51 цитата Джона Рескина, которые захочется сохранить

Джон Рескин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 51 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Люди постоянно твердят о настойчивости, о мужестве и непоколебимости, но терпение есть самая прекрасная, самая достойная черта непоколебимости – и самая редкая.

   Люди постоянно твердят о настойчивости, о мужестве и непоколебимости, но терпение есть самая прекрасная, самая достойная черта непоколебимости – и самая редкая.

   — Этика пыли · книга
2. «

   Что мы думаем, что знаем и во что верим, в итоге не так уж и важно. Единственное важно — что мы делаем.

   Что мы думаем, что знаем и во что верим, в итоге не так уж и важно. Единственное важно — что мы делаем.
3. «

   Для того чтобы люди находили счастье в своей работе, необходимы три условия: работа должна быть им по силам, она не должна быть изнуряющей и ей обязательно должен сопутствовать успех.

   Для того чтобы люди находили счастье в своей работе, необходимы три условия: работа должна быть им по силам, она не должна быть изнуряющей и ей обязательно должен сопутствовать успех.
4. «

   Не моря разделяют народы, а невежество. Не различие языка, а враждебные отношения.

   Не моря разделяют народы, а невежество. Не различие языка, а враждебные отношения.
5. «

   Смотри на каждую утреннюю зарю как на начало твоей жизни и на каждый закат солнца как на конец ее. Пусть каждая из этих кратких жизней будет отмечена каким-нибудь добрым поступком, какой-нибудь победой над собой или приобретенным знанием.

   Смотри на каждую утреннюю зарю как на начало твоей жизни и на каждый закат солнца как на конец ее. Пусть каждая из этих кратких жизней будет отмечена каким-нибудь добрым поступком, какой-нибудь победой над собой или приобретенным знанием.
6. «

   Люди помогают друг другу своими радостями, а не своими горестями. они посланы в этот мир не для того, чтобы умирать друг за друга, а ради того, чтобы поддерживать друг друга.

   Люди помогают друг другу своими радостями, а не своими горестями. они посланы в этот мир не для того, чтобы умирать друг за друга, а ради того, чтобы поддерживать друг друга.

   — Этика пыли · книга
7. «

   Мы живем в век низкого высокомерия и еще более низкого раболепия, в век, когда ум формируется главным образом в стяжании и занят осквернением всего святого, то перенимая, то разрушая творения тех благородных людей, усилиями которых только и стала возможной умственная и художественная жизнь этого века. В наш век нет веры в свои силы даже на столько, чтобы проявить оригинальную фантазию в отделке какого-нибудь пустяка, и в то же время столько наглости, что дай возможность — отменили бы всю солнечную систему.

   Мы живем в век низкого высокомерия и еще более низкого раболепия, в век, когда ум формируется главным образом в стяжании и занят осквернением всего святого, то перенимая, то разрушая творения тех благородных людей, усилиями которых только и стала возможной умственная и художественная жизнь этого века. В наш век нет веры в свои силы даже на столько, чтобы проявить оригинальную фантазию в отделке какого-нибудь пустяка, и в то же время столько наглости, что дай возможность — отменили бы всю солнечную систему.

   — Лекции об искусстве · книга
8. «

   Истинная вера человека направлена не на то, чтобы доставить ему покой, а чтобы дать ему силы на труд.

   Истинная вера человека направлена не на то, чтобы доставить ему покой, а чтобы дать ему силы на труд.
9. «

   Гораздо труднее быть простым, чем сложным.

   Гораздо труднее быть простым, чем сложным.
10. «

    Высшая мудрость заключается не в самоотречении, а в умении находить удовольствие в самых малых вещах.

    Высшая мудрость заключается не в самоотречении, а в умении находить удовольствие в самых малых вещах.
11. «

    Никогда не ищите удовольствия, но будьте всегда готовы находить во всем удовольствие.

    Никогда не ищите удовольствия, но будьте всегда готовы находить во всем удовольствие.
12. «

    Любой современный студент-живописец знает об искусстве в пятьдесят раз больше, чем Джотто; но это не делает его более великим, чем Джотто.

    Любой современный студент-живописец знает об искусстве в пятьдесят раз больше, чем Джотто; но это не делает его более великим, чем Джотто.

    — Камни Венеции · книга
13. «

    ...умение терпеть неподвижность столь же необходимо для здорового ума, как умение терпеть темноту: а именно, искушенный ум находит удовольствие в непогоде и сумерках, в их приглушенном, загадочном, непостоянном свете, а не только в ярком сиянии солнца, тогда как ум недалёкий пугается теней и непогоды; великий человек готов претерпеть превратности судьбы, чтобы достичь нового величия и славы, человек же заурядный не согласится платить такую цену; сходным образом великий ум готов принимать неподвижность и даже восхищаться ею, тогда как уму заурядному она быстро наскучит, ибо первый более терпелив, более склонен к созерцательности и готов заплатить сполна за будущее счастье узреть перемену. В любом случае любовь к неподвижности не есть свойство благородной природы, равно как любовь к темноте или боли. Однако природа допускает неподвижность и терпит её, даже извлекает из неё удовольствие, необходимое для благополучия мира; ибо те, кто не приемлет временной устойчивости, просто прыгают от одной перемены к другой, утрачивая по ходу остроту восприятия перемен, так что весь их мир постепенно накрывает тень скуки, спасения от которой нет.

    ...умение терпеть неподвижность столь же необходимо для здорового ума, как умение терпеть темноту: а именно, искушенный ум находит удовольствие в непогоде и сумерках, в их приглушенном, загадочном, непостоянном свете, а не только в ярком сиянии солнца, тогда как ум недалёкий пугается теней и непогоды; великий человек готов претерпеть превратности судьбы, чтобы достичь нового величия и славы, человек же заурядный не согласится платить такую цену; сходным образом великий ум готов принимать неподвижность и даже восхищаться ею, тогда как уму заурядному она быстро наскучит, ибо первый более терпелив, более склонен к созерцательности и готов заплатить сполна за будущее счастье узреть перемену. В любом случае любовь к неподвижности не есть свойство благородной природы, равно как любовь к темноте или боли. Однако природа допускает неподвижность и терпит её, даже извлекает из неё удовольствие, необходимое для благополучия мира; ибо те, кто не приемлет временной устойчивости, просто прыгают от одной перемены к другой, утрачивая по ходу остроту восприятия перемен, так что весь их мир постепенно накрывает тень скуки, спасения от которой нет.

    — Камни Венеции · книга
14. «

    ... образование в его глубочайшем смысле служит прежде всего средством не уравнивать, а различать людей.

    ... образование в его глубочайшем смысле служит прежде всего средством не уравнивать, а различать людей.

    — Лекции об искусстве · книга
15. «

    Созданию произведений искусства должен предшествовать надлежащий нравственный уровень; без него не может быть искусства.

    Созданию произведений искусства должен предшествовать надлежащий нравственный уровень; без него не может быть искусства.

    — Лекции об искусстве · книга
16. «

    Благими намерениями вымощена дорога, – вы знаете куда, дети. Не само это место вымощено ими, как часто говорят люди, потому что нельзя вымостить бездонную пропасть, а можно именно дорогу, ведущую к ней.

    Благими намерениями вымощена дорога, – вы знаете куда, дети. Не само это место вымощено ими, как часто говорят люди, потому что нельзя вымостить бездонную пропасть, а можно именно дорогу, ведущую к ней.

    — Этика пыли · книга
17. «

    Не думайте о своих недостатках, а тем более о недостатках других: в каждом человеке ищите доброе и сильное; чтите это добро, радуйтесь, если возможно, подражайте ему – и недостатки ваши отпадут, как облетают сухие листья, когда придёт время.

    Не думайте о своих недостатках, а тем более о недостатках других: в каждом человеке ищите доброе и сильное; чтите это добро, радуйтесь, если возможно, подражайте ему – и недостатки ваши отпадут, как облетают сухие листья, когда придёт время.

    — Этика пыли · книга
18. «

    У великих народов дети всегда стремятся подольше оставаться детьми, а родители стараются поскорее сделать их взрослыми. У народов низших, дети хотят быть большими, а родители стараются как можно дольше оставить их детьми.

    У великих народов дети всегда стремятся подольше оставаться детьми, а родители стараются поскорее сделать их взрослыми. У народов низших, дети хотят быть большими, а родители стараются как можно дольше оставить их детьми.

    — Искусство и действительность · книга
19. «

    ...великий стиль создается только искренними людьми.

    ...великий стиль создается только искренними людьми.

    — Лекции об искусстве · книга
20. «

    Вы не можете допеться и доплясаться до того, чтобы сделаться хорошими людьми; вы должны быть хорошими людьми прежде, чем начнете петь и плясать, и тогда звуки и краски дополнят все лучшее, что в вас есть.

    Вы не можете допеться и доплясаться до того, чтобы сделаться хорошими людьми; вы должны быть хорошими людьми прежде, чем начнете петь и плясать, и тогда звуки и краски дополнят все лучшее, что в вас есть.

    — Искусство и действительность · книга