82 цитаты Джеймса Кэрола, которые стоит перечитать

Подборка из 82 цитаты Джеймса Кэрола: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Самолет начал движение, и он взялся за ремень безопасности. — Зачем? — сказал я. — В частном самолете можно не пристегиваться. — А если будем падать? — Если будем падать, мы умрем. Ремень не поможет. Думаешь, когда двадцать пять тонн металла ударяются о землю на скорости 800 километров в час, тебя спасет эта тканная ленточка?

   Самолет начал движение, и он взялся за ремень безопасности. — Зачем? — сказал я. — В частном самолете можно не пристегиваться. — А если будем падать? — Если будем падать, мы умрем. Ремень не поможет. Думаешь, когда двадцать пять тонн металла ударяются о землю на скорости 800 километров в час, тебя спасет эта тканная ленточка?

   — Джефферсон Уинтер · книга
2. «

   Плохо, когда тебе говорят, что делать. Хуже этого может быть только то, что это делает человек, которого ты совершенно не уважаешь.

   Плохо, когда тебе говорят, что делать. Хуже этого может быть только то, что это делает человек, которого ты совершенно не уважаешь.

   — Тихий человек · книга
3. «

   Удача – это последняя соломинка для тех, кому не хватает воображения. Я верю в работу.

   Удача – это последняя соломинка для тех, кому не хватает воображения. Я верю в работу.

   — капитан Шеперд · книга
4. «

   Если СМИ начали кого-то травить — пиши пропало. Ты виновен, пока не докажешь обратное. И беспристрастных присяжных не найти. Если к тебе что-то прилипает, то это с тобой навсегда.

   Если СМИ начали кого-то травить — пиши пропало. Ты виновен, пока не докажешь обратное. И беспристрастных присяжных не найти. Если к тебе что-то прилипает, то это с тобой навсегда.

   — Тихий человек · книга
5. «

   — Но человек может измениться. — Мой жизненный опыт говорит о том, что эти изменения бывают крайне незначительны.

   — Но человек может измениться. — Мой жизненный опыт говорит о том, что эти изменения бывают крайне незначительны.

   — Тихий человек · книга
6. «

   Пресса окрестила насильника Клоуном — убийцей. Я терпеть не мог прозвища, потому что они создавались с единственной целью — привнести дух загадочности, а загадочность — это основание легенды. И когда появлялись прозвища, жестокости, совершенные этими ублюдками, оказывались в ореоле славы. Не успеешь оглянуться — про них уже выходят статьи в журналах, книги, телесериалы и даже фильмы. А ведь убийцы — отъявленные мерзавцы и чудовища. Их нужно запирать в темницах и выбрасывать ключи. А вместо этого они получают свет софитов и хоть и дурную, но славу. Это просто неправильно!

   Пресса окрестила насильника Клоуном — убийцей. Я терпеть не мог прозвища, потому что они создавались с единственной целью — привнести дух загадочности, а загадочность — это основание легенды. И когда появлялись прозвища, жестокости, совершенные этими ублюдками, оказывались в ореоле славы. Не успеешь оглянуться — про них уже выходят статьи в журналах, книги, телесериалы и даже фильмы. А ведь убийцы — отъявленные мерзавцы и чудовища. Их нужно запирать в темницах и выбрасывать ключи. А вместо этого они получают свет софитов и хоть и дурную, но славу. Это просто неправильно!

   — Смотри на меня · книга
7. «

   Есть у времени такое свойство — оно текучее, и его не остановить.

   Есть у времени такое свойство — оно текучее, и его не остановить.

   — Тихий человек · книга
8. «

   Убийство замораживает близких жертвы в прошлом.

   Убийство замораживает близких жертвы в прошлом.

   — Джефферсон Уинтер · книга
9. «

   ... я не верю в совпадения, удачу, судьбу. Но зато я верю, что в бесконечной Вселенной возможно абсолютно все: например, то, что юноша с зимней фамилией в двадцать с небольшим может иметь абсолютно седые волосы. Но, если брать теоретически возможные случайности, мой случай не такой уж и впечатляющий. Гораздо больше поражают истории, когда парень и девушка, влюбленные друг в друга в школе, расстаются, разделенные обстоятельствами и океанами, и проживают каждый свою жизнь. И потом они, не имея никакой связи друг с другом в течение пятидесяти лет, вдруг совершенно случайно встречаются в отпуске в каком-нибудь богом забытом уголке мира. И их история продолжается с того же самого места, на котором она закончилась полвека назад.

   ... я не верю в совпадения, удачу, судьбу. Но зато я верю, что в бесконечной Вселенной возможно абсолютно все: например, то, что юноша с зимней фамилией в двадцать с небольшим может иметь абсолютно седые волосы. Но, если брать теоретически возможные случайности, мой случай не такой уж и впечатляющий. Гораздо больше поражают истории, когда парень и девушка, влюбленные друг в друга в школе, расстаются, разделенные обстоятельствами и океанами, и проживают каждый свою жизнь. И потом они, не имея никакой связи друг с другом в течение пятидесяти лет, вдруг совершенно случайно встречаются в отпуске в каком-нибудь богом забытом уголке мира. И их история продолжается с того же самого места, на котором она закончилась полвека назад.

   — Джефферсон Уинтер · книга
10. «

    Задача была подняться с нулевой отметки до того, как начнутся серьезные нападки. Для этого существовало всего два варианта — бить первым и бить сильнее самого сильного противника, либо быть умным. Я выбирал второй способ.

    Задача была подняться с нулевой отметки до того, как начнутся серьезные нападки. Для этого существовало всего два варианта — бить первым и бить сильнее самого сильного противника, либо быть умным. Я выбирал второй способ.

    — Джефферсон Уинтер · книга
11. «

    Человек находится в той форме, которая необходима для его образа жизни.

    Человек находится в той форме, которая необходима для его образа жизни.

    — Джефферсон Уинтер · книга
12. «

    Знаешь старую пословицу: первое поколение зарабатывает состояние, второе — приумножает, третье — теряет.

    Знаешь старую пословицу: первое поколение зарабатывает состояние, второе — приумножает, третье — теряет.

    — Джефферсон Уинтер · книга
13. «

    Любую смерть всегда вызывает одно из двух состояний: легкие перестают качать воздух или сердце перестает качать кровь.

    Любую смерть всегда вызывает одно из двух состояний: легкие перестают качать воздух или сердце перестает качать кровь.

    — Джефферан Уинтер · книга
14. «

    Работа в полиции выматывает всех без исключения – кого-то раньше, кого-то позже. Со временем чернота, с которой приходится иметь дело, неизбежно проникает внутрь человека.

    Работа в полиции выматывает всех без исключения – кого-то раньше, кого-то позже. Со временем чернота, с которой приходится иметь дело, неизбежно проникает внутрь человека.

    — Джефферсон Уинтер · книга
15. «

    Всему свое время: иногда важна внешность, а иногда – эффективность. Когда речь идет о бортпроводниках, я всегда голосую за профессионализм. Перелеты и так достаточно утомительны, чтобы усугублять неудобство чьей-то некомпетентностью.

    Всему свое время: иногда важна внешность, а иногда – эффективность. Когда речь идет о бортпроводниках, я всегда голосую за профессионализм. Перелеты и так достаточно утомительны, чтобы усугублять неудобство чьей-то некомпетентностью.

    — Джефферсон Уинтер · книга
16. «

    Уверенность превращается в абсолютное знание только по мере появления фактов. До этого момента всегда есть вероятность, что всплывут доказательства, опровергающие самую выверенную гипотезу.

    Уверенность превращается в абсолютное знание только по мере появления фактов. До этого момента всегда есть вероятность, что всплывут доказательства, опровергающие самую выверенную гипотезу.

    — Тихий человек · книга
17. «

    На все вопросы нужны ответы. Мы должны хотя бы попытаться найти ответ, потому что только так достигается прогресс. Если бы мы избегали сложных вопросов, то так и висели бы на деревьях, пребывая в блаженном неведении относительно того, что отстоящий большой палец может сделать из нас королей джунглей.

    На все вопросы нужны ответы. Мы должны хотя бы попытаться найти ответ, потому что только так достигается прогресс. Если бы мы избегали сложных вопросов, то так и висели бы на деревьях, пребывая в блаженном неведении относительно того, что отстоящий большой палец может сделать из нас королей джунглей.

    — Джефферсон Уинтер · книга
18. «

    Душ предпочитают прагматики, ванны — фантазеры.

    Душ предпочитают прагматики, ванны — фантазеры.

    — Тихий человек · книга
19. «

    — Я почти никого не знаю, — сказала она, покачав головой. — С Дэном Чоутом мы учились в одном классе, но я не могу представить, чтобы он был причастен к чему-нибудь такому. — Почему нет? — Он был популярным, умным, вежливым. Это чуть ли не единственное, что я помню о нем, что он был предельно вежливым. Когда он обращался к учителям, всегда прибавлял «мэм» или «сэр». — Ты только что описала Теда Банди. Ханна открыла рот от изумления.

    — Я почти никого не знаю, — сказала она, покачав головой. — С Дэном Чоутом мы учились в одном классе, но я не могу представить, чтобы он был причастен к чему-нибудь такому. — Почему нет? — Он был популярным, умным, вежливым. Это чуть ли не единственное, что я помню о нем, что он был предельно вежливым. Когда он обращался к учителям, всегда прибавлял «мэм» или «сэр». — Ты только что описала Теда Банди. Ханна открыла рот от изумления.

    — Ханна · книга
20. «

    — Нельзя погружаться во мрак, Тэйлор. Впусти его в свою душу — и он тебя разрушит. Надо бороться до последнего вздоха. — Легко сказать, Уинтер, и трудно сделать. — Меня спасает музыка. Когда я слушаю Пражскую симфонию Моцарта, я больше не в Лос-Анджелесе, Лондоне, или Токио, или Игл-Крике, штат Луизиана. Я переношусь в Прагу, в январь 1787 года, идет снег, оркестр настраивается, и мир готовится впервые услышать эту невероятную музыку. — А если музыки нет? — Тогда нужно о чем-то хорошем подумать. Закрой глаза и вспомни лучшее, что случилось с тобой в жизни. Может, это когда ваша команда выиграла чемпионат или первый поцелуй с твоей первой любовью. Не говори мне, что это было.

    — Нельзя погружаться во мрак, Тэйлор. Впусти его в свою душу — и он тебя разрушит. Надо бороться до последнего вздоха. — Легко сказать, Уинтер, и трудно сделать. — Меня спасает музыка. Когда я слушаю Пражскую симфонию Моцарта, я больше не в Лос-Анджелесе, Лондоне, или Токио, или Игл-Крике, штат Луизиана. Я переношусь в Прагу, в январь 1787 года, идет снег, оркестр настраивается, и мир готовится впервые услышать эту невероятную музыку. — А если музыки нет? — Тогда нужно о чем-то хорошем подумать. Закрой глаза и вспомни лучшее, что случилось с тобой в жизни. Может, это когда ваша команда выиграла чемпионат или первый поцелуй с твоей первой любовью. Не говори мне, что это было.

    — Джефферсон Уинтер · книга