Что говорил Джон Стейнбек: 93 цитаты

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 93 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Сколько у тебя есть в кармане, на столько у тебя и свободы.

   Сколько у тебя есть в кармане, на столько у тебя и свободы.

   — Гроздья гнева · книга
2. «

   Я все время слушаю. Потому и задумываюсь. Сначала слушаю, что люди говорят, а потом начинаю понимать, что они чувствуют. Я их все время слышу, я их чувствую; люди бьют крыльями, точно птицы, залетевшие на чердак. Кончится тем, что поломают они себе крылья о пыльные стекла, а на волю так и не вырвутся.

   Я все время слушаю. Потому и задумываюсь. Сначала слушаю, что люди говорят, а потом начинаю понимать, что они чувствуют. Я их все время слышу, я их чувствую; люди бьют крыльями, точно птицы, залетевшие на чердак. Кончится тем, что поломают они себе крылья о пыльные стекла, а на волю так и не вырвутся.

   — Гроздья гнева · книга
3. «

   Судят только за неудачу. Преступление, в сущности, лишь тогда становится преступлением, когда преступник попался.

   Судят только за неудачу. Преступление, в сущности, лишь тогда становится преступлением, когда преступник попался.

   — Зима тревоги нашей · книга
4. «

   Итак, во что же я верю? Я верю, что вольный, пытливый разум индивидуума есть величайшая ценность на свете. За что я готов идти в бой? За право разума прокладывать себе дорогу в любом угодном ему направлении, свободно и самостоятельно. Против чего я должен бороться? Против любых идей, религий и правительств, ограничивающих или разрушающих в человеке личность.

   Итак, во что же я верю? Я верю, что вольный, пытливый разум индивидуума есть величайшая ценность на свете. За что я готов идти в бой? За право разума прокладывать себе дорогу в любом угодном ему направлении, свободно и самостоятельно. Против чего я должен бороться? Против любых идей, религий и правительств, ограничивающих или разрушающих в человеке личность.

   — К востоку от Эдема · книга
5. «

   Ты просто маленький мальчик и хочешь луну, чтобы пить из нее, как из золотой чаши. А потому вполне возможно, что ты будешь великим человеком… если, конечно, останешься ребенком. Все великие мира сего были маленькие мальчики, которые хотели взять луну себе, гнались за ней, взбирались все выше и иной раз ловили светляка. Если же мальчик мужает и обретает взрослый ум, то он понимает, что схватить луну не может, а и мог бы, так не захотел бы. И поэтому не поймает и светляка.

   Ты просто маленький мальчик и хочешь луну, чтобы пить из нее, как из золотой чаши. А потому вполне возможно, что ты будешь великим человеком… если, конечно, останешься ребенком. Все великие мира сего были маленькие мальчики, которые хотели взять луну себе, гнались за ней, взбирались все выше и иной раз ловили светляка. Если же мальчик мужает и обретает взрослый ум, то он понимает, что схватить луну не может, а и мог бы, так не захотел бы. И поэтому не поймает и светляка.

   — Золотая Чаша · книга
6. «

   Качества, которыми мы восхищаемся в человеке, — доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность, — все они обеспечивают неуспех. Те же черты, которые мы считаем гнусными, — лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие, — все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго.

   Качества, которыми мы восхищаемся в человеке, — доброта, щедрость, открытость, прямодушие, понимание, чувствительность, — все они обеспечивают неуспех. Те же черты, которые мы считаем гнусными, — лукавство, алчность, жажда наживы, подлость, низость, эгоизм, своекорыстие, — все это, напротив, гарантирует успех. Людей восхищает первый джентльменский набор, но пользоваться они любят плодами второго.

   — Консервный ряд · книга
7. «

   Когда двое встречаются, каждый в чем-то изменяет другого, так что в конце концов перед вами два новых человека.

   Когда двое встречаются, каждый в чем-то изменяет другого, так что в конце концов перед вами два новых человека.

   — Итен Хоули · книга
8. «

   Нет, пока человек умирает, его могут любить, ненавидеть, оплакивать, но стоит ему умереть, и он превращается в главное украшение официального общественного празднества, исполненного всяческих сложных формальностей.

   Нет, пока человек умирает, его могут любить, ненавидеть, оплакивать, но стоит ему умереть, и он превращается в главное украшение официального общественного празднества, исполненного всяческих сложных формальностей.

   — Квартал Тортилья-Флэт · книга
9. «

   Социализм никогда не пустит свои корни в Америке по причине того, что бедные видят себя тут не эксплуатируемым пролетариатом, а временно бедствующими миллионерами.

   Социализм никогда не пустит свои корни в Америке по причине того, что бедные видят себя тут не эксплуатируемым пролетариатом, а временно бедствующими миллионерами.
10. «

    Я думаю, значимость человека в этом мире измеряется числом и природой посетивших его озарений. И хотя в миг озарения человек одинок, именно озарения единят нас с миром. Озарение есть начало всякого творчества, оно наделяет человека индивидуальностью.

    Я думаю, значимость человека в этом мире измеряется числом и природой посетивших его озарений. И хотя в миг озарения человек одинок, именно озарения единят нас с миром. Озарение есть начало всякого творчества, оно наделяет человека индивидуальностью.

    — К востоку от Эдема · книга
11. «

    Два галлона вина — это немалое количество даже для двух пайсано. В духовном отношении эти бутылки можно распределить следующим образом. Чуть пониже горлышка первой бутылки — серьезная, прочувствованная беседа. Двумя дюймами ниже — воспоминания, овеянные приятной грустью. Ещё три дюйма — вздохи о былых счастливых любовях. На донышке — всеобъемлющая абстрактная печаль. Горлышко второй бутылки — чёрная, свирепая тоска. Двумя пальцами ниже — песнь смерти или томления. Большим пальцем ниже — все остальные песни, известные собутыльникам. На этом шкала кончается, ибо тут перекресток и дальнейшие пути неведомы. За этой чертой может произойти всё, что угодно.

    Два галлона вина — это немалое количество даже для двух пайсано. В духовном отношении эти бутылки можно распределить следующим образом. Чуть пониже горлышка первой бутылки — серьезная, прочувствованная беседа. Двумя дюймами ниже — воспоминания, овеянные приятной грустью. Ещё три дюйма — вздохи о былых счастливых любовях. На донышке — всеобъемлющая абстрактная печаль. Горлышко второй бутылки — чёрная, свирепая тоска. Двумя пальцами ниже — песнь смерти или томления. Большим пальцем ниже — все остальные песни, известные собутыльникам. На этом шкала кончается, ибо тут перекресток и дальнейшие пути неведомы. За этой чертой может произойти всё, что угодно.

    — Квартал Тортилья-Флэт · книга
12. «

    Существуют очень убедительные доказательства того, что Бога нет, однако многие всё равно верят, что он есть, и их вера сильнее любых доказательств.

    Существуют очень убедительные доказательства того, что Бога нет, однако многие всё равно верят, что он есть, и их вера сильнее любых доказательств.

    — Адам · книга
13. «

    В Китае, говорили мне, существовал неписанный закон, по которому человек, спасший другого человека, отвечал за его жизнь до самого ее конца. Ибо, вмешавшись в решение судьбы, спаситель уже не мог уйти от легшей на него ответственности за это.

    В Китае, говорили мне, существовал неписанный закон, по которому человек, спасший другого человека, отвечал за его жизнь до самого ее конца. Ибо, вмешавшись в решение судьбы, спаситель уже не мог уйти от легшей на него ответственности за это.

    — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
14. «

    Есть ли подушка лучше чистой совести?

    Есть ли подушка лучше чистой совести?

    — Квартал Тортилья-Флэт · книга
15. «

    Говорят, большинство людей на девяносто процентов живет в прошлом, на семь в настоящем, и, значит, для будущего остается только три процента.

    Говорят, большинство людей на девяносто процентов живет в прошлом, на семь в настоящем, и, значит, для будущего остается только три процента.

    — Итен Хоули · книга
16. «

    Потребность рождает идею, идея рождает действие.

    Потребность рождает идею, идея рождает действие.

    — Гроздья гнева · книга
17. «

    Нет ничего приятнее на свете, чем сознавать свою нужность. Другое дело, когда работа бесцельная — вот тогда человек всякую уверенность в себе потеряет.

    Нет ничего приятнее на свете, чем сознавать свою нужность. Другое дело, когда работа бесцельная — вот тогда человек всякую уверенность в себе потеряет.

    — И проиграли бой · книга
18. «

    Итак, ты — расчудесная. Но учти — всем на тебя наплевать. Никто про тебя не думает, все заняты собой. Как же сделать, чтоб тебя заметили?... Запомни: хочешь обратить на себя внимание, заговори с человеком о нем самом — проверенный способ! Видишь в нем что-то хорошее, красивое, умелое — скажи ему об этом. Однако льстить и притворяться не стоит... <...> Итак, человек обратил на тебя внимание; и он тут же захочет что-нибудь для тебя сделать. И ради бога, пусть делает. Не гордись: мол, ничего мне ни от кого не нужно, — так только дураки говорят... Потому что для человека в жизни самая большая отрада — дать что-то другому и знать, что дар твой — нужен. Не думай, это не чушь. Это ещё как работает! Попробуй, сама увидишь...

    Итак, ты — расчудесная. Но учти — всем на тебя наплевать. Никто про тебя не думает, все заняты собой. Как же сделать, чтоб тебя заметили?... Запомни: хочешь обратить на себя внимание, заговори с человеком о нем самом — проверенный способ! Видишь в нем что-то хорошее, красивое, умелое — скажи ему об этом. Однако льстить и притворяться не стоит... <...> Итак, человек обратил на тебя внимание; и он тут же захочет что-нибудь для тебя сделать. И ради бога, пусть делает. Не гордись: мол, ничего мне ни от кого не нужно, — так только дураки говорят... Потому что для человека в жизни самая большая отрада — дать что-то другому и знать, что дар твой — нужен. Не думай, это не чушь. Это ещё как работает! Попробуй, сама увидишь...

    — Благостный четверг · книга
19. «

    Банк – это нечто другое. Бывает так: людям, каждому порознь, не по душе то, что делает банк, и все‑таки банк делает свое дело. Поверьте мне, банк – это нечто большее, чем люди. Банк – чудовище. Сотворили его люди, но управлять им они не могут.

    Банк – это нечто другое. Бывает так: людям, каждому порознь, не по душе то, что делает банк, и все‑таки банк делает свое дело. Поверьте мне, банк – это нечто большее, чем люди. Банк – чудовище. Сотворили его люди, но управлять им они не могут.

    — Гроздья гнева · книга
20. «

    Слишком часто шёлковые чулки, которые мы дарим женщинам, связывают нас по рукам и ногам.

    Слишком часто шёлковые чулки, которые мы дарим женщинам, связывают нас по рукам и ногам.

    — Дэнни · книга