24 цитат-размышлений Джона Фаулза

Ниже 24 цитаты Джона Фаулза — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Зрелость — это не годы, а состояние познания самого себя.

   Зрелость — это не годы, а состояние познания самого себя.
2. «

   Он даже сказал, что любит меня. А я ответила, вы любите не меня, а свою любовь. Это не любовь, это эгоизм. Вы думаете вовсе не обо мне, а о том, что вы ко мне чувствуете.

   Он даже сказал, что любит меня. А я ответила, вы любите не меня, а свою любовь. Это не любовь, это эгоизм. Вы думаете вовсе не обо мне, а о том, что вы ко мне чувствуете.

   — Миранда Грей · книга
3. «

   В шестнадцать тяжело сознавать, что гения из тебя не выйдет.

   В шестнадцать тяжело сознавать, что гения из тебя не выйдет.

   — Волхв · книга
4. «

   Ему всегда нужны были другие люди, а мне, я думаю, всегда нужен был только он.

   Ему всегда нужны были другие люди, а мне, я думаю, всегда нужен был только он.

   — Милдред · книга
5. «

   Свобода – это сделать решительный выбор и стоять на своем до последнего.

   Свобода – это сделать решительный выбор и стоять на своем до последнего.

   — Волхв · книга
6. «

   Не женщина, а бумеранг. Бросаешь её, а в следующую субботу она тут как тут и хлеба не просит.

   Не женщина, а бумеранг. Бросаешь её, а в следующую субботу она тут как тут и хлеба не просит.

   — Алисон Келли · книга
7. «

   Я просто в отчаянии... В отчаянии оттого, что людям в этом мире не хватает сочувствия, любви, здравого смысла. Оттого, что кто-то может запросто рассуждать о возможности сбросить ядерную бомбу, не говоря уже о том, чтобы отдать приказ её сбросить. Оттого, что нас, неравнодушных, всего лишь горстка. Оттого, что в мире столько жестокости, подозрительности и злобы. Оттого, что большие деньги могут превратить абсолютно нормального молодого человека в злого и жестокого преступника.

   Я просто в отчаянии... В отчаянии оттого, что людям в этом мире не хватает сочувствия, любви, здравого смысла. Оттого, что кто-то может запросто рассуждать о возможности сбросить ядерную бомбу, не говоря уже о том, чтобы отдать приказ её сбросить. Оттого, что нас, неравнодушных, всего лишь горстка. Оттого, что в мире столько жестокости, подозрительности и злобы. Оттого, что большие деньги могут превратить абсолютно нормального молодого человека в злого и жестокого преступника.

   — Коллекционер · книга
8. «

   Разглагольствовать о том, что собираешься сделать, — все равно что хвастаться картинами, которых ты еще не написал. Это не просто дурной тон, это абсолютная утрата лица.

   Разглагольствовать о том, что собираешься сделать, — все равно что хвастаться картинами, которых ты еще не написал. Это не просто дурной тон, это абсолютная утрата лица.

   — Коллекционер · книга
9. «

   Секс — полноправная часть жизни, род деятельности, такой же деятельности, как и всякая другая. В этом нет ничего постыдного, грязного, просто двое дарят друг другу свои тела. Это как танец. Как игра.

   Секс — полноправная часть жизни, род деятельности, такой же деятельности, как и всякая другая. В этом нет ничего постыдного, грязного, просто двое дарят друг другу свои тела. Это как танец. Как игра.

   — Миранда Грей · книга
10. «

    На опыте военных лет я окончательно уяснил себе значение чувства юмора. Это демонстрация свободы. Ибо свободен лишь тот, кто умеет улыбаться.

    На опыте военных лет я окончательно уяснил себе значение чувства юмора. Это демонстрация свободы. Ибо свободен лишь тот, кто умеет улыбаться.

    — Волхв · книга
11. «

    Принимая себя такими, каковы мы есть, мы лишаемся надежды стать теми, какими должны быть.

    Принимая себя такими, каковы мы есть, мы лишаемся надежды стать теми, какими должны быть.

    — Волхв · книга
12. «

    Мужчине важно, чтобы ему беспрекословно повиновались, а женщина должна уметь превратить беспрекословное послушание в орудие собственной конечной победы.

    Мужчине важно, чтобы ему беспрекословно повиновались, а женщина должна уметь превратить беспрекословное послушание в орудие собственной конечной победы.

    — Любовница французского лейтенанта · книга
13. «

    Запомни, что в мире есть миллионы женщин, которые гораздо красивее, умнее, интереснее, чем ты, но всё это не имеет никакого значения, если ты дотронулась до его сердца.

    Запомни, что в мире есть миллионы женщин, которые гораздо красивее, умнее, интереснее, чем ты, но всё это не имеет никакого значения, если ты дотронулась до его сердца.

    — Дэниел Мартин · книга
14. «

    Выдержишь? Выдержишь эту тяжкую ношу – жить с той, которая любит тебя.

    Выдержишь? Выдержишь эту тяжкую ношу – жить с той, которая любит тебя.

    — Волхв · книга
15. «

    Я знаю, что это такое, когда уезжают. Неделю умираешь, неделю просто больно, потом начинаешь забывать, а потом кажется, что ничего и не было, что было не с тобой, и вот ты плюешь на все. И говоришь себе: динго, это жизнь, так уж она устроена. Так уж устроена эта глупая жизнь. Как будто не потеряла что-то навсегда.

    Я знаю, что это такое, когда уезжают. Неделю умираешь, неделю просто больно, потом начинаешь забывать, а потом кажется, что ничего и не было, что было не с тобой, и вот ты плюешь на все. И говоришь себе: динго, это жизнь, так уж она устроена. Так уж устроена эта глупая жизнь. Как будто не потеряла что-то навсегда.

    — Волхв · книга
16. «

    Писать — ... совсем не то что рисовать. Проводишь линию — и сразу видишь, верна она или нет. А когда пишешь, каждая строка кажется правдивой, но стоит потом перечитать...

    Писать — ... совсем не то что рисовать. Проводишь линию — и сразу видишь, верна она или нет. А когда пишешь, каждая строка кажется правдивой, но стоит потом перечитать...

    — Коллекционер · книга
17. «

    Любая игра между мужчиной и женщиной, по каким бы правилам ни велась, имеет чувственную подоплёку.

    Любая игра между мужчиной и женщиной, по каким бы правилам ни велась, имеет чувственную подоплёку.

    — Морис Кончис · книга
18. «

    Свет не сходится клином на одном человеке, и нельзя сдаваться после одного неудачного броска костей. Какой бы жалкой и пустой в железных тисках города ни казалась жизнь, нужно стойко держаться. И снова выходить в бездонный, соленый, равнодушный океан.

    Свет не сходится клином на одном человеке, и нельзя сдаваться после одного неудачного броска костей. Какой бы жалкой и пустой в железных тисках города ни казалась жизнь, нужно стойко держаться. И снова выходить в бездонный, соленый, равнодушный океан.

    — Любовница французского лейтенанта · книга
19. «

    Каждый из нас — остров. Иначе мы давно бы свихнулись. Между островами ходят суда, летают самолеты, протянуты провода телефонов, мы переговариваемся по радио — все что хотите. Но остаемся островами. Которые могут затонуть или рассыпаться в прах.

    Каждый из нас — остров. Иначе мы давно бы свихнулись. Между островами ходят суда, летают самолеты, протянуты провода телефонов, мы переговариваемся по радио — все что хотите. Но остаемся островами. Которые могут затонуть или рассыпаться в прах.

    — Волхв · книга
20. «

    Вырисовывался образ девушки хоть и симпатичной, но замкнутой; живущей умом, а не телом, однако с мучительно дрожащей в груди пружинкой, что ждет лишь слабого прикосновения, чтобы распрямиться.

    Вырисовывался образ девушки хоть и симпатичной, но замкнутой; живущей умом, а не телом, однако с мучительно дрожащей в груди пружинкой, что ждет лишь слабого прикосновения, чтобы распрямиться.

    — Волхв · книга