Подборка: 50 цитат Джона Рескина

Джон Рескин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 50 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Смотри на каждую утреннюю зарю как на начало твоей жизни и на каждый закат солнца как на конец ее. Пусть каждая из этих кратких жизней будет отмечена каким-нибудь добрым поступком, какой-нибудь победой над собой или приобретенным знанием.

   Смотри на каждую утреннюю зарю как на начало твоей жизни и на каждый закат солнца как на конец ее. Пусть каждая из этих кратких жизней будет отмечена каким-нибудь добрым поступком, какой-нибудь победой над собой или приобретенным знанием.
2. «

   ...великий стиль создается только искренними людьми.

   ...великий стиль создается только искренними людьми.

   — Лекции об искусстве · книга
3. «

   Не моря разделяют народы, а невежество. Не различие языка, а враждебные отношения.

   Не моря разделяют народы, а невежество. Не различие языка, а враждебные отношения.
4. «

   Благими намерениями вымощена дорога, – вы знаете куда, дети. Не само это место вымощено ими, как часто говорят люди, потому что нельзя вымостить бездонную пропасть, а можно именно дорогу, ведущую к ней.

   Благими намерениями вымощена дорога, – вы знаете куда, дети. Не само это место вымощено ими, как часто говорят люди, потому что нельзя вымостить бездонную пропасть, а можно именно дорогу, ведущую к ней.

   — Этика пыли · книга
5. «

   «Познай самого себя» есть основное правило. Но неужели вы думаете, что можно познать себя, всматриваясь в себя? Нет. Вы можете познать себя только присматриваясь к тому, что вне вас. Сравнивайте ваши силы с силами других, ваши интересы с их интересами; старайтесь думать о своих интересах как о чем-то второстепенном, преклоняйтесь перед достоинствами других, исходя из уверенности, что в вас, вероятно, нет ничего особенного.

   «Познай самого себя» есть основное правило. Но неужели вы думаете, что можно познать себя, всматриваясь в себя? Нет. Вы можете познать себя только присматриваясь к тому, что вне вас. Сравнивайте ваши силы с силами других, ваши интересы с их интересами; старайтесь думать о своих интересах как о чем-то второстепенном, преклоняйтесь перед достоинствами других, исходя из уверенности, что в вас, вероятно, нет ничего особенного.
6. «

   Мы живем в век низкого высокомерия и еще более низкого раболепия, в век, когда ум формируется главным образом в стяжании и занят осквернением всего святого, то перенимая, то разрушая творения тех благородных людей, усилиями которых только и стала возможной умственная и художественная жизнь этого века. В наш век нет веры в свои силы даже на столько, чтобы проявить оригинальную фантазию в отделке какого-нибудь пустяка, и в то же время столько наглости, что дай возможность — отменили бы всю солнечную систему.

   Мы живем в век низкого высокомерия и еще более низкого раболепия, в век, когда ум формируется главным образом в стяжании и занят осквернением всего святого, то перенимая, то разрушая творения тех благородных людей, усилиями которых только и стала возможной умственная и художественная жизнь этого века. В наш век нет веры в свои силы даже на столько, чтобы проявить оригинальную фантазию в отделке какого-нибудь пустяка, и в то же время столько наглости, что дай возможность — отменили бы всю солнечную систему.

   — Лекции об искусстве · книга
7. «

   Человек, лишенный воображения, неспособен ни к благоговению, ни к доброте.

   Человек, лишенный воображения, неспособен ни к благоговению, ни к доброте.

   — Искусство и действительность · книга
8. «

   Высшая мудрость заключается не в самоотречении, а в умении находить удовольствие в самых малых вещах.

   Высшая мудрость заключается не в самоотречении, а в умении находить удовольствие в самых малых вещах.
9. «

   Не забывайте: самые красивые вещи в мире — самые бесполезные.

   Не забывайте: самые красивые вещи в мире — самые бесполезные.

   — Камни Венеции · книга
10. «

    Люди постоянно твердят о настойчивости, о мужестве и непоколебимости, но терпение есть самая прекрасная, самая достойная черта непоколебимости – и самая редкая.

    Люди постоянно твердят о настойчивости, о мужестве и непоколебимости, но терпение есть самая прекрасная, самая достойная черта непоколебимости – и самая редкая.

    — Этика пыли · книга
11. «

    Самая большая награда, которую мы получаем за свой труд, заключается не в том, что мы обретаем, а в том, кем мы становимся в результате этого труда.

    Самая большая награда, которую мы получаем за свой труд, заключается не в том, что мы обретаем, а в том, кем мы становимся в результате этого труда.
12. «

    Самые лучшие мысли обыкновенно являются непринужденно, как бы сами собой.

    Самые лучшие мысли обыкновенно являются непринужденно, как бы сами собой.

    — Этика пыли · книга
13. «

    Любой современный студент-живописец знает об искусстве в пятьдесят раз больше, чем Джотто; но это не делает его более великим, чем Джотто.

    Любой современный студент-живописец знает об искусстве в пятьдесят раз больше, чем Джотто; но это не делает его более великим, чем Джотто.

    — Камни Венеции · книга
14. «

    Терпение лежит в основе любого удовольствия, равно как и всякого рода могущества. Даже надежда перестаёт приносить счастье, если сопровождается нетерпением.

    Терпение лежит в основе любого удовольствия, равно как и всякого рода могущества. Даже надежда перестаёт приносить счастье, если сопровождается нетерпением.

    — Этика пыли · книга
15. «

    Справедлива, тысячу раз справедлива мысль, что более велик человек, управляющий своими страстями, чем тот, кто овладевает городом.

    Справедлива, тысячу раз справедлива мысль, что более велик человек, управляющий своими страстями, чем тот, кто овладевает городом.

    — Лекции об искусстве · книга
16. «

    Греки поклонялись мудрости и воздвигли Парфенон, — храм богини Девы. Средние века поклонялись утешению, и так же как и греки, строили храмы пресвятой Деве, — но то была Дева Спасительница. Возрождение поклонялось красоте своего рода, и строило Версаль и Ватикан. Теперь скажите, чему поклоняемся мы и строим мы? ... Вероятно, вы не станете отрицать, что главную богиню нашего культа лучше всего назвать богиней Успеха или Британией Рыночной.

    Греки поклонялись мудрости и воздвигли Парфенон, — храм богини Девы. Средние века поклонялись утешению, и так же как и греки, строили храмы пресвятой Деве, — но то была Дева Спасительница. Возрождение поклонялось красоте своего рода, и строило Версаль и Ватикан. Теперь скажите, чему поклоняемся мы и строим мы? ... Вероятно, вы не станете отрицать, что главную богиню нашего культа лучше всего назвать богиней Успеха или Британией Рыночной.

    — Искусство и действительность · книга
17. «

    У великих народов дети всегда стремятся подольше оставаться детьми, а родители стараются поскорее сделать их взрослыми. У народов низших, дети хотят быть большими, а родители стараются как можно дольше оставить их детьми.

    У великих народов дети всегда стремятся подольше оставаться детьми, а родители стараются поскорее сделать их взрослыми. У народов низших, дети хотят быть большими, а родители стараются как можно дольше оставить их детьми.

    — Искусство и действительность · книга
18. «

    Широко распространённое заблуждение состоит в том, что мы рассматриваем наши умственные способности как самодостаточную вещь, никак не связанную с нашим сердцем; в действительности же возвышенность или низменность разума определяются тем, какую мы ему даём пищу, с какими предметами ему приходится иметь дело. Возвышенны не сами по себе умственные способности, но способности ума, занятого подобающими размышлениями. Половина ошибок метафизиков проистекает из того, что они упустили это из виду: а именно, что и добрый, и дурной ум заняты, по сути, одним и тем же, всё зависит от того, с каким материалом он имеет дело, и, если заставить его перемалывать пыль и солому, он быстро иссушится от бессмысленного кругового движения.

    Широко распространённое заблуждение состоит в том, что мы рассматриваем наши умственные способности как самодостаточную вещь, никак не связанную с нашим сердцем; в действительности же возвышенность или низменность разума определяются тем, какую мы ему даём пищу, с какими предметами ему приходится иметь дело. Возвышенны не сами по себе умственные способности, но способности ума, занятого подобающими размышлениями. Половина ошибок метафизиков проистекает из того, что они упустили это из виду: а именно, что и добрый, и дурной ум заняты, по сути, одним и тем же, всё зависит от того, с каким материалом он имеет дело, и, если заставить его перемалывать пыль и солому, он быстро иссушится от бессмысленного кругового движения.

    — Камни Венеции · книга
19. «

    Самая большая награда за тяжёлый труд — это не то, что человек за него получает, а то, кем он становится в процессе этой работы.

    Самая большая награда за тяжёлый труд — это не то, что человек за него получает, а то, кем он становится в процессе этой работы.
20. «

    Никогда не ищите удовольствия, но будьте всегда готовы находить во всем удовольствие.

    Никогда не ищите удовольствия, но будьте всегда готовы находить во всем удовольствие.