191 сильных цитата Джеймса Джойса

Подборка из 191 цитата Джеймса Джойса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Никогда не знаешь, чьи мысли пережевываешь.

   Никогда не знаешь, чьи мысли пережевываешь.

   — Леопольд Блум · книга
2. «

   По юности и глупости Жениться можно вмиг, Поэтому, красавица, Бегу, бегу.

   По юности и глупости Жениться можно вмиг, Поэтому, красавица, Бегу, бегу.

   — Отец · книга
3. «

   Мы знаем из высокоавторитетных источников, что худшие враги человека — его домашние и семья. Я бы сказал, что семейная жизнь существует только у поэтов семейного очага.

   Мы знаем из высокоавторитетных источников, что худшие враги человека — его домашние и семья. Я бы сказал, что семейная жизнь существует только у поэтов семейного очага.

   — Джон Эглинтон · книга
4. «

   Откормить индейку, скажем, каштанами, у нее будет и вкус такой. Ешь свинину — сам как свинья. А почему тогда рыба из соленой воды сама не соленая?

   Откормить индейку, скажем, каштанами, у нее будет и вкус такой. Ешь свинину — сам как свинья. А почему тогда рыба из соленой воды сама не соленая?

   — Леопольд Блум · книга
5. «

   Мою мать убили мало-помалу дурное обращение моего отца, годы постоянных тягот и откровенный цинизм моего поведения.

   Мою мать убили мало-помалу дурное обращение моего отца, годы постоянных тягот и откровенный цинизм моего поведения.
6. «

   Нашим молодым ирландским бардам еще предстоит создать такой образ, который мир поставил бы рядом с Гамлетом англосакса Шекспира, хоть я восхищаюсь им, не доходя до идолопоклонства.

   Нашим молодым ирландским бардам еще предстоит создать такой образ, который мир поставил бы рядом с Гамлетом англосакса Шекспира, хоть я восхищаюсь им, не доходя до идолопоклонства.

   — Джон Эглинтон · книга
7. «

   Джек Флеминг играл на казенные деньги, а после сбежал в Америку. Теперь владелец отеля. Назад никогда не возвращаются.

   Джек Флеминг играл на казенные деньги, а после сбежал в Америку. Теперь владелец отеля. Назад никогда не возвращаются.

   — Леопольд Блум · книга
8. «

   У Шекспира рифм нет — белый стих. Это поток языка. Мысли. Торжественно.

   У Шекспира рифм нет — белый стих. Это поток языка. Мысли. Торжественно.

   — Леопольд Блум · книга
9. «

   Ученик должен быть смиренным. Но жизнь – великий учитель.

   Ученик должен быть смиренным. Но жизнь – великий учитель.

   — Улисс · книга
10. «

    Машины. Перемелят человека если атомы если попадется туда. Правят миром сегодня.

    Машины. Перемелят человека если атомы если попадется туда. Правят миром сегодня.

    — Леопольд Блум · книга
11. «

    Они тоже бьются – сердца героев.

    Они тоже бьются – сердца героев.

    — Улисс · книга
12. «

    В этой старой церковной музыке есть чудесные вещи. Папы в старину знали толк и в музыке и в искусстве, во всяческих статуях, картинах.

    В этой старой церковной музыке есть чудесные вещи. Папы в старину знали толк и в музыке и в искусстве, во всяческих статуях, картинах.

    — Леопольд Блум · книга
13. «

    — У нас есть римское право. — И Понтий Пилат пророк его.

    — У нас есть римское право. — И Понтий Пилат пророк его.

    — О' Моллой · книга
14. «

    Несчастий сам изведав, тем, кто в нужде, я научился помогать.

    Несчастий сам изведав, тем, кто в нужде, я научился помогать.

    — Улисс · книга
15. «

    Странная у извозчика жизнь. Туда-сюда. В любую погоду, в любое место, на время или в один конец, все не по своей воле.

    Странная у извозчика жизнь. Туда-сюда. В любую погоду, в любое место, на время или в один конец, все не по своей воле.

    — Леопольд Блум · книга
16. «

    Может ли существовать между супругами настоящая любовь, если замешан третий мужчина? Задачка.

    Может ли существовать между супругами настоящая любовь, если замешан третий мужчина? Задачка.

    — Улисс · книга
17. «

    Контролер непременно является тогда, когда по беспечности выбросишь свой билет.

    Контролер непременно является тогда, когда по беспечности выбросишь свой билет.

    — отец Конми · книга
18. «

    Если бы он улыбнулся, то чему он улыбнулся бы? Мысли о том, что каждый, кто проникает, думает, что он проник первым, тогда как он всего лишь последний член в ряду предшествующих, пусть даже первый в ряду последующих, и каждый воображает, будто он первый, последний и один-единственный, тогда как он не первый, не последний и не один-единственный в ряду, что начинается в бесконечности и продолжается в бесконечность.

    Если бы он улыбнулся, то чему он улыбнулся бы? Мысли о том, что каждый, кто проникает, думает, что он проник первым, тогда как он всего лишь последний член в ряду предшествующих, пусть даже первый в ряду последующих, и каждый воображает, будто он первый, последний и один-единственный, тогда как он не первый, не последний и не один-единственный в ряду, что начинается в бесконечности и продолжается в бесконечность.

    — Улисс · книга
19. «

    Никогда об этом ничего не узнают. Пустая трата времени. Газовые шары вращаются, сливаются, разлетаются. И так без конца эта карусель. Газ, потом твердые частицы, потом возникает мир, потом остывает; потом несется в пространстве одна мертвая оболочка, заледенелая корка, вроде ананасного леденца.

    Никогда об этом ничего не узнают. Пустая трата времени. Газовые шары вращаются, сливаются, разлетаются. И так без конца эта карусель. Газ, потом твердые частицы, потом возникает мир, потом остывает; потом несется в пространстве одна мертвая оболочка, заледенелая корка, вроде ананасного леденца.

    — Леопольд Блум · книга
20. «

    Каждая жизнь — множество дней, чередой один за другим. Мы бредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев по духу, но всякий раз встречая самих себя.

    Каждая жизнь — множество дней, чередой один за другим. Мы бредем сквозь самих себя, встречая разбойников, призраков, великанов, стариков, юношей, жен, вдов, братьев по духу, но всякий раз встречая самих себя.

    — Улисс · книга