42 цитаты Джона Гришэма о смысле жизни

Джон Гришэм — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 42 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Сколько все-таки шизанутых на свободе!

   Сколько все-таки шизанутых на свободе!

   — Сэм Кей · книга
2. «

   Отрицать, отрицать, отрицать всё подряд — вот главное правило адвоката по криминальным делам.

   Отрицать, отрицать, отрицать всё подряд — вот главное правило адвоката по криминальным делам.

   — Саманта Кофер (Samantha Kofer) · книга
3. «

   Пропустить Рождество. Что за дурацкая идея! Ну, разве что на следующий год...

   Пропустить Рождество. Что за дурацкая идея! Ну, разве что на следующий год...

   — Рождество с неудачниками · книга
4. «

   Я требую уважения, а его можно добиться только одним способом — заработать.

   Я требую уважения, а его можно добиться только одним способом — заработать.

   — Саманта Кофер (Samantha Kofer) · книга
5. «

   Сказав правду — испытаешь облегчение.

   Сказав правду — испытаешь облегчение.

   — Сэм Кейхолл · книга
6. «

   Страх неизбежен, но не всегда вреден. Обуздай страх и научись его использовать.

   Страх неизбежен, но не всегда вреден. Обуздай страх и научись его использовать.

   — Трибуны · книга
7. «

   Упавший должен достичь дна, только после этого и возможен подъем.

   Упавший должен достичь дна, только после этого и возможен подъем.

   — Адвокат · книга
8. «

   Тут благотворительность, так что забудь про время, забудь про почасовую оплату, забудь про шорох купюр.

   Тут благотворительность, так что забудь про время, забудь про почасовую оплату, забудь про шорох купюр.

   — Адам Холл · книга
9. «

   Он являлся противником смертной казни. Он понимал причины ее общественной поддержки и давно выучил наизусть все продиктованные лучшими побуждениями доводы — она служит сдерживающим фактором, убирает убийц, это крайняя мера наказания, она удовлетворяет потребности общества к отмщению, она смягчает боль пострадавшей семьи.

   Он являлся противником смертной казни. Он понимал причины ее общественной поддержки и давно выучил наизусть все продиктованные лучшими побуждениями доводы — она служит сдерживающим фактором, убирает убийц, это крайняя мера наказания, она удовлетворяет потребности общества к отмщению, она смягчает боль пострадавшей семьи.

   — Камера · книга
10. «

    — Что тут плохого, если игрок требует столько денег, сколько сможет получить? — Кто же стоит пяти миллионов в год? — Никто. Но если звезды рока делают по пятьдесят миллионов в год, почему бы спортсменам не сделать хотя бы несколько?

    — Что тут плохого, если игрок требует столько денег, сколько сможет получить? — Кто же стоит пяти миллионов в год? — Никто. Но если звезды рока делают по пятьдесят миллионов в год, почему бы спортсменам не сделать хотя бы несколько?

    — Фелпс Бут · книга
11. «

    Частые победы развращают.

    Частые победы развращают.

    — Рождество с неудачниками · книга
12. «

    Дэниел Розен слыл чудовищем, но два сердечных приступа сделали его покладистее. В течение тридцати лет это был беспощадный, самый злой, скандальный и, без сомнения, самый ловкий участник разнообразных судебных тяжб в Чикаго. До первого приступа он был известен своей способностью работать на износ — по девяносто часов в неделю. Его бросили несколько жен. Четыре секретарши одновременно еле поспевали за ним.

    Дэниел Розен слыл чудовищем, но два сердечных приступа сделали его покладистее. В течение тридцати лет это был беспощадный, самый злой, скандальный и, без сомнения, самый ловкий участник разнообразных судебных тяжб в Чикаго. До первого приступа он был известен своей способностью работать на износ — по девяносто часов в неделю. Его бросили несколько жен. Четыре секретарши одновременно еле поспевали за ним.

    — Камера · книга
13. «

    Пиццерии в больших городах обычно держат выходцы из Италии или их потомки, люди, которые знают, что настоящая пицца происходит из Неаполя. И что корочка у неё должна быть тонкой и хрустящей, а начинка — незамысловатой.

    Пиццерии в больших городах обычно держат выходцы из Италии или их потомки, люди, которые знают, что настоящая пицца происходит из Неаполя. И что корочка у неё должна быть тонкой и хрустящей, а начинка — незамысловатой.

    — Саманта Кофер (Samantha Kofer) · книга
14. «

    Начать процесс по серьёзному делу равносильно тому, чтобы нырнуть в темный, заросший водорослями пруд, надев спортивный пояс для отягощения. Успеваешь только набрать воздуха, и всё остальное перестает существовать. И тебе всегда кажется, что ты тонешь.

    Начать процесс по серьёзному делу равносильно тому, чтобы нырнуть в темный, заросший водорослями пруд, надев спортивный пояс для отягощения. Успеваешь только набрать воздуха, и всё остальное перестает существовать. И тебе всегда кажется, что ты тонешь.

    — Мэри-Грейс Пейтон (Mary Grace Payton) · книга
15. «

    Когда холодно, а небо сплошь в темных дождевых тучах, так и тянет в теплые края. Ну почему не помечтать о десяти днях отпуска на солнышке!

    Когда холодно, а небо сплошь в темных дождевых тучах, так и тянет в теплые края. Ну почему не помечтать о десяти днях отпуска на солнышке!

    — Рождество с неудачниками · книга
16. «

    Наша работа измеряется не часами, а клиентами.

    Наша работа измеряется не часами, а клиентами.

    — Мэтти Уатт (Mattie Wyatt) · книга
17. «

    В наши дни трудно любить людей.

    В наши дни трудно любить людей.

    — Сэм Кейхолл · книга
18. «

    Адвокаты, выступающие на процессах, — это особая порода. Они умудряются ходить по тонкой проволоке, на грани между огромным успехом и катастрофическим провалом, и самые выдающиеся из них не боятся рискнуть.

    Адвокаты, выступающие на процессах, — это особая порода. Они умудряются ходить по тонкой проволоке, на грани между огромным успехом и катастрофическим провалом, и самые выдающиеся из них не боятся рискнуть.

    — Маршалл Кофер (Marshall Kofer) · книга
19. «

    Одни возненавидят тебя, другие полюбят, но большинство останется безразличным. Это касается одного тебя.

    Одни возненавидят тебя, другие полюбят, но большинство останется безразличным. Это касается одного тебя.

    — Трибуны · книга
20. «

    Дикие вещи происходят с нашей судебной системой. Сегодня суд решает так, на следующий день иначе. Одни и те же судьи выносят разные решения по одинаковым делам. Суд может игнорировать составленное наобум ходатайство или апелляцию в течение ряда лет и вдруг в один прекрасный день принимает ее и делает послабление заключенному. Судьи умирают и на их место приходят другие, которые думают иначе.

    Дикие вещи происходят с нашей судебной системой. Сегодня суд решает так, на следующий день иначе. Одни и те же судьи выносят разные решения по одинаковым делам. Суд может игнорировать составленное наобум ходатайство или апелляцию в течение ряда лет и вдруг в один прекрасный день принимает ее и делает послабление заключенному. Судьи умирают и на их место приходят другие, которые думают иначе.

    — Сэм Кейхолл · книга