99 лучших фраз Джона Стейнбека

Джон Стейнбек — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 99 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Солнечное утро — это время тихой радости. <...> Эти часы — не для спешки, не для суеты. Утро — время неторопливых, глубоких, золотых мыслей.

   Солнечное утро — это время тихой радости. <...> Эти часы — не для спешки, не для суеты. Утро — время неторопливых, глубоких, золотых мыслей.

   — Квартал Тортилья-Флэт · книга
2. «

   А ты слыхал о тех, кто предлагает себя на серебряном блюде и не находит охотников? Это значит — ни чести, ни денег.

   А ты слыхал о тех, кто предлагает себя на серебряном блюде и не находит охотников? Это значит — ни чести, ни денег.

   — Зима тревоги нашей · книга
3. «

   Дети, как правило ненавидят чем-то выделяться. Им хочется выглядеть, говорить, одеваться и вести себя в точности, как все остальные. Если в детской среде моден какой-нибудь несусветно глупый наряд, ребенок, у которого нет этой глупости, безутешен.

   Дети, как правило ненавидят чем-то выделяться. Им хочется выглядеть, говорить, одеваться и вести себя в точности, как все остальные. Если в детской среде моден какой-нибудь несусветно глупый наряд, ребенок, у которого нет этой глупости, безутешен.

   — К востоку от Эдема · книга
4. «

   Какой мужчина в здравом уме станет жениться? Однако женятся.

   Какой мужчина в здравом уме станет жениться? Однако женятся.

   — Фауна · книга
5. «

   Когда дело касается денег, для обычных правил поведения наступают каникулы.

   Когда дело касается денег, для обычных правил поведения наступают каникулы.

   — Зима тревоги нашей · книга
6. «

   <...> в глазах голодных зреет гнев. В душах людей наливаются и зреют гроздья гнева — тяжёлые гроздья, и дозревать им теперь уже недолго.

   <...> в глазах голодных зреет гнев. В душах людей наливаются и зреют гроздья гнева — тяжёлые гроздья, и дозревать им теперь уже недолго.

   — Гроздья гнева · книга
7. «

   Постарайся понять одну простую вещь: что бы ни происходило, всё не так страшно и не так радостно, как кажется.

   Постарайся понять одну простую вещь: что бы ни происходило, всё не так страшно и не так радостно, как кажется.

   — К востоку от Эдема · книга
8. «

   Грехи есть у всех. Что кажется нам грехом? То, в чем мы не чувствуем уверенности. А тех, кто во всем уверен и не знает за собой никаких грехов, — тех сволочей я, на месте бога, гнал бы пинком в зад из царства небесного. Видеть их не могу.

   Грехи есть у всех. Что кажется нам грехом? То, в чем мы не чувствуем уверенности. А тех, кто во всем уверен и не знает за собой никаких грехов, — тех сволочей я, на месте бога, гнал бы пинком в зад из царства небесного. Видеть их не могу.

   — Гроздья гнева · книга
9. «

   Когда животное заболевает, чувствуешь себя совершенно беспомощным. Оно не может рассказать о своих ощущениях, но, с другой стороны, и лгать не умеет и не будет нагромождать симптомы болезни или предаваться утехам ипохондрии.

   Когда животное заболевает, чувствуешь себя совершенно беспомощным. Оно не может рассказать о своих ощущениях, но, с другой стороны, и лгать не умеет и не будет нагромождать симптомы болезни или предаваться утехам ипохондрии.

   — Путешествие с Чарли в поисках Америки · книга
10. «

    Немного надежды, пусть даже безнадежной надежды, никому не может повредить.

    Немного надежды, пусть даже безнадежной надежды, никому не может повредить.

    — Зима тревоги нашей · книга
11. «

    Долину покрывал толстый плодородный слой почвы. Достаточно было одной богатой дождями зимы, и земля взрывалась травами и цветами. Весенние цветы в такие годы были неправдоподобно красивы. Всю долину и холмы предгорий устилали ковры из люпинов и маков. Когда-то одна женщина объяснила мне, что, если добавить в букет несколько белых цветов, соседние цветы покажутся ярче, их краски станут определённее. У синего люпина каждый лепесток оторочен белым, и оттого поля люпинов — это такая синь, что невозможно себе представить. Среди этого синего моря брызгами рассыпались островки калифорнийских маков. Маки тоже обжигали глаз яростью: и не оранжевые, и не красные... такой цвет, наверно, был бы у сливок, снятых с чистого золота, будь оно жидкостью, наделённой свойствами молока.

    Долину покрывал толстый плодородный слой почвы. Достаточно было одной богатой дождями зимы, и земля взрывалась травами и цветами. Весенние цветы в такие годы были неправдоподобно красивы. Всю долину и холмы предгорий устилали ковры из люпинов и маков. Когда-то одна женщина объяснила мне, что, если добавить в букет несколько белых цветов, соседние цветы покажутся ярче, их краски станут определённее. У синего люпина каждый лепесток оторочен белым, и оттого поля люпинов — это такая синь, что невозможно себе представить. Среди этого синего моря брызгами рассыпались островки калифорнийских маков. Маки тоже обжигали глаз яростью: и не оранжевые, и не красные... такой цвет, наверно, был бы у сливок, снятых с чистого золота, будь оно жидкостью, наделённой свойствами молока.

    — К востоку от Эдема · книга
12. «

    У нас люди редко друг друга держатся. Не знаю почему. Может, в этом проклятом мире все боятся друг друга.

    У нас люди редко друг друга держатся. Не знаю почему. Может, в этом проклятом мире все боятся друг друга.

    — Рослый · книга
13. «

    Мужчина — это такой зверь, что сам капкан насторожит, сам приманку положит, да сам в него и попадёт.

    Мужчина — это такой зверь, что сам капкан насторожит, сам приманку положит, да сам в него и попадёт.

    — Благостный четверг · книга
14. «

    Судят только за неудачу. Преступление, в сущности, лишь тогда становится преступлением, когда преступник попался.

    Судят только за неудачу. Преступление, в сущности, лишь тогда становится преступлением, когда преступник попался.

    — Зима тревоги нашей · книга
15. «

    Видывал я этот собачий взгляд — мимолётное выражение изумлённого презрения — и уверен, что с её точки зрения все люди, за исключением её хозяев, — абсолютно никчемные создания.

    Видывал я этот собачий взгляд — мимолётное выражение изумлённого презрения — и уверен, что с её точки зрения все люди, за исключением её хозяев, — абсолютно никчемные создания.
16. «

    Внезапно он понял, что радость и грусть — части единого целого. Храбрость и страх — тоже неразрывны.

    Внезапно он понял, что радость и грусть — части единого целого. Храбрость и страх — тоже неразрывны.

    — Адам Траск · книга
17. «

    Я понимаю, почему система, построенная по шаблону, стремится сокрушить свободный разум — потому что только он способен сокрушить такую систему, постигнув её суть.

    Я понимаю, почему система, построенная по шаблону, стремится сокрушить свободный разум — потому что только он способен сокрушить такую систему, постигнув её суть.

    — К востоку от Эдема · книга
18. «

    Немножко любви — это как немножко вина. Но от их избытка человек может заболеть.

    Немножко любви — это как немножко вина. Но от их избытка человек может заболеть.

    — Пабло · книга
19. «

    В гражданской жизни человека наказывают за то, что он делает; однако военные уставы добавляют к этому совершенно новый принцип — они наказывают человека и за то, чего он не делает.

    В гражданской жизни человека наказывают за то, что он делает; однако военные уставы добавляют к этому совершенно новый принцип — они наказывают человека и за то, чего он не делает.

    — Квартал Тортилья-Флэт · книга
20. «

    Кошки увесистыми каплями падают с заборов и текут по земле, как густой сироп, вынюхивая рыбные головы.

    Кошки увесистыми каплями падают с заборов и текут по земле, как густой сироп, вынюхивая рыбные головы.

    — Консервный ряд · книга