прошептал он, прежде чем осознал, что говорит, – мы в безопасности? Оно исчезло? — Да, – успокаивающе сказал Доктор и похлопал его по руке. – Исчезло. — Навечно? – спросил Алиганза. Доктор ответил не сразу. Он склонил голову набок. — Ах, – пробормотал он, и на его морщинистом лице появилась слабая улыбка. – Кто знает? Вечность – это очень долго.

   — Доктор, – прошептал он, прежде чем осознал, что говорит, – мы в безопасности? Оно исчезло? — Да, – успокаивающе сказал Доктор и похлопал его по руке. – Исчезло. — Навечно? – спросил Алиганза. Доктор ответил не сразу. Он склонил голову набок. — Ах, – пробормотал он, и на его морщинистом лице появилась слабая улыбка. – Кто знает? Вечность – это очень долго.

   — Джордж Манн · книга
7. «

   Каждая спасенная жизнь была наградой. Каждый час, день, год, подаренный этому городу, ценился превыше всего. <...> У каждого часа, дня и года была своя цена. Об этом будут слагать легенды, приукрашивая и дополняя подробностями...

   Каждая спасенная жизнь была наградой. Каждый час, день, год, подаренный этому городу, ценился превыше всего. <...> У каждого часа, дня и года была своя цена. Об этом будут слагать легенды, приукрашивая и дополняя подробностями...

   — Джордж Манн · книга
8. «

   Разумеется, только в этой части галактики, после всех войн и других несчастий, люди могли начать пользоваться релом, продолжительность которого составляла больше одной секунды, но меньше полутора. Разумеется, только в этом квадранте галактики население было настолько глупым, чтобы позаимствовать единицу измерения у Далеков.

   Разумеется, только в этой части галактики, после всех войн и других несчастий, люди могли начать пользоваться релом, продолжительность которого составляла больше одной секунды, но меньше полутора. Разумеется, только в этом квадранте галактики население было настолько глупым, чтобы позаимствовать единицу измерения у Далеков.

   — Доктор Кто. Герои и монстры · книга
9. «

   — Он свидетель. Я привел его, чтобы он представил доклад, – сказал Стракс. — О чем? О том, как ты похитил бедного ребенка, приняв его за женщину? — Нет, об убийстве. — Убийстве? Что за убийство? – Горничная уперла руки в бока и уставилась на Стракса, сощурившись даже больше него самого. – Кого ты опять убил? — Никого! В последнее время точно!

   — Он свидетель. Я привел его, чтобы он представил доклад, – сказал Стракс. — О чем? О том, как ты похитил бедного ребенка, приняв его за женщину? — Нет, об убийстве. — Убийстве? Что за убийство? – Горничная уперла руки в бока и уставилась на Стракса, сощурившись даже больше него самого. – Кого ты опять убил? — Никого! В последнее время точно!

   — Стракс · книга
10. «

    Война превращает в героев даже тех, кого мы не можем ими представить. Настал твой черед.

    Война превращает в героев даже тех, кого мы не можем ими представить. Настал твой черед.

    — Доктор · книга
11. «

    — Возможно, – сказал Стракс, – у нас нет времени на проведение полного наблюдения согласно установленным правилам для формирования четкой стратегии наиболее эффектного появления. — Это верно, – согласилась мадам Вастра. – Поэтому предлагаю просто выломать дверь.

    — Возможно, – сказал Стракс, – у нас нет времени на проведение полного наблюдения согласно установленным правилам для формирования четкой стратегии наиболее эффектного появления. — Это верно, – согласилась мадам Вастра. – Поэтому предлагаю просто выломать дверь.

    — Стракс · книга
12. «

    Перикл Торп знал о чудовищах не понаслышке. Они постоянно появлялись в Рождестве. Они приходили убивать, уничтожать, и, хотя это было очень страшно, обычно все кончалось хорошо, потому что Доктор всегда их побеждал.

    Перикл Торп знал о чудовищах не понаслышке. Они постоянно появлялись в Рождестве. Они приходили убивать, уничтожать, и, хотя это было очень страшно, обычно все кончалось хорошо, потому что Доктор всегда их побеждал.

    — Джордж Манн · книга
13. «

    — Для самого опасного человека во Вселенной ты выглядишь удивительно тщедушным, никчемным созданием. Ты не сможешь навредить мне, Доктор. А если попытаешься, то навредишь только тем, кого любишь. — Люблю? – Доктор усмехнулся. – Да что ты знаешь о любви? — Я вижу ее в сознании этого человека. Он очень сильно любит тебя. Все они любят тебя. А ты любишь их. — Ну да, такое бывает, когда люди играют в твистер при минусовых температурах. Они держатся вместе. Иногда даже в буквальном смысле.

    — Для самого опасного человека во Вселенной ты выглядишь удивительно тщедушным, никчемным созданием. Ты не сможешь навредить мне, Доктор. А если попытаешься, то навредишь только тем, кого любишь. — Люблю? – Доктор усмехнулся. – Да что ты знаешь о любви? — Я вижу ее в сознании этого человека. Он очень сильно любит тебя. Все они любят тебя. А ты любишь их. — Ну да, такое бывает, когда люди играют в твистер при минусовых температурах. Они держатся вместе. Иногда даже в буквальном смысле.

    — Джордж Манн · книга
14. «

    — Выигрывать слишком просто. — Так может, он принудил тебя выиграть? Доктор подумал над этим. — Что гораздо сложнее, – тихо признал он.

    — Выигрывать слишком просто. — Так может, он принудил тебя выиграть? Доктор подумал над этим. — Что гораздо сложнее, – тихо признал он.

    — Доктор · книга
15. «

    — И все? – спросил Фергин. Доктор озадаченно посмотрел на него: — Что значит «и все»? — Ну, это как-то слишком… просто. Доктор погрозил ему пальцем: — Первое правило спасения Вселенной, Фергин, – никаких сложных планов. Если план будет сложный, кто-нибудь обязательно что-нибудь забудет, и все пойдет не так

    — И все? – спросил Фергин. Доктор озадаченно посмотрел на него: — Что значит «и все»? — Ну, это как-то слишком… просто. Доктор погрозил ему пальцем: — Первое правило спасения Вселенной, Фергин, – никаких сложных планов. Если план будет сложный, кто-нибудь обязательно что-нибудь забудет, и все пойдет не так

    — Джордж Манн · книга
16. «

    Разум — очень сильная вещь.

    Разум — очень сильная вещь.

    — Джордж Манн · книга
17. «

    — А у вас не найдётся маски, изображающей торжествующее самодовольство? – поинтересовался Доктор. — Ей бы она пошла, – согласилась Роза. Она сглотнула – в горле пересохло. Затем она увидела, куда смотрел Доктор – через плечо Мелиссы, в направлении Темзы. И увидела стоящую за окном фигуру, отчаянно толкающую створки окна вовнутрь. — Это не для неё, – сказал Доктор. – Была бы у вас маска торжествующего самодовольства, знаете... – он сделал паузу, и Фредди, наконец, удалось открыть окно, – я бы её у вас одолжил! Бежим, Роза!

    — А у вас не найдётся маски, изображающей торжествующее самодовольство? – поинтересовался Доктор. — Ей бы она пошла, – согласилась Роза. Она сглотнула – в горле пересохло. Затем она увидела, куда смотрел Доктор – через плечо Мелиссы, в направлении Темзы. И увидела стоящую за окном фигуру, отчаянно толкающую створки окна вовнутрь. — Это не для неё, – сказал Доктор. – Была бы у вас маска торжествующего самодовольства, знаете... – он сделал паузу, и Фредди, наконец, удалось открыть окно, – я бы её у вас одолжил! Бежим, Роза!

    — Доктор · книга
18. «

    Я обожаю случайности, но все же когда кто-то приходит и говорит, что его хотят убить, а на следующий день на меня нападают амбалы с оружием, некоторая вероятность связи между этими событиями все-таки есть.

    Я обожаю случайности, но все же когда кто-то приходит и говорит, что его хотят убить, а на следующий день на меня нападают амбалы с оружием, некоторая вероятность связи между этими событиями все-таки есть.

    — Мелоди Мелоун · книга
19. «

    — Революция, – сказала Роза, мысленно возвращаясь к вчерашнему разговору у сэра Джорджа. – Не самый лучший, наверное, способ править империей. Убивая короля и всё такое. — Царя. И его жену. И их детей. Нет, не лучший... А впрочем, – добавил Доктор, – Карлу I отрубили голову. — Так это ещё когда было. — Давность делает это лучше? – Доктор щёлкнул языком. – Всего десять минут отсюда на ТАРДИС. Цели и средства их достижения – это всегда непросто.

    — Революция, – сказала Роза, мысленно возвращаясь к вчерашнему разговору у сэра Джорджа. – Не самый лучший, наверное, способ править империей. Убивая короля и всё такое. — Царя. И его жену. И их детей. Нет, не лучший... А впрочем, – добавил Доктор, – Карлу I отрубили голову. — Так это ещё когда было. — Давность делает это лучше? – Доктор щёлкнул языком. – Всего десять минут отсюда на ТАРДИС. Цели и средства их достижения – это всегда непросто.

    — Доктор · книга
20. «

    — Впечатляюще, не находите? – он подождал и, не получив ответа, заключил: — Не находите. Жаль.

    — Впечатляюще, не находите? – он подождал и, не получив ответа, заключил: — Не находите. Жаль.

    — Часовой человек · книга