11 цитат, которые говорил Джоанн Харрис

Ниже 11 цитат Джоанна Харриса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Да, я всё помню. И только и мечтаю — забыть.

   Да, я всё помню. И только и мечтаю — забыть.

   — Пять четвертинок апельсина · книга
2. «

   Как известно, из всех орехов, что лежат в мешке, громче всех гремят пустые.

   Как известно, из всех орехов, что лежат в мешке, громче всех гремят пустые.

   — Оми Аль-Джерба · книга
3. «

   Ничто на свете не исчезает просто так, бесследно. Ничто никогда не кончается.

   Ничто на свете не исчезает просто так, бесследно. Ничто никогда не кончается.

   — Альбертина · книга
4. «

   Участие не всегда приносит облегчение, иногда лучше выплакать своё горе.

   Участие не всегда приносит облегчение, иногда лучше выплакать своё горе.

   — Вианн Роше · книга
5. «

   Любовь — как снег, слов о ней так же много, как снежинок, каждое уникально и, по сути, непереводимо.

   Любовь — как снег, слов о ней так же много, как снежинок, каждое уникально и, по сути, непереводимо.

   — Blueeyedboy · книга
6. «

   ... Запри кошку в доме, и единственное, к чему она будет стремиться, это вновь оказаться на улице. Но если её оставить на улице, она будет мяукать под дверью до тех пор, пока её не впустят в дом. Люди, в общем, ведут себя примерно так же.

   ... Запри кошку в доме, и единственное, к чему она будет стремиться, это вновь оказаться на улице. Но если её оставить на улице, она будет мяукать под дверью до тех пор, пока её не впустят в дом. Люди, в общем, ведут себя примерно так же.

   — Персики для месье кюре · книга
7. «

   Октябрь — стремительный, такой сочный, такой ароматный в своём золотисто-алом сиянии, с ранними белыми заморозками, с ярким преображением листьев — это совсем другая, волшебная пора, последний дерзкий ликующий всплеск перед лицом надвигающейся стужи.

   Октябрь — стремительный, такой сочный, такой ароматный в своём золотисто-алом сиянии, с ранними белыми заморозками, с ярким преображением листьев — это совсем другая, волшебная пора, последний дерзкий ликующий всплеск перед лицом надвигающейся стужи.

   — Пять четвертинок апельсина · книга
8. «

   Любовь действует наугад, как придется, и всегда падает вам на голову неожиданно, как чума.

   Любовь действует наугад, как придется, и всегда падает вам на голову неожиданно, как чума.

   — Персики для месье кюре · книга
9. «

   Находясь среди деревьев, я замечаю, что мое дыхание становится ровнее, я начинаю чувствовать биение собственного сердца, сознавать, в какой гармонии движется окружающий меня мир, слышать голоса океанов, хотя никогда их не видела и, наверное, никогда не увижу.

   Находясь среди деревьев, я замечаю, что мое дыхание становится ровнее, я начинаю чувствовать биение собственного сердца, сознавать, в какой гармонии движется окружающий меня мир, слышать голоса океанов, хотя никогда их не видела и, наверное, никогда не увижу.

   — Кошка, шляпа и кусок веревки · книга
10. «

    Все делают это. Все лгут. Все раскрашивают правду, как кому нравится...

    Все делают это. Все лгут. Все раскрашивают правду, как кому нравится...

    — Голубоглазый · книга
11. «

    Вино говорит. Это общеизвестно. Оглядитесь. Спросите уличного оракула, незванноного гостя на свадебном пиру, юродивого. Оно говорит. Оно чревовещает. У него миллион голосов. Оно развязывает язык, выбалтывая тайны, которые вы не собирались выдавать, тайны, которых вы знать не знали. Оно кричит, разглагольствует, шепчет. Оно говорит о великих вещах, о гениальных планах, трагических страстях и ужасных предательствах. Оно хохочет до упаду. Оно тихонько хихикает себе под нос. Оно рыдает при виде собственного отражения. Оно вытаскивает на свет летние дни, давно минувшие, и воспоминания, крепко забытые. От каждой бутыли веет иными временами, иными местами. Джо называл это будничным волшебством. Превращая низменные материи в грезы. Любительская алхимия.

    Вино говорит. Это общеизвестно. Оглядитесь. Спросите уличного оракула, незванноного гостя на свадебном пиру, юродивого. Оно говорит. Оно чревовещает. У него миллион голосов. Оно развязывает язык, выбалтывая тайны, которые вы не собирались выдавать, тайны, которых вы знать не знали. Оно кричит, разглагольствует, шепчет. Оно говорит о великих вещах, о гениальных планах, трагических страстях и ужасных предательствах. Оно хохочет до упаду. Оно тихонько хихикает себе под нос. Оно рыдает при виде собственного отражения. Оно вытаскивает на свет летние дни, давно минувшие, и воспоминания, крепко забытые. От каждой бутыли веет иными временами, иными местами. Джо называл это будничным волшебством. Превращая низменные материи в грезы. Любительская алхимия.

    — Ежевичное вино · книга