335 мудрых мыслей Джона Стейнбека

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 335 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Где бы мы ни были — в России, в Москве, на Украине, в Сталинграде, магическое слово «Грузия» возникало постоянно. Люди, которые ни разу там не были и которые, возможно, и не смогли бы туда поехать, говорили о Грузии с восхищением и страстным желанием туда попасть. Они говорили о грузинах как о суперменах, как о знаменитых выпивохах, известных танцорах, прекрасных музыкантах, работниках и любовниках. И говорили они об этом месте на Кавказе у Черного моря просто как о втором рае. Мы стали верить, что большинство русских надеются, что если они проживут всю жизнь в честности и добродетели, то когда умрут, попадут не в рай, а в Грузию — с прекрасным климатом, богатой землей и маленьким собственным океанчиком.

   Где бы мы ни были — в России, в Москве, на Украине, в Сталинграде, магическое слово «Грузия» возникало постоянно. Люди, которые ни разу там не были и которые, возможно, и не смогли бы туда поехать, говорили о Грузии с восхищением и страстным желанием туда попасть. Они говорили о грузинах как о суперменах, как о знаменитых выпивохах, известных танцорах, прекрасных музыкантах, работниках и любовниках. И говорили они об этом месте на Кавказе у Черного моря просто как о втором рае. Мы стали верить, что большинство русских надеются, что если они проживут всю жизнь в честности и добродетели, то когда умрут, попадут не в рай, а в Грузию — с прекрасным климатом, богатой землей и маленьким собственным океанчиком.

   — Русский дневник · книга
2. «

   Качества, которыми мы восхищаемся в человеке, — доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность, — все они обеспечивают неуспех. Те же черты, которые мы считаем гнусными, — лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие, — все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго.

   Качества, которыми мы восхищаемся в человеке, — доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность, — все они обеспечивают неуспех. Те же черты, которые мы считаем гнусными, — лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие, — все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго.

   — Консервный ряд · книга
3. «

   Человек сливается воедино с тем местом, где живет.

   Человек сливается воедино с тем местом, где живет.

   — Гроздья гнева · книга
4. «

   Люди редко интересуются чем-нибудь кроме самих себя.

   Люди редко интересуются чем-нибудь кроме самих себя.

   — Зима тревоги нашей · книга
5. «

   Банк – это нечто другое. Бывает так: людям, каждому порознь, не по душе то, что делает банк, и все‑таки банк делает свое дело. Поверьте мне, банк – это нечто большее, чем люди. Банк – чудовище. Сотворили его люди, но управлять им они не могут.

   Банк – это нечто другое. Бывает так: людям, каждому порознь, не по душе то, что делает банк, и все‑таки банк делает свое дело. Поверьте мне, банк – это нечто большее, чем люди. Банк – чудовище. Сотворили его люди, но управлять им они не могут.

   — Гроздья гнева · книга
6. «

   Я был бы разочарован, если б ты не сделался атеистом, и рад видеть, что, вступивши в возраст и умудрившись, ты вкусил агностицизм, как вкушают сладкий пряник после сытного обеда. Но, понимая всё это, сердечно прошу тебя — не пробуй обращать маму в своё безверие. <...> Её вера величиной с гору, а у тебя, сынок, в руках ещё и лопатки нет.

   Я был бы разочарован, если б ты не сделался атеистом, и рад видеть, что, вступивши в возраст и умудрившись, ты вкусил агностицизм, как вкушают сладкий пряник после сытного обеда. Но, понимая всё это, сердечно прошу тебя — не пробуй обращать маму в своё безверие. <...> Её вера величиной с гору, а у тебя, сынок, в руках ещё и лопатки нет.

   — Самюэл Гамильтон · книга
7. «

   Каждый берет в рассказе что может и тем самым подгоняет его к своей мерке. Одни выхватывают из него куски, отбрасывая остальное, другие пропускают его сквозь сито собственных предрассудков, третьи расцвечивают его своей радостью.

   Каждый берет в рассказе что может и тем самым подгоняет его к своей мерке. Одни выхватывают из него куски, отбрасывая остальное, другие пропускают его сквозь сито собственных предрассудков, третьи расцвечивают его своей радостью.

   — Итен Хоули · книга
8. «

   Те, кто утверждает, будто дети счастливы, успели забыть собственное детство.

   Те, кто утверждает, будто дети счастливы, успели забыть собственное детство.

   — Золотая Чаша · книга
9. «

   Если человек говорит, что не хочет думать о чем-то, значит, он может думать только об этом.

   Если человек говорит, что не хочет думать о чем-то, значит, он может думать только об этом.
10. «

    Тюрьма свое дело делает медленно, да верно, — она сводит человека с ума.

    Тюрьма свое дело делает медленно, да верно, — она сводит человека с ума.

    — Гроздья гнева · книга
11. «

    Скажешь человеку правду, и он тотчас чувствует к тебе антипатию. <...> Док не учился говорить правду, но теперь он знал, что правду любят немногие, что она — опасная возлюбленная.

    Скажешь человеку правду, и он тотчас чувствует к тебе антипатию. <...> Док не учился говорить правду, но теперь он знал, что правду любят немногие, что она — опасная возлюбленная.

    — Док · книга
12. «

    Следующие пять лет Адам занимался привычной армейской рутиной, которую изобрели, чтобы солдаты не сошли с ума. Он начищал до блеска металл и кожу, гарцевал на парадах и учениях, ездил в конном эскорте, присутствовал на церемонии поднятия флага под звуки горна, одним словом, участвовал в представлении, придуманном для людей, которым больше нечем заняться.

    Следующие пять лет Адам занимался привычной армейской рутиной, которую изобрели, чтобы солдаты не сошли с ума. Он начищал до блеска металл и кожу, гарцевал на парадах и учениях, ездил в конном эскорте, присутствовал на церемонии поднятия флага под звуки горна, одним словом, участвовал в представлении, придуманном для людей, которым больше нечем заняться.

    — К востоку от Эдема · книга
13. «

    У человеческого существа есть множество лекарств от душевной боли и от кручины, среди них ярость — не самое последнее.

    У человеческого существа есть множество лекарств от душевной боли и от кручины, среди них ярость — не самое последнее.

    — Благостный четверг · книга
14. «

    Когда два события схожи по характеру. По времени или месту, мы спешим радостно ухватиться за это сходство и усмотреть в нем полное совпадение — отсюда и рождаются мифы, которые мы копим, чтобы потом рассказывать знакомым о чудесах.

    Когда два события схожи по характеру. По времени или месту, мы спешим радостно ухватиться за это сходство и усмотреть в нем полное совпадение — отсюда и рождаются мифы, которые мы копим, чтобы потом рассказывать знакомым о чудесах.

    — К востоку от Эдема · книга
15. «

    Зарождение жемчуга — дело случая, такая находка — редкое счастье, легкое похлопывание по плечу, которым удостаивает человека бог, или боги, или все они вместе.

    Зарождение жемчуга — дело случая, такая находка — редкое счастье, легкое похлопывание по плечу, которым удостаивает человека бог, или боги, или все они вместе.

    — О мышах и людях. Жемчужина · книга
16. «

    «До свидания» звучит нежной грустью и надеждой. «Прощай» — коротко и безвозвратно, в этом слове слышен лязг зубов, достаточно острых, чтобы перекусить тонкую связку между прошлым и будущим.

    «До свидания» звучит нежной грустью и надеждой. «Прощай» — коротко и безвозвратно, в этом слове слышен лязг зубов, достаточно острых, чтобы перекусить тонкую связку между прошлым и будущим.

    — Зима тревоги нашей · книга
17. «

    Мы гордимся тем, что смогли помочь. У людей такая потребность — помогать друг другу.

    Мы гордимся тем, что смогли помочь. У людей такая потребность — помогать друг другу.

    — Гроздья гнева · книга
18. «

    ... Солнце уже взошло и мир сверкал, будто переделанный заново. Миров бывает столько же, сколько обликов у дня, и как у опала сегодня совсем другой цвет и другой огонёк, чем вчера, ибо день дню рознь, так меняюсь и я.

    ... Солнце уже взошло и мир сверкал, будто переделанный заново. Миров бывает столько же, сколько обликов у дня, и как у опала сегодня совсем другой цвет и другой огонёк, чем вчера, ибо день дню рознь, так меняюсь и я.

    — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
19. «

    <...> страх покидал их лица, уступая место злобе. И женщины облегчённо вздыхали, зная, что теперь не страшно — мужчины выдержат; и так будет всегда — до тех пор, пока на смену страху приходит гнев.

    <...> страх покидал их лица, уступая место злобе. И женщины облегчённо вздыхали, зная, что теперь не страшно — мужчины выдержат; и так будет всегда — до тех пор, пока на смену страху приходит гнев.

    — Гроздья гнева · книга
20. «

    Об аде он говорил со знанием дела, и это был не тот розовенький адик, которым довольствуются наши мягкотелые современники, а хорошо отапливаемая, добела раскаленная преисподняя, где котлы шуруют крупные специалисты.

    Об аде он говорил со знанием дела, и это был не тот розовенький адик, которым довольствуются наши мягкотелые современники, а хорошо отапливаемая, добела раскаленная преисподняя, где котлы шуруют крупные специалисты.

    — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга