257 цитат Джона Фаулза о смысле жизни

Ниже 257 цитат Джона Фаулза — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Истинная свобода – между тем и другим, а не в том или другом только, а значит, она не может быть абсолютной. Быть выше борьбы может лишь тот, кто по-настоящему боролся.

   Истинная свобода – между тем и другим, а не в том или другом только, а значит, она не может быть абсолютной. Быть выше борьбы может лишь тот, кто по-настоящему боролся.

   — Морис Кончис · книга
2. «

   Долг — это глиняный сосуд. Он хранит то, что в него наливают, а это может быть всё, что угодно — от величайшего добра до величайшего зла.

   Долг — это глиняный сосуд. Он хранит то, что в него наливают, а это может быть всё, что угодно — от величайшего добра до величайшего зла.

   — Чарльз · книга
3. «

   А я согласилась бы остаться с ним в ту ночь. Если бы он попросил. Если бы подошёл ко мне и поцеловал. Не ради него. Просто чтобы почувствовать, что я — живу.

   А я согласилась бы остаться с ним в ту ночь. Если бы он попросил. Если бы подошёл ко мне и поцеловал. Не ради него. Просто чтобы почувствовать, что я — живу.

   — Миранда Роуз · книга
4. «

   Ему хочется покупать мне всякие вещи. Могу требовать что угодно. Кроме свободы.

   Ему хочется покупать мне всякие вещи. Могу требовать что угодно. Кроме свободы.

   — Миранда Грей · книга
5. «

   Раз тебе поперек горла то, что происходит, глупо бурчать на то, как это происходит.

   Раз тебе поперек горла то, что происходит, глупо бурчать на то, как это происходит.

   — Волхв · книга
6. «

   В безутешном своем прозрении я клял эволюцию, сведшую в одной душе предельную тонкость чувств с предельной бездарностью.

   В безутешном своем прозрении я клял эволюцию, сведшую в одной душе предельную тонкость чувств с предельной бездарностью.

   — Волхв · книга
7. «

   Нас будто заперли в пыточной камере. Всё ещё любящих, но прикованных к противоположным стенам, чтоб вечно смотрели и никогда не могли коснуться друг друга.

   Нас будто заперли в пыточной камере. Всё ещё любящих, но прикованных к противоположным стенам, чтоб вечно смотрели и никогда не могли коснуться друг друга.

   — Морис Кончис · книга
8. «

   На самом деле он — как ребёнок. Ему нужна игрушка. Чья-то привязанность. Чтобы он мог разбить её вдребезги.

   На самом деле он — как ребёнок. Ему нужна игрушка. Чья-то привязанность. Чтобы он мог разбить её вдребезги.

   — Башня из чёрного дерева · книга
9. «

   Жизнь — это что-то вроде шутки, глупо принимать её всерьёз. Серьёзного отношения заслуживает лишь искусство, а всё остальное следует воспринимать иронически. Он ни за что не скажет: «В день, когда будет сброшена ядерная бомба», а — «В день всемирного барбекю».

   Жизнь — это что-то вроде шутки, глупо принимать её всерьёз. Серьёзного отношения заслуживает лишь искусство, а всё остальное следует воспринимать иронически. Он ни за что не скажет: «В день, когда будет сброшена ядерная бомба», а — «В день всемирного барбекю».

   — Миранда Грей · книга
10. «

    Целый день пишу небо. Просто провожу линию в нескольких сантиметрах от нижнего края. Это — земля. И больше не думаю ни о чём, кроме неба. Июньское небо. Декабрьское. Августовское. В весеннем дожде. В молниях. На заре. В сумерках. Написала уже с десяток небес. Только небо, больше ничего. Просто — линия, а над нею — небо.

    Целый день пишу небо. Просто провожу линию в нескольких сантиметрах от нижнего края. Это — земля. И больше не думаю ни о чём, кроме неба. Июньское небо. Декабрьское. Августовское. В весеннем дожде. В молниях. На заре. В сумерках. Написала уже с десяток небес. Только небо, больше ничего. Просто — линия, а над нею — небо.

    — Миранда Грей · книга
11. «

    Ничего не может быть отвратительнее, чем прятаться от жизни, которая тебя не устраивает. Но порой страшно подумать, с чем и как нужно бороться, если принимать жизнь всерьёз.

    Ничего не может быть отвратительнее, чем прятаться от жизни, которая тебя не устраивает. Но порой страшно подумать, с чем и как нужно бороться, если принимать жизнь всерьёз.

    — Коллекционер · книга
12. «

    Когда машина свернула с нашей улицы, я остро ощутил, что спасся; и, пожалуй, столь же острым было мерзкое сознание, что она любила сильнее, чем я, а значит, в каком-то невыразимом смысле я выиграл.

    Когда машина свернула с нашей улицы, я остро ощутил, что спасся; и, пожалуй, столь же острым было мерзкое сознание, что она любила сильнее, чем я, а значит, в каком-то невыразимом смысле я выиграл.

    — Волхв · книга
13. «

    ...всё, что есть в мире свободного, честного, — всё это заперто на замок в отвратительных тесных подвалах! Людьми, отупевшими от равнодушия.

    ...всё, что есть в мире свободного, честного, — всё это заперто на замок в отвратительных тесных подвалах! Людьми, отупевшими от равнодушия.

    — Коллекционер · книга
14. «

    – Беда в том, что она всю жизнь ищет поэзии, страсти, отзывчивости – всей этой романтической дребедени. Мой рацион не в пример грубее. – Проза и пудинг? – Я не жду, что у красивого мужчины и душа будет красивая.

    – Беда в том, что она всю жизнь ищет поэзии, страсти, отзывчивости – всей этой романтической дребедени. Мой рацион не в пример грубее. – Проза и пудинг? – Я не жду, что у красивого мужчины и душа будет красивая.

    — Волхв · книга
15. «

    Возможно, я просто довольно хорошо его узнала. Знание подноготной автоматически сближает. Даже если вам хочется, чтобы этот человек находился как можно дальше, желательно — на другой планете.

    Возможно, я просто довольно хорошо его узнала. Знание подноготной автоматически сближает. Даже если вам хочется, чтобы этот человек находился как можно дальше, желательно — на другой планете.

    — Коллекционер · книга
16. «

    Ветер слегка растрепал ей волосы, и она чем-то напоминала мальчишку, которого поймали, когда он рвал яблоки в чужом саду, — объятого сознанием вины, но вины мятежной.

    Ветер слегка растрепал ей волосы, и она чем-то напоминала мальчишку, которого поймали, когда он рвал яблоки в чужом саду, — объятого сознанием вины, но вины мятежной.

    — Любовница французского лейтенанта · книга
17. «

    Я не знал, куда отправлюсь, но знал, что буду искать. Чужую землю, чужих людей, чужой язык...

    Я не знал, куда отправлюсь, но знал, что буду искать. Чужую землю, чужих людей, чужой язык...

    — Николас Эрфе · книга
18. «

    Сердце рассуждает по-своему, рассудком его не понять.

    Сердце рассуждает по-своему, рассудком его не понять.

    — Дэниел Мартин · книга
19. «

    Ему всегда нужны были другие люди, а мне, я думаю, всегда нужен был только он.

    Ему всегда нужны были другие люди, а мне, я думаю, всегда нужен был только он.

    — Милдред · книга
20. «

    В ней было нечто настоящее, женское. Мягкость без слезливости, открытость без наивности. Так хотелось говорить ей колкости, подначивать. Но ее колкости напоминали ласку.

    В ней было нечто настоящее, женское. Мягкость без слезливости, открытость без наивности. Так хотелось говорить ей колкости, подначивать. Но ее колкости напоминали ласку.

    — Волхв · книга