41 цитата Джоанна Харриса о смысле жизни

Ниже 41 цитата Джоанна Харриса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я не знаю, как его утешить, да думаю, он и не нуждается в моих словах утешения. Ему просто хочется высказаться. Не желая оскорблять его горе штампами, я промолчала.

   Я не знаю, как его утешить, да думаю, он и не нуждается в моих словах утешения. Ему просто хочется высказаться. Не желая оскорблять его горе штампами, я промолчала.

   — Вианн Роше · книга
2. «

   Ураганы, смерчи, цунами — даже самый отъявленный романтик понимает, что на одних радугах настоящей любви не построишь.

   Ураганы, смерчи, цунами — даже самый отъявленный романтик понимает, что на одних радугах настоящей любви не построишь.

   — Кошка, шляпа и кусок веревки · книга
3. «

   Иные люди живут всю жизнь, не поднимая глаз от земли. А другие мечтают о полете.

   Иные люди живут всю жизнь, не поднимая глаз от земли. А другие мечтают о полете.

   — Чай с птицами · книга
4. «

   Все делают это. Все лгут. Все раскрашивают правду, как кому нравится...

   Все делают это. Все лгут. Все раскрашивают правду, как кому нравится...

   — Голубоглазый · книга
5. «

   Как известно, из всех орехов, что лежат в мешке, громче всех гремят пустые.

   Как известно, из всех орехов, что лежат в мешке, громче всех гремят пустые.

   — Оми Аль-Джерба · книга
6. «

   Жизнь слишком коротка, а время слишком драгоценно, чтобы тратить его на глупые ссоры.

   Жизнь слишком коротка, а время слишком драгоценно, чтобы тратить его на глупые ссоры.

   — Персики для месье кюре · книга
7. «

   Быть учителем означает скрывать ярость, если злишься на самом деле, и изображать ее, если нет.

   Быть учителем означает скрывать ярость, если злишься на самом деле, и изображать ее, если нет.

   — Джентльмены и игроки · книга
8. «

   Точно запущенный камень может свалить и гиганта.

   Точно запущенный камень может свалить и гиганта.

   — Джентльмены и игроки · книга
9. «

   Моя ошибка была в том, что я считала: любовь надо заработать. Заслужить. Конечно, это говорил во мне остров: ничего не достается даром, за все надо платить. Но заслуги тут ни при чем. Иначе любили бы только святых.

   Моя ошибка была в том, что я считала: любовь надо заработать. Заслужить. Конечно, это говорил во мне остров: ничего не достается даром, за все надо платить. Но заслуги тут ни при чем. Иначе любили бы только святых.

   — Остров на краю света · книга
10. «

    Нельзя недооценивать глупость человеческую.

    Нельзя недооценивать глупость человеческую.

    — Джентльмены и игроки · книга
11. «

    — Может быть, ей есть что от вас скрывать? <...> Иногда такое бывает, и тогда ты даже с друзьями видеться не в силах. И не потому, что не хочешь их видеть, — просто чувствуешь, что и разговаривать-то с ними нормально не сможешь.

    — Может быть, ей есть что от вас скрывать? <...> Иногда такое бывает, и тогда ты даже с друзьями видеться не в силах. И не потому, что не хочешь их видеть, — просто чувствуешь, что и разговаривать-то с ними нормально не сможешь.

    — Персики для месье кюре · книга
12. «

    Старые привычки не умирают. И если вы некогда исполняли чужие желания, этот порыв никогда не оставит вас.

    Старые привычки не умирают. И если вы некогда исполняли чужие желания, этот порыв никогда не оставит вас.

    — Вианн Роше · книга
13. «

    Меня бесила мать, и я демонстрировала это всем своим видом с изощрённостью, присущей моему возрасту. Я сама подкидывала матери всевозможные поводы, чтобы ко мне цепляться. <...> Я ломала сотни установленных ею правил, и каждое нарушение неизменно вызывало в ней ярость и отчаяние. Она цеплялась за свои дурацкие правила, потому что с их помощью привыкла держать нас в узде. Без них она стала бы такой же, как и мы, осиротевшей, потерянной. Конечно, тогда я этого не понимала.

    Меня бесила мать, и я демонстрировала это всем своим видом с изощрённостью, присущей моему возрасту. Я сама подкидывала матери всевозможные поводы, чтобы ко мне цепляться. <...> Я ломала сотни установленных ею правил, и каждое нарушение неизменно вызывало в ней ярость и отчаяние. Она цеплялась за свои дурацкие правила, потому что с их помощью привыкла держать нас в узде. Без них она стала бы такой же, как и мы, осиротевшей, потерянной. Конечно, тогда я этого не понимала.

    — Пять четвертинок апельсина · книга
14. «

    Но ведь безумие заразительно <...> как и любовь, безумие помогает поверить в невозможное.

    Но ведь безумие заразительно <...> как и любовь, безумие помогает поверить в невозможное.

    — Blueeyedboy · книга
15. «

    Красота — это всего лишь иллюзия, простенькие чары, даже почти что и не магия вовсе. Определенный наклон головы, определенная походка, соответствующая данному моменту одежда — и любая способна стать красавицей.

    Красота — это всего лишь иллюзия, простенькие чары, даже почти что и не магия вовсе. Определенный наклон головы, определенная походка, соответствующая данному моменту одежда — и любая способна стать красавицей.

    — Леденцовые Туфельки · книга
16. «

    Дело в том, что никому ни до кого нет дела. Очень мало смертей, которые наносят нам раны. Если не считать потерь внутри собственного клана, все прочее по большей части нам безразлично.

    Дело в том, что никому ни до кого нет дела. Очень мало смертей, которые наносят нам раны. Если не считать потерь внутри собственного клана, все прочее по большей части нам безразлично.

    — Мальчик с голубыми глазами · книга
17. «

    История каждого из нас начинается где-то посередине истории кого-то другого, и множество таких вот историй, точно спутанные мотки шерсти, попросту ждут, когда их распутают.

    История каждого из нас начинается где-то посередине истории кого-то другого, и множество таких вот историй, точно спутанные мотки шерсти, попросту ждут, когда их распутают.

    — Albertine · книга
18. «

    Октябрь — стремительный, такой сочный, такой ароматный в своём золотисто-алом сиянии, с ранними белыми заморозками, с ярким преображением листьев — это совсем другая, волшебная пора, последний дерзкий ликующий всплеск перед лицом надвигающейся стужи.

    Октябрь — стремительный, такой сочный, такой ароматный в своём золотисто-алом сиянии, с ранними белыми заморозками, с ярким преображением листьев — это совсем другая, волшебная пора, последний дерзкий ликующий всплеск перед лицом надвигающейся стужи.

    — Пять четвертинок апельсина · книга
19. «

    Удивительно, как легко друзья могут от тебя отвернуться, как легко страх или корысть срывают маску товарищества.

    Удивительно, как легко друзья могут от тебя отвернуться, как легко страх или корысть срывают маску товарищества.

    — Джентльмены и игроки · книга
20. «

    Гадание — всего лишь способ открыть то, что тебе уже известно.

    Гадание — всего лишь способ открыть то, что тебе уже известно.

    — Вианн Роше · книга