240 цитат-размышлений Джона Фаулза

Ниже 240 цитат Джона Фаулза — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Свобода – это сделать решительный выбор и стоять на своем до последнего.

   Свобода – это сделать решительный выбор и стоять на своем до последнего.

   — Волхв · книга
2. «

   Во всем, что касается её, я — загадка для самого себя.

   Во всем, что касается её, я — загадка для самого себя.

   — Любовница французского лейтенанта · книга
3. «

   Выдержишь? Выдержишь эту тяжкую ношу – жить с той, которая любит тебя.

   Выдержишь? Выдержишь эту тяжкую ношу – жить с той, которая любит тебя.

   — Волхв · книга
4. «

   Представьте, что в один прекрасный день у вас открывается шестое, до сих пор не познанное чувство, нечто, что выходит из ряда осознания, зрения – привычных пяти. Но оно важнее других, из него-то и рождаются другие. Глагол «существовать» теперь не пассивен и описателен, но активен… почти повелителен.

   Представьте, что в один прекрасный день у вас открывается шестое, до сих пор не познанное чувство, нечто, что выходит из ряда осознания, зрения – привычных пяти. Но оно важнее других, из него-то и рождаются другие. Глагол «существовать» теперь не пассивен и описателен, но активен… почти повелителен.

   — Морис Кончис · книга
5. «

   Маленький куст рябины — уже рябина.

   Маленький куст рябины — уже рябина.

   — Ч. В. (Чарльз Вестон) · книга
6. «

   — А вы верите в Бога? — Не очень. ... — А вы верите? — Конечно. Я же — существо одушевлённое.

   — А вы верите в Бога? — Не очень. ... — А вы верите? — Конечно. Я же — существо одушевлённое.

   — Коллекционер · книга
7. «

   Любая игра между мужчиной и женщиной, по каким бы правилам ни велась, имеет чувственную подоплёку.

   Любая игра между мужчиной и женщиной, по каким бы правилам ни велась, имеет чувственную подоплёку.

   — Морис Кончис · книга
8. «

   Он знает, что великие произведения искусства — велики, но «великое» — значит запертое в музеях и рассуждают о нем только ради показухи.

   Он знает, что великие произведения искусства — велики, но «великое» — значит запертое в музеях и рассуждают о нем только ради показухи.

   — Миранда Грей · книга
9. «

   На опыте военных лет я окончательно уяснил себе значение чувства юмора. Это демонстрация свободы. Ибо свободен лишь тот, кто умеет улыбаться.

   На опыте военных лет я окончательно уяснил себе значение чувства юмора. Это демонстрация свободы. Ибо свободен лишь тот, кто умеет улыбаться.

   — Волхв · книга
10. «

    Я не знал, куда отправлюсь, но знал, что буду искать. Чужую землю, чужих людей, чужой язык...

    Я не знал, куда отправлюсь, но знал, что буду искать. Чужую землю, чужих людей, чужой язык...

    — Николас Эрфе · книга
11. «

    Знаешь, никак не соображу: может, ты такая свинья, что снова с тобой связываться — идиотство. Но забыть тебя не могу даже с теми, кому ты в подметки не годишься.

    Знаешь, никак не соображу: может, ты такая свинья, что снова с тобой связываться — идиотство. Но забыть тебя не могу даже с теми, кому ты в подметки не годишься.

    — Волхв · книга
12. «

    Ветер слегка растрепал ей волосы, и она чем-то напоминала мальчишку, которого поймали, когда он рвал яблоки в чужом саду, — объятого сознанием вины, но вины мятежной.

    Ветер слегка растрепал ей волосы, и она чем-то напоминала мальчишку, которого поймали, когда он рвал яблоки в чужом саду, — объятого сознанием вины, но вины мятежной.

    — Любовница французского лейтенанта · книга
13. «

    Он точно жаждал переделать весь мир; и не мог; и мучился собственным бессилием; и понимал, что ему не дано принять или отвергнуть вселенную; дано лишь принять или отвергнуть меня, ничтожный осколок вселенной.

    Он точно жаждал переделать весь мир; и не мог; и мучился собственным бессилием; и понимал, что ему не дано принять или отвергнуть вселенную; дано лишь принять или отвергнуть меня, ничтожный осколок вселенной.

    — Волхв · книга
14. «

    Пожалуй, неплохо бы тебя полюбить. Понимаю, что для любви к тебе у меня тысяча причин, ведь, как я пытался тебе растолковать, по-своему, пусть по-уродски, я все-таки люблю тебя.

    Пожалуй, неплохо бы тебя полюбить. Понимаю, что для любви к тебе у меня тысяча причин, ведь, как я пытался тебе растолковать, по-своему, пусть по-уродски, я все-таки люблю тебя.

    — Волхв · книга
15. «

    Бог и свобода — понятия полярно противоположные; люди верят в вымышленных богов, как правило, потому, что страшатся довериться дьяволу.

    Бог и свобода — понятия полярно противоположные; люди верят в вымышленных богов, как правило, потому, что страшатся довериться дьяволу.

    — Волхв · книга
16. «

    Заграничные путешествия, к сожалению, отчасти стерли с него налет глубочайшего занудства (викторианцы называли это свойство серьезностью, высокой нравственностью, честностью и тысячью других обманчивых имен), которое только и требовалось в те времена от истинного английского джентльмена.

    Заграничные путешествия, к сожалению, отчасти стерли с него налет глубочайшего занудства (викторианцы называли это свойство серьезностью, высокой нравственностью, честностью и тысячью других обманчивых имен), которое только и требовалось в те времена от истинного английского джентльмена.

    — Любовница французского лейтенанта · книга
17. «

    Я не молился за упокой, ибо молитвы тщетны; я не оплакивал ни ее, ни себя, — ибо дважды оплакивают одно и то же лишь кстраверты; но, окутанный ночным безмолвием, неимоверно враждебным и человеку, и верности его, и любви, просто помнил о ней, помнил, помнил о ней.

    Я не молился за упокой, ибо молитвы тщетны; я не оплакивал ни ее, ни себя, — ибо дважды оплакивают одно и то же лишь кстраверты; но, окутанный ночным безмолвием, неимоверно враждебным и человеку, и верности его, и любви, просто помнил о ней, помнил, помнил о ней.

    — Волхв · книга
18. «

    — Просто она была единственным светлым пятном. Не более того. — А может, для нее единственное светлое пятно – вы...

    — Просто она была единственным светлым пятном. Не более того. — А может, для нее единственное светлое пятно – вы...

    — Морис Кончис · книга
19. «

    Зрелость — это не годы, а состояние познания самого себя.

    Зрелость — это не годы, а состояние познания самого себя.
20. «

    Вот это-то и делает женщина. Заставляет тебя увидеть то, что у тебя под носом.

    Вот это-то и делает женщина. Заставляет тебя увидеть то, что у тебя под носом.

    — Любовница французского лейтенанта · книга