213 фраз Джеймса Джойса, которые запоминаются

Подборка из 213 цитат Джеймса Джойса: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Послушай, Крэнли, — сказал он. — Ты спрашиваешь меня, что я хотел бы сделать и чего бы я не стал делать. Я тебе скажу, что я делать буду и чего не буду. Я не буду служить тому, во что я больше не верю, даже если это называется моим домом, родиной или церковью. Но я буду стараться выразить себя в той или иной форме жизни или искусства так полно и свободно, как могу, защищаясь лишь тем оружием, которое считаю для себя возможным, — молчанием, изгнанием и хитроумием.

   — Послушай, Крэнли, — сказал он. — Ты спрашиваешь меня, что я хотел бы сделать и чего бы я не стал делать. Я тебе скажу, что я делать буду и чего не буду. Я не буду служить тому, во что я больше не верю, даже если это называется моим домом, родиной или церковью. Но я буду стараться выразить себя в той или иной форме жизни или искусства так полно и свободно, как могу, защищаясь лишь тем оружием, которое считаю для себя возможным, — молчанием, изгнанием и хитроумием.

   — Портрет художника в юности · книга
2. «

   Братьев забывают также легко, как зонтики.

   Братьев забывают также легко, как зонтики.

   — Стивен Дедал · книга
3. «

   В минуты высшего воодушевления наш дух словно пламенеющий уголь, сливаются воедино тот, кем я был, и тот, кто я есмь, и тот, кем, возможно, мне предстоит быть.

   В минуты высшего воодушевления наш дух словно пламенеющий уголь, сливаются воедино тот, кем я был, и тот, кто я есмь, и тот, кем, возможно, мне предстоит быть.

   — Шелли · книга
4. «

   Пойдемте-ка вместе со мной в полицию, я вам хочу показать какого красавчика Рок недавно зачислил в приставы. Нечто среднее между вождем тулусов и Джеком Потрошителем. Стоит взглянуть.

   Пойдемте-ка вместе со мной в полицию, я вам хочу показать какого красавчика Рок недавно зачислил в приставы. Нечто среднее между вождем тулусов и Джеком Потрошителем. Стоит взглянуть.

   — Бен Доллард · книга
5. «

   Оба, получив раннюю домашнюю закалку и унаследовав дерзкую склонность к инакомыслию и противостоянию, отвергали многие общепринятые религиозные, национальные, социальные и нравственные доктрины. Оба признавали попеременно стимулирующее и отупляющее влияние магнетического притяжения полов.

   Оба, получив раннюю домашнюю закалку и унаследовав дерзкую склонность к инакомыслию и противостоянию, отвергали многие общепринятые религиозные, национальные, социальные и нравственные доктрины. Оба признавали попеременно стимулирующее и отупляющее влияние магнетического притяжения полов.

   — Улисс · книга
6. «

   Старина Монкс, староста дневной смены. Какой-только дребедени не прошло у него через руки за долгую службу: некрологи, трактирные рекламы, речи, бракоразводные тяжбы, обнаружен утопленник.

   Старина Монкс, староста дневной смены. Какой-только дребедени не прошло у него через руки за долгую службу: некрологи, трактирные рекламы, речи, бракоразводные тяжбы, обнаружен утопленник.

   — Леопольд Блум · книга
7. «

   Над чем ты смеешься, тому и послужишь.

   Над чем ты смеешься, тому и послужишь.

   — Бык Маллиган · книга
8. «

   Мы знаем из высокоавторитетных источников, что худшие враги человека — его домашние и семья. Я бы сказал, что семейная жизнь существует только у поэтов семейного очага.

   Мы знаем из высокоавторитетных источников, что худшие враги человека — его домашние и семья. Я бы сказал, что семейная жизнь существует только у поэтов семейного очага.

   — Джон Эглинтон · книга
9. «

   Не покидай своего отечества, трудись для Ирландии, Ирландия нуждается в каждом из своих сыновей.

   Не покидай своего отечества, трудись для Ирландии, Ирландия нуждается в каждом из своих сыновей.

   — моряк · книга
10. «

    Моя воля — и его воля, лицом к лицу. Между ними бездна.

    Моя воля — и его воля, лицом к лицу. Между ними бездна.

    — Стивен Дедал · книга
11. «

    Голодный всегда зол.

    Голодный всегда зол.

    — Леопольд Блум · книга
12. «

    Человек всегда испытывает подъем от быстрого движения по открытому пространству…

    Человек всегда испытывает подъем от быстрого движения по открытому пространству…

    — Дублинцы · книга
13. «

    Отец Конми думал о неумолимом плотском влечении, без которого не может, однако, продлиться род людской, и о путях Божеских, которые не суть пути наши.

    Отец Конми думал о неумолимом плотском влечении, без которого не может, однако, продлиться род людской, и о путях Божеских, которые не суть пути наши.

    — Улисс · книга
14. «

    Человек, который так держится за то, что он именует своими правами на то, что он именует себе причитающимся, — он будет цепко держаться и за то, что он именует своими правами на ту, кого он именует своей женой. И пусть никакой окрестный сэр смайл не пожелает вола его, или жены его, или раба, или рабыни его, или осла его.

    Человек, который так держится за то, что он именует своими правами на то, что он именует себе причитающимся, — он будет цепко держаться и за то, что он именует своими правами на ту, кого он именует своей женой. И пусть никакой окрестный сэр смайл не пожелает вола его, или жены его, или раба, или рабыни его, или осла его.

    — Стивен Дедал · книга
15. «

    Машины. Перемелят человека если атомы если попадется туда. Правят миром сегодня.

    Машины. Перемелят человека если атомы если попадется туда. Правят миром сегодня.

    — Леопольд Блум · книга
16. «

    Невозможно, чтобы и волки были сыты, и овцы целы.

    Невозможно, чтобы и волки были сыты, и овцы целы.

    — Джон Эглинтон · книга
17. «

    Какой имеет возраст душа человеческая?

    Какой имеет возраст душа человеческая?

    — Улисс · книга
18. «

    Существуют грехи или (назовем их так, как называет их мир) дурные воспоминания, которые человек стремится забыть, запрятать в самые дальние тайники души — однако, скрываясь там, они ожидают своего часа. Он может заставить память о них поблекнуть, может забросить их, как если бы их не существовало, и почти убедить себя, что их не было вовсе или, по крайней мере, что они были совсем иными. Но одно случайное слово внезапно пробудит их, и они явятся перед ним при самых неожиданных обстоятельствах, в видении или во сне, или в минуты, когда тимпан и арфа веселят его душу, или в безмятежной прохладе серебристо-ясного вечера, иль посреди полночного пира, когда он разгорячен вином. И это видение не обрушится на него во гневе, не причинит оскорбленья, не будет мстить ему, отторгая от живущих, нет, оно предстанет в одеянии горести, в саване прошлого, безмолвным и отчужденным укором.

    Существуют грехи или (назовем их так, как называет их мир) дурные воспоминания, которые человек стремится забыть, запрятать в самые дальние тайники души — однако, скрываясь там, они ожидают своего часа. Он может заставить память о них поблекнуть, может забросить их, как если бы их не существовало, и почти убедить себя, что их не было вовсе или, по крайней мере, что они были совсем иными. Но одно случайное слово внезапно пробудит их, и они явятся перед ним при самых неожиданных обстоятельствах, в видении или во сне, или в минуты, когда тимпан и арфа веселят его душу, или в безмятежной прохладе серебристо-ясного вечера, иль посреди полночного пира, когда он разгорячен вином. И это видение не обрушится на него во гневе, не причинит оскорбленья, не будет мстить ему, отторгая от живущих, нет, оно предстанет в одеянии горести, в саване прошлого, безмолвным и отчужденным укором.

    — Улисс · книга
19. «

    Кесарю кесарево, а божие богу.

    Кесарю кесарево, а божие богу.

    — Стивен Дедал · книга
20. «

    Они внимают. И я в ушные полости им лью.

    Они внимают. И я в ушные полости им лью.

    — Стивен Дедал · книга