179 известных цитат Джеймса Джойса

Подборка из 179 цитат Джеймса Джойса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Несчастий сам изведав, тем, кто в нужде, я научился помогать.

   Несчастий сам изведав, тем, кто в нужде, я научился помогать.

   — Улисс · книга
2. «

   Все романсы на одну тему. Люди привяжутся друг к другу, завлекут, заманят друг друга. А потом разрыв.

   Все романсы на одну тему. Люди привяжутся друг к другу, завлекут, заманят друг друга. А потом разрыв.

   — Леопольд Блум · книга
3. «

   Яды, вот единственные лекарства.

   Яды, вот единственные лекарства.

   — Улисс · книга
4. «

   — Знаете, чем англичане гордятся? Какие самые гордые слова у англичан? — Что над его империей никогда не заходит солнце. — Это совсем не англичанин. Я вам скажу, чем он больше всего гордится: «Я никому не должен. Я за всю жизнь не занял ни у кого ни шиллинга».

   — Знаете, чем англичане гордятся? Какие самые гордые слова у англичан? — Что над его империей никогда не заходит солнце. — Это совсем не англичанин. Я вам скажу, чем он больше всего гордится: «Я никому не должен. Я за всю жизнь не занял ни у кого ни шиллинга».

   — мистер Дизи · книга
5. «

   Он смотрел на нее так, как смотрит удав на свою жертву.

   Он смотрел на нее так, как смотрит удав на свою жертву.

   — Улисс · книга
6. «

   Стивен, закрыв глаза, прислушался, как хрустят хрупкие ракушки и водоросли у него под ногами. Так или иначе, ты сквозь это идешь. Иду, шажком за шажком. За малый шажок времени сквозь малый шажок пространства.

   Стивен, закрыв глаза, прислушался, как хрустят хрупкие ракушки и водоросли у него под ногами. Так или иначе, ты сквозь это идешь. Иду, шажком за шажком. За малый шажок времени сквозь малый шажок пространства.

   — Улисс · книга
7. «

   — Можем ли мы подать вам прошение, славный Шон, тогда, положить его гордость принцлица в ваш кошель лучшерода и развернуться, как вам заблагорассудится, словами стиля для ваших наиболее похороннейших, мы предлагаем, в виде, например, розни Эзиопа, как насчет? — В смысле, как мне благом рассудится, не так ли?

   — Можем ли мы подать вам прошение, славный Шон, тогда, положить его гордость принцлица в ваш кошель лучшерода и развернуться, как вам заблагорассудится, словами стиля для ваших наиболее похороннейших, мы предлагаем, в виде, например, розни Эзиопа, как насчет? — В смысле, как мне благом рассудится, не так ли?

   — Поминки по Финнегану (На помине Финнегана) · книга
8. «

   Голодный всегда зол.

   Голодный всегда зол.

   — Леопольд Блум · книга
9. «

   И позади у него лежало великое будущее.

   И позади у него лежало великое будущее.

   — Улисс · книга
10. «

    Вокруг меня насыщенные и насыщающиеся мозги — пришпиленные под лампочками, слабо подрагивающие щупиками, — а во тьме моего ума грузное подземное чудище, неповоротливое, боящееся света, шевелит драконовой чешуей. Мысль — это мысль о мысли. Безмятежная ясность. Душа — это неким образом всё сущее: душа — форма форм.

    Вокруг меня насыщенные и насыщающиеся мозги — пришпиленные под лампочками, слабо подрагивающие щупиками, — а во тьме моего ума грузное подземное чудище, неповоротливое, боящееся света, шевелит драконовой чешуей. Мысль — это мысль о мысли. Безмятежная ясность. Душа — это неким образом всё сущее: душа — форма форм.

    — Стивен Дедал · книга
11. «

    Я так устал, я покинут, уже немолод. Можно сказать, я стою с неотправленным письмом, подлежащим добавочному сбору, перед ящиком для опоздавшей корреспонденции на главпочтамте человеческой жизни.

    Я так устал, я покинут, уже немолод. Можно сказать, я стою с неотправленным письмом, подлежащим добавочному сбору, перед ящиком для опоздавшей корреспонденции на главпочтамте человеческой жизни.

    — Улисс · книга
12. «

    Мою мать убили мало-помалу дурное обращение моего отца, годы постоянных тягот и откровенный цинизм моего поведения.

    Мою мать убили мало-помалу дурное обращение моего отца, годы постоянных тягот и откровенный цинизм моего поведения.
13. «

    Мы знаем из высокоавторитетных источников, что худшие враги человека — его домашние и семья. Я бы сказал, что семейная жизнь существует только у поэтов семейного очага.

    Мы знаем из высокоавторитетных источников, что худшие враги человека — его домашние и семья. Я бы сказал, что семейная жизнь существует только у поэтов семейного очага.

    — Джон Эглинтон · книга
14. «

    Если бы он улыбнулся, то чему он улыбнулся бы? Мысли о том, что каждый, кто проникает, думает, что он проник первым, тогда как он всего лишь последний член в ряду предшествующих, пусть даже первый в ряду последующих, и каждый воображает, будто он первый, последний и один-единственный, тогда как он не первый, не последний и не один-единственный в ряду, что начинается в бесконечности и продолжается в бесконечность.

    Если бы он улыбнулся, то чему он улыбнулся бы? Мысли о том, что каждый, кто проникает, думает, что он проник первым, тогда как он всего лишь последний член в ряду предшествующих, пусть даже первый в ряду последующих, и каждый воображает, будто он первый, последний и один-единственный, тогда как он не первый, не последний и не один-единственный в ряду, что начинается в бесконечности и продолжается в бесконечность.

    — Улисс · книга
15. «

    В минуты высшего воодушевления наш дух словно пламенеющий уголь, сливаются воедино тот, кем я был, и тот, кто я есмь, и тот, кем, возможно, мне предстоит быть.

    В минуты высшего воодушевления наш дух словно пламенеющий уголь, сливаются воедино тот, кем я был, и тот, кто я есмь, и тот, кем, возможно, мне предстоит быть.

    — Шелли · книга
16. «

    Эта литературная публика, они все в облаках витают. Туманно-эфирные символисты. Эстеты. Вот взять любого из тех полисменов: попробуй из него выжми хоть полстрочки стихов. Да он вообще не знает что такое стихи.

    Эта литературная публика, они все в облаках витают. Туманно-эфирные символисты. Эстеты. Вот взять любого из тех полисменов: попробуй из него выжми хоть полстрочки стихов. Да он вообще не знает что такое стихи.

    — Леопольд Блум · книга
17. «

    Для человека, у которого имеется эта диковина, гениальность, лишь его собственный образ служит мерилом всякого опыта, духовного и практического.

    Для человека, у которого имеется эта диковина, гениальность, лишь его собственный образ служит мерилом всякого опыта, духовного и практического.

    — Стивен Дедал · книга
18. «

    Пусть даже строптивая и укрощена, ей всегда еще остается невидимое оружие женщины.

    Пусть даже строптивая и укрощена, ей всегда еще остается невидимое оружие женщины.

    — Стивен Дедал · книга
19. «

    Она без конца, через разные промежутки времени, спрашивала, как правильно писать вторую из прописных букв в названии города в Америке, Нью-Йорк. Она плохо рзбиралась в сложностях внутренней политики и в соотношении сил во внешней политике. Складывая цифры счетов она часто прибегала к помощи пальцев.

    Она без конца, через разные промежутки времени, спрашивала, как правильно писать вторую из прописных букв в названии города в Америке, Нью-Йорк. Она плохо рзбиралась в сложностях внутренней политики и в соотношении сил во внешней политике. Складывая цифры счетов она часто прибегала к помощи пальцев.

    — Улисс · книга
20. «

    Какой успех имели его попытки прямых поучений? Она улавливала не полностью, а частично, с интересом внимала, с удивлением постигала, повторяла с прилежанием, вспоминала с трудом, с легкостью забывала, повторно вспоминала с опаской, повторно повторяла с ошибкой.

    Какой успех имели его попытки прямых поучений? Она улавливала не полностью, а частично, с интересом внимала, с удивлением постигала, повторяла с прилежанием, вспоминала с трудом, с легкостью забывала, повторно вспоминала с опаской, повторно повторяла с ошибкой.

    — Улисс · книга