109 цитат Джоана Роулинга — избранное

Подборка из 109 цитат Джоана Роулинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Какой он всё-таки милый, а я-то хотел отрезать ему голову и приколотить её к стене.

   Какой он всё-таки милый, а я-то хотел отрезать ему голову и приколотить её к стене.

   — Рон Уизли · книга
2. «

   Правда — это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью.

   Правда — это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью.

   — Альбус Дамблдор · книга
3. «

   — Кажется, прошлой ночью мне приснилось, что я играю в квиддич. Ну и что это, по твоему, значит? — Может быть, то, что тебя сожрёт какая-нибудь гигантская зефирина...

   — Кажется, прошлой ночью мне приснилось, что я играю в квиддич. Ну и что это, по твоему, значит? — Может быть, то, что тебя сожрёт какая-нибудь гигантская зефирина...

   — Гарри Поттер · книга
4. «

   Зрелость становится глупой и забывчивой, когда начинает недооценивать юность.

   Зрелость становится глупой и забывчивой, когда начинает недооценивать юность.

   — Альбус Дамблдор · книга
5. «

   Неужели «толстый» — это действительно наихудшее, что может приключиться с человеком? Неужели «толстый» — это хуже, чем «мстительный», «завистливый», «пустой», «тщеславный», «скучный» или «жестокий»? Не для меня.

   Неужели «толстый» — это действительно наихудшее, что может приключиться с человеком? Неужели «толстый» — это хуже, чем «мстительный», «завистливый», «пустой», «тщеславный», «скучный» или «жестокий»? Не для меня.
6. «

   — Этот шрам останется у него на всю жизнь. — Вы ведь можете что-то сделать с ним, Дамблдор? — Даже если бы мог, не стал бы. Шрамы могут сослужить хорошую службу. У меня, например, есть шрам над левым коленом, который представляет собой абсолютно точную схему лондонской подземки.

   — Этот шрам останется у него на всю жизнь. — Вы ведь можете что-то сделать с ним, Дамблдор? — Даже если бы мог, не стал бы. Шрамы могут сослужить хорошую службу. У меня, например, есть шрам над левым коленом, который представляет собой абсолютно точную схему лондонской подземки.

   — Альбус Дамблдор · книга
7. «

   ... даже самые лучшие из нас иногда вынуждены брать свои слова обратно.

   ... даже самые лучшие из нас иногда вынуждены брать свои слова обратно.

   — Альбус Дамблдор · книга
8. «

   — Я там, в самом начале поезда, — там выделили вагон для старост... — Так ты теперь староста, Перси? — жутко удивился один из близнецов. — А что же ты не сказал, мы ведь и не знали. — Перестань, он, кажется, что-то нам говорил, — встрял в разговор второй близнец. — Как-то раз... — Или два, — подхватил первый. — Или три, — продолжил второй. — Или все лето...

   — Я там, в самом начале поезда, — там выделили вагон для старост... — Так ты теперь староста, Перси? — жутко удивился один из близнецов. — А что же ты не сказал, мы ведь и не знали. — Перестань, он, кажется, что-то нам говорил, — встрял в разговор второй близнец. — Как-то раз... — Или два, — подхватил первый. — Или три, — продолжил второй. — Или все лето...

   — Фред Уизли · книга
9. «

   — Три нападения дементоров за неделю, а у Ромильды Вейн только один вопрос ко мне и нашелся: правда ли, что у тебя на груди наколот гиппогриф? Рон с Гермионой покатились со смеху. Гарри в их сторону даже не взглянул. — И что ты ей ответила? — Что у тебя там Венгерская хвосторога изобра­жена, — ответила Джинни, неторопливо перевора­чивая газетную страницу. — Пусть считает, что ты настоящий мачо. — Ну спасибо, — ухмыльнулся Гарри. — А Рона ты чем наградила? — Карликовым пушистиком. Правда, я отказалась сказать, на каком месте он его наколол.

   — Три нападения дементоров за неделю, а у Ромильды Вейн только один вопрос ко мне и нашелся: правда ли, что у тебя на груди наколот гиппогриф? Рон с Гермионой покатились со смеху. Гарри в их сторону даже не взглянул. — И что ты ей ответила? — Что у тебя там Венгерская хвосторога изобра­жена, — ответила Джинни, неторопливо перевора­чивая газетную страницу. — Пусть считает, что ты настоящий мачо. — Ну спасибо, — ухмыльнулся Гарри. — А Рона ты чем наградила? — Карликовым пушистиком. Правда, я отказалась сказать, на каком месте он его наколол.

   — Гарри Поттер · книга
10. «

    И по гладкой поверхности карты вдруг пробежали слова, как будто их выводила чья-то невидимая рука... — М-р Лунатик приветствует профессора Снегга и нижайше просит его не совать длинного носа не в свои дела. — М-р Сохатый присоединяется к м-р Лунатику и хочет добавить, что профессор ещё урод и кретин. — М-р Бродяга расписывается в своем изумлении, что такой идиот стал профессором. — М-р Хвост приветствует профессора Снегга и советует ему, чёртовому неряхе, вымыть наконец голову.

    И по гладкой поверхности карты вдруг пробежали слова, как будто их выводила чья-то невидимая рука... — М-р Лунатик приветствует профессора Снегга и нижайше просит его не совать длинного носа не в свои дела. — М-р Сохатый присоединяется к м-р Лунатику и хочет добавить, что профессор ещё урод и кретин. — М-р Бродяга расписывается в своем изумлении, что такой идиот стал профессором. — М-р Хвост приветствует профессора Снегга и советует ему, чёртовому неряхе, вымыть наконец голову.

    — Гарри Поттер и узник Азкабана · книга
11. «

    Это даже хуже двухсот «Невидимых книг о невидимках»! Кругленькую сумму отвалили, а найти их так и не смогли!

    Это даже хуже двухсот «Невидимых книг о невидимках»! Кругленькую сумму отвалили, а найти их так и не смогли!

    — Продавец · книга
12. «

    — Последний член команды — ловец. То есть ты. И тебе не надо беспокоиться ни о квоффле, ни о бладжерах... — Пока они не пробьют мне голову, — не удержался Гарри.

    — Последний член команды — ловец. То есть ты. И тебе не надо беспокоиться ни о квоффле, ни о бладжерах... — Пока они не пробьют мне голову, — не удержался Гарри.

    — Гарри Поттер · книга
13. «

    — А если я взмахну палочкой и ничего не произойдет? — поинтересовался Гарри. — Тогда отбрось палочку в сторону и дай ему кулаком в нос, — посоветовал Рон.

    — А если я взмахну палочкой и ничего не произойдет? — поинтересовался Гарри. — Тогда отбрось палочку в сторону и дай ему кулаком в нос, — посоветовал Рон.

    — Гарри Поттер · книга
14. «

    Я отнюдь не против того, чтобы ты и дальше уничтожал мои вещи. Пожалуй, их у меня слишком много.

    Я отнюдь не против того, чтобы ты и дальше уничтожал мои вещи. Пожалуй, их у меня слишком много.

    — Альбус Дамблдор · книга
15. «

    Раздумывать, что может случиться, не имеет никакого смысла, пока это не случилось.

    Раздумывать, что может случиться, не имеет никакого смысла, пока это не случилось.

    — Гарри Поттер и кубок огня · книга
16. «

    — И он теперь не Верховный чародей Визенгамота, то есть суда волшебников, и ходят разговоры, что у него могут забрать орден Мерлина первой степени. — Но Дамблдор говорит, что ему на все это наплевать, — главное, чтобы его не убрали с карточек в шоколадных лягушках, — ухмыльнулся Билл.

    — И он теперь не Верховный чародей Визенгамота, то есть суда волшебников, и ходят разговоры, что у него могут забрать орден Мерлина первой степени. — Но Дамблдор говорит, что ему на все это наплевать, — главное, чтобы его не убрали с карточек в шоколадных лягушках, — ухмыльнулся Билл.

    — Римус Люпин · книга
17. «

    А теперь выйдем в ночь и пустимся в погоню за коварной обольстительницей, имя которой — приключение!

    А теперь выйдем в ночь и пустимся в погоню за коварной обольстительницей, имя которой — приключение!

    — Альбус Дамблдор · книга
18. «

    Многие люди боятся смерти и темноты по одной причине — они страшатся неизвестности.

    Многие люди боятся смерти и темноты по одной причине — они страшатся неизвестности.

    — Альбус Дамблдор · книга
19. «

    Гарри оглянулся на Большой зал. Там толпились люди, утешая друг друга, подавая воду, стоя на коленях перед мертвыми, но никого из тех, кто был ему дорог, Гарри не увидел. Ни Гермионы, ни Рона, Джинни или еще кого-нибудь из Уизли, ни Полумны. Ему казалось, что он отдал бы все время, которое у него еще оставалось, за возможность взглянуть на них в последний раз. Но смог ли бы он тогда оторваться?

    Гарри оглянулся на Большой зал. Там толпились люди, утешая друг друга, подавая воду, стоя на коленях перед мертвыми, но никого из тех, кто был ему дорог, Гарри не увидел. Ни Гермионы, ни Рона, Джинни или еще кого-нибудь из Уизли, ни Полумны. Ему казалось, что он отдал бы все время, которое у него еще оставалось, за возможность взглянуть на них в последний раз. Но смог ли бы он тогда оторваться?

    — Гарри Поттер и Дары Смерти · книга
20. «

    У этих людей странная логика, Петунья. Они не такие, как мы с тобой, — ответил дядя Вернон, пытаясь забить гвоздь куском фруктового кекса, только что принесенного ему тетей Петуньей.

    У этих людей странная логика, Петунья. Они не такие, как мы с тобой, — ответил дядя Вернон, пытаясь забить гвоздь куском фруктового кекса, только что принесенного ему тетей Петуньей.

    — дядя Вернон · книга