Джордж Манн — 61 цитата с глубоким смыслом

Джордж Манн — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 61 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Немного грубости пошло бы ему только на пользу. А много грубости, пожалуй, было бы еще лучше.

   Немного грубости пошло бы ему только на пользу. А много грубости, пожалуй, было бы еще лучше.

   — Доктор · книга
2. «

   — Когда ты говорил, что это место слегка запущено, полагаю, ты имел в виду не огромную дыру в стене? — Нет, – с недоумением ответил Теол. – Только протекающую крышу. И то, что дом плохо держит тепло. — Ага, – сказал Доктор. – Подозреваю, теперь он будет держать его хуже. И протекает уже не только крыша.

   — Когда ты говорил, что это место слегка запущено, полагаю, ты имел в виду не огромную дыру в стене? — Нет, – с недоумением ответил Теол. – Только протекающую крышу. И то, что дом плохо держит тепло. — Ага, – сказал Доктор. – Подозреваю, теперь он будет держать его хуже. И протекает уже не только крыша.

   — Джастин Ричардс · книга
3. «

   — Лорду Рассилону это не понравится, – сказал Карлакс. — Нет, – ответил Доктор. – Но мне, к примеру, не слишком нравишься ты. Я же как-то с этим справляюсь.

   — Лорду Рассилону это не понравится, – сказал Карлакс. — Нет, – ответил Доктор. – Но мне, к примеру, не слишком нравишься ты. Я же как-то с этим справляюсь.

   — Доктор · книга
4. «

   Он с вызовом посмотрел на Око. Война длилась слишком долго. Она унесла слишком много жизней. Он не мог смириться с тем, во что превратился его собственный народ. Война изменила их. Стремление выжить любой ценой, высокомерие и вера в собственную непогрешимость привели Повелителей времени на темный путь. В какой-то момент они перестали ценить то, что должны были хранить, как святыню. Вместо того чтобы вести юные расы в будущее, они с легкостью жертвовали чужими жизнями, обрекая целые миры на забвение.

   Он с вызовом посмотрел на Око. Война длилась слишком долго. Она унесла слишком много жизней. Он не мог смириться с тем, во что превратился его собственный народ. Война изменила их. Стремление выжить любой ценой, высокомерие и вера в собственную непогрешимость привели Повелителей времени на темный путь. В какой-то момент они перестали ценить то, что должны были хранить, как святыню. Вместо того чтобы вести юные расы в будущее, они с легкостью жертвовали чужими жизнями, обрекая целые миры на забвение.

   — Доктор Кто. Механизмы войны · книга
5. «

   В одном Доктор не ошибся, и тут Карлакс был с ним согласен – они все были лицемерами. Они могли принимать важные решения и пожинать их плоды до тех пор, пока им не приходилось столкнуться с последствиями лицом к лицу. Карлакс видел, что у Смотрителя просыпается совесть, что он утратил беспристрастность, необходимую для должного выполнения своих обязанностей, о чем не замедлил нашептать Рассилону. Инцидент с человеческой девушкой говорил сам за себя. Карлакс подозревал, что к исчезновению Доктора Смотритель тоже причастен.

   В одном Доктор не ошибся, и тут Карлакс был с ним согласен – они все были лицемерами. Они могли принимать важные решения и пожинать их плоды до тех пор, пока им не приходилось столкнуться с последствиями лицом к лицу. Карлакс видел, что у Смотрителя просыпается совесть, что он утратил беспристрастность, необходимую для должного выполнения своих обязанностей, о чем не замедлил нашептать Рассилону. Инцидент с человеческой девушкой говорил сам за себя. Карлакс подозревал, что к исчезновению Доктора Смотритель тоже причастен.

   — Доктор Кто. Механизмы войны · книга
6. «

   — Вы все сошли с ума, – произнес он негодующим тоном. – Забыли, кто вы есть. Отчаялись, позволили войне ослепить вас. Посмотрите на себя: закутались в вычурные мантии и делаете вид, будто знаете, что творится вокруг. Твердите себе, какие вы важные и нужные. Что ж, давайте я расскажу вам, как оно есть на самом деле: вы заблуждаетесь! И сейчас вы делаете ошибку.

   — Вы все сошли с ума, – произнес он негодующим тоном. – Забыли, кто вы есть. Отчаялись, позволили войне ослепить вас. Посмотрите на себя: закутались в вычурные мантии и делаете вид, будто знаете, что творится вокруг. Твердите себе, какие вы важные и нужные. Что ж, давайте я расскажу вам, как оно есть на самом деле: вы заблуждаетесь! И сейчас вы делаете ошибку.

   — Доктор · книга
7. «

   — Доктор? – обратился к нему Рассилон. – Ты хочешь что-то добавить? — Я остановлю вас, – ответил Доктор. – Пойми, Рассилон. Я не дам вам уничтожить Око Слезой Иши, не позволю. — Ты не позволишь? – переспросил Рассилон скептически. – Ты отказываешься подчиниться решению Верховного Совета и Лорда-Президента? — Я еще и не такое делал, – ответил Доктор. – Не вижу в этом большой беды.

   — Доктор? – обратился к нему Рассилон. – Ты хочешь что-то добавить? — Я остановлю вас, – ответил Доктор. – Пойми, Рассилон. Я не дам вам уничтожить Око Слезой Иши, не позволю. — Ты не позволишь? – переспросил Рассилон скептически. – Ты отказываешься подчиниться решению Верховного Совета и Лорда-Президента? — Я еще и не такое делал, – ответил Доктор. – Не вижу в этом большой беды.

   — Доктор · книга
8. «

   — Зачем вам так нужен ваш корабль? — Оборудование ТАРДИС даст мне понять размер проблемы, с которой мы столкнулись, осознать, насколько велик рифт, — сказал Доктор. — И оттуда я смогу закрыть его, но первым нам нужно сделать кое-что еще… — Позавтракать?

   — Зачем вам так нужен ваш корабль? — Оборудование ТАРДИС даст мне понять размер проблемы, с которой мы столкнулись, осознать, насколько велик рифт, — сказал Доктор. — И оттуда я смогу закрыть его, но первым нам нужно сделать кое-что еще… — Позавтракать?

   — Доктор · книга
9. «

   Доктор не сомневался, что со временем память вернется к людям. Продолжающаяся в небе над их головами война не даст ничего забыть. Что бы ни сделал Боруса, ужасы, которые им пришлось пережить, рано или поздно напомнят о себе. И тогда эти люди разделят общую скорбь. Но пока что они будут заняты возвращением к обычной жизни.

   Доктор не сомневался, что со временем память вернется к людям. Продолжающаяся в небе над их головами война не даст ничего забыть. Что бы ни сделал Боруса, ужасы, которые им пришлось пережить, рано или поздно напомнят о себе. И тогда эти люди разделят общую скорбь. Но пока что они будут заняты возвращением к обычной жизни.

   — Доктор Кто. Механизмы войны · книга
10. «

    — Доктор, – прошептал он, прежде чем осознал, что говорит, – мы в безопасности? Оно исчезло? — Да, – успокаивающе сказал Доктор и похлопал его по руке. – Исчезло. — Навечно? – спросил Алиганза. Доктор ответил не сразу. Он склонил голову набок. — Ах, – пробормотал он, и на его морщинистом лице появилась слабая улыбка. – Кто знает? Вечность – это очень долго.

    — Доктор, – прошептал он, прежде чем осознал, что говорит, – мы в безопасности? Оно исчезло? — Да, – успокаивающе сказал Доктор и похлопал его по руке. – Исчезло. — Навечно? – спросил Алиганза. Доктор ответил не сразу. Он склонил голову набок. — Ах, – пробормотал он, и на его морщинистом лице появилась слабая улыбка. – Кто знает? Вечность – это очень долго.

    — Джастин Ричардс · книга
11. «

    — В ловушке в запертом куполе в оранжерее, полной деревьев, желающих меня съесть. Это наверняка наказание за все те яблоки, что я съел в своей жизни. — Они хотят нас съесть?! – воскликнул Теол, борясь с поднимающейся волной паники. — Ну, это с какой стороны посмотреть, – сказал Доктор. – Однако не думаю, что стоит выяснять

    — В ловушке в запертом куполе в оранжерее, полной деревьев, желающих меня съесть. Это наверняка наказание за все те яблоки, что я съел в своей жизни. — Они хотят нас съесть?! – воскликнул Теол, борясь с поднимающейся волной паники. — Ну, это с какой стороны посмотреть, – сказал Доктор. – Однако не думаю, что стоит выяснять

    — Джастин Ричардс · книга
12. «

    Время можно переписать, а порядок легко обратить в хаос.

    Время можно переписать, а порядок легко обратить в хаос.

    — Доктор · книга
13. «

    Как и было предсказано, все армии Вселенной собрались у Трензалора. Лишь одно стояло между планетой и ее уничтожением — Доктор. Лишь одно стояло между Доктором и новой Великой Войной Времени — его имя. Девятьсот лет он защищал от тех, кто хотел их уничтожить. За технологическим барьером, который поддерживала Церковь Папского Мейнфрейма, в самом сердце Поля Истины, у трещины между этой и другой Вселенной, Доктор твердо стоял на грани, разделяющей жизнь и смерть. Он не знал, как долго сможет поддерживать мир. Не знал, какое существо следующим появится из снежной ночи, чтобы навредить ему. Он знал лишь, что на Трензалоре его ждет смерть.

    Как и было предсказано, все армии Вселенной собрались у Трензалора. Лишь одно стояло между планетой и ее уничтожением — Доктор. Лишь одно стояло между Доктором и новой Великой Войной Времени — его имя. Девятьсот лет он защищал от тех, кто хотел их уничтожить. За технологическим барьером, который поддерживала Церковь Папского Мейнфрейма, в самом сердце Поля Истины, у трещины между этой и другой Вселенной, Доктор твердо стоял на грани, разделяющей жизнь и смерть. Он не знал, как долго сможет поддерживать мир. Не знал, какое существо следующим появится из снежной ночи, чтобы навредить ему. Он знал лишь, что на Трензалоре его ждет смерть.

    — Джастин Ричардс · книга
14. «

    — Никто ничего не заподозрит. — Кроме тебя, – сказал Маттиас. — Исключения есть всегда. Я сам – одно сплошное исключение.

    — Никто ничего не заподозрит. — Кроме тебя, – сказал Маттиас. — Исключения есть всегда. Я сам – одно сплошное исключение.

    — Джастин Ричардс · книга
15. «

    Чем проще план, тем он лучше, а их план был изящен в своей простоте. Нет ничего, что могло бы пойти не так.

    Чем проще план, тем он лучше, а их план был изящен в своей простоте. Нет ничего, что могло бы пойти не так.

    — Джастин Ричардс · книга
16. «

    — Тебе нравятся музеи, верно, Доктор? Это шанс увидеть что-то новое. — Что-то старое, — поправил ее Рори. — Ты хотела сказать про что-то старое.

    — Тебе нравятся музеи, верно, Доктор? Это шанс увидеть что-то новое. — Что-то старое, — поправил ее Рори. — Ты хотела сказать про что-то старое.

    — Эми Понд · книга
17. «

    — Он всегда был сентиментальным глупцом, – ответил Карлакс. – И никогда не понимал, в какой момент преимущество оказывается на его стороне.

    — Он всегда был сентиментальным глупцом, – ответил Карлакс. – И никогда не понимал, в какой момент преимущество оказывается на его стороне.

    — Карлакс · книга
18. «

    Разум — очень сильная вещь.

    Разум — очень сильная вещь.

    — Джастин Ричардс · книга
19. «

    Тяжелые времена требуют смелых решений.

    Тяжелые времена требуют смелых решений.

    — Зола · книга
20. «

    Зола поворошила носком обуви грязь под ногами. – Все эти чудеса, о которых ты говорил, все эти миры – вы их все уничтожите. Я ведь права? Каждый уголок Вселенной. Когда вы остановитесь, ничего не останется. – Нет, если мне удастся помочь, – сказал Доктор. – Именно поэтому я здесь, Зола. Это я и хочу предотвратить, и потому мне так важно выяснить, что далеки делают на Молдоксе. Она кивнула. Могла ли она на самом деле доверять этому человеку – этому Повелителю времени? В нем было что-то… необычное. В его компании она впервые за долгие годы почувствовала, что весь этот ад может закончиться, что надежда есть. Это было абсолютно новое для нее чувство, и она не была готова с легкостью его принять.

    Зола поворошила носком обуви грязь под ногами. – Все эти чудеса, о которых ты говорил, все эти миры – вы их все уничтожите. Я ведь права? Каждый уголок Вселенной. Когда вы остановитесь, ничего не останется. – Нет, если мне удастся помочь, – сказал Доктор. – Именно поэтому я здесь, Зола. Это я и хочу предотвратить, и потому мне так важно выяснить, что далеки делают на Молдоксе. Она кивнула. Могла ли она на самом деле доверять этому человеку – этому Повелителю времени? В нем было что-то… необычное. В его компании она впервые за долгие годы почувствовала, что весь этот ад может закончиться, что надежда есть. Это было абсолютно новое для нее чувство, и она не была готова с легкостью его принять.

    — Доктор · книга