181 коротких цитата Джорджа Мартина

Ниже 181 цитата Джорджа Мартина — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Тирион понял, что борьба рыцаря закончилась, когда он услышал, что его королева вышла замуж. Одно слово, произнесённое шепотом, сделало то, чего не смогли добиться все кулаки, хлысты и дубины – оно сломало его.

   Тирион понял, что борьба рыцаря закончилась, когда он услышал, что его королева вышла замуж. Одно слово, произнесённое шепотом, сделало то, чего не смогли добиться все кулаки, хлысты и дубины – оно сломало его.

   — Танец с драконами · книга
2. «

   Милосердие лучше всего, когда имеешь дело с благородным врагом. Когда проигравший знает, что он может быть прощен, то может сложить меч и преклонить колено. В противном случае он будет драться насмерть и убьет больше верных людей и невинных.

   Милосердие лучше всего, когда имеешь дело с благородным врагом. Когда проигравший знает, что он может быть прощен, то может сложить меч и преклонить колено. В противном случае он будет драться насмерть и убьет больше верных людей и невинных.

   — Бейелор Таргариен · книга
3. «

   Что бы я ни писал, в истории всегда найдется пример столь же отвратительный или даже хуже.

   Что бы я ни писал, в истории всегда найдется пример столь же отвратительный или даже хуже.
4. «

   Всякая хорошая ложь должна содержать в себе крупицу правды.

   Всякая хорошая ложь должна содержать в себе крупицу правды.

   — Джордж Р.Р. Мартин · книга
5. «

   Лёд убивает не хуже, чем огонь.

   Лёд убивает не хуже, чем огонь.

   — Джордж Р.Р. Мартин · книга
6. «

   Для таких, как мы, никогда не настанет зима. Если мы падем в битве, о нас будут петь, а в песнях всегда стоит лето. В песнях все рыцари благородны, все девы прекрасны и солнце никогда не заходит.

   Для таких, как мы, никогда не настанет зима. Если мы падем в битве, о нас будут петь, а в песнях всегда стоит лето. В песнях все рыцари благородны, все девы прекрасны и солнце никогда не заходит.

   — Джордж Р.Р. Мартин · книга
7. «

   Мы должны запоминать хорошие и благородные события и прощать людей, когда они оступаются, прощать моменты эгоизма, потому что мы все этим грешим. Когда мы прощаем других людей, мы, по сути, прощаем себя. Искупление должно быть возможным.

   Мы должны запоминать хорошие и благородные события и прощать людей, когда они оступаются, прощать моменты эгоизма, потому что мы все этим грешим. Когда мы прощаем других людей, мы, по сути, прощаем себя. Искупление должно быть возможным.
8. «

   Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.

   Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.

   — Джордж Р.Р. Мартин · книга
9. «

   Ты должен бояться его недомолвок, а не слов.

   Ты должен бояться его недомолвок, а не слов.

   — Мелисандра · книга
10. «

    Люди всегда требуют правды, но она редко приходится им по вкусу.

    Люди всегда требуют правды, но она редко приходится им по вкусу.

    — Джордж Р.Р. Мартин · книга
11. «

    В каждом благородном доме есть собственное речение: фамильные девизы, критерии, молитвы; одни хвастали честью и славой, другие обещали верность и правду, третьи присягали в вере и отваге. Все, кроме Старков. Зима близко, сулили они.

    В каждом благородном доме есть собственное речение: фамильные девизы, критерии, молитвы; одни хвастали честью и славой, другие обещали верность и правду, третьи присягали в вере и отваге. Все, кроме Старков. Зима близко, сулили они.

    — Джордж Р.Р. Мартин · книга
12. «

    Победа — лучшее лекарство от поражения.

    Победа — лучшее лекарство от поражения.

    — Джордж Р.Р. Мартин · книга
13. «

    Из тонкой улыбки собеседник может извлечь все, что ему угодно.

    Из тонкой улыбки собеседник может извлечь все, что ему угодно.

    — Джордж Р.Р. Мартин · книга
14. «

    — А когда я стану вольным, — спросил ее Джон, — буду я волен уйти? — Ясное дело. А мы будем вольны тебя убить.

    — А когда я стану вольным, — спросил ее Джон, — буду я волен уйти? — Ясное дело. А мы будем вольны тебя убить.

    — Джордж Р.Р. Мартин · книга
15. «

    Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.

    Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.

    — Джордж Р.Р. Мартин · книга
16. «

    – Я не знаю, почему ты это сделал, – сказал Сэм. – Но я понимаю, что это сделал ты… – Он застенчиво отвернулся. – У меня никогда ещё не было друга. – Мы не друзья, – улыбнулся Джон, опуская ладонь на широкое плечо Сэма. – Мы братья!

    – Я не знаю, почему ты это сделал, – сказал Сэм. – Но я понимаю, что это сделал ты… – Он застенчиво отвернулся. – У меня никогда ещё не было друга. – Мы не друзья, – улыбнулся Джон, опуская ладонь на широкое плечо Сэма. – Мы братья!

    — Джордж Р.Р. Мартин · книга
17. «

    Утонувший Бог не ответил ей. Он редко отвечал. В этом состоит трудность общения с богами.

    Утонувший Бог не ответил ей. Он редко отвечал. В этом состоит трудность общения с богами.

    — Танец с драконами · книга
18. «

    Мир – это одна большая паутина, и никто не может прикоснуться к одной нити, не потревожив остальные.

    Мир – это одна большая паутина, и никто не может прикоснуться к одной нити, не потревожив остальные.

    — Иллирио · книга
19. «

    Однажды эти лорды увидят в тебе своего сюзерена. И если я отправлю тебя сейчас домой — словно ребёнка в постель без ужина, — они запомнят это и только посмеются за своими кубками. А потом придёт тот день, когда потребуется тебе, чтобы они уважали или даже боялись тебя. Но смех убивает страх.

    Однажды эти лорды увидят в тебе своего сюзерена. И если я отправлю тебя сейчас домой — словно ребёнка в постель без ужина, — они запомнят это и только посмеются за своими кубками. А потом придёт тот день, когда потребуется тебе, чтобы они уважали или даже боялись тебя. Но смех убивает страх.

    — Джордж Р.Р. Мартин · книга
20. «

    Руины всегда навевают грусть, но ещё грустнее, когда знаешь, чем они были раньше.

    Руины всегда навевают грусть, но ещё грустнее, когда знаешь, чем они были раньше.

    — Тирион Ланнистер · книга