453 цитаты Джорджа Р.Р. Мартина для поста и дневника

Подборка из 453 цитаты Джорджа Р.Р. Мартина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Милорд Ланнистер? — возопил он. — Я буду рад развлечь вас за едой. Позвольте мне спеть о великой победе вашего отца у Королевской Гавани. — Ничто не может с такой надежностью погубить мой ужин, — сухо проговорил карлик.

   — Милорд Ланнистер? — возопил он. — Я буду рад развлечь вас за едой. Позвольте мне спеть о великой победе вашего отца у Королевской Гавани. — Ничто не может с такой надежностью погубить мой ужин, — сухо проговорил карлик.

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   Если он должен всегда быть один, значит, одиночество должно сделаться его бронёй.

   Если он должен всегда быть один, значит, одиночество должно сделаться его бронёй.

   — Джордж Мартин · книга
3. «

   Туго набитый кошель может обеспечить молчание на какое-то время, но хорошо направленная стрела обеспечивает его навеки.

   Туго набитый кошель может обеспечить молчание на какое-то время, но хорошо направленная стрела обеспечивает его навеки.

   — Джордж Мартин · книга
4. «

   У вепря есть клыки, у медведя — когти, но опаснее гусиного серого пера ничего нет.

   У вепря есть клыки, у медведя — когти, но опаснее гусиного серого пера ничего нет.

   — Джордж Мартин · книга
5. «

   Зимы здесь суровы, — согласился Нед. — Но Старки живут. Нам зимовать не впервой.

   Зимы здесь суровы, — согласился Нед. — Но Старки живут. Нам зимовать не впервой.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   Улыбайся, пока жив — ведь мёртвым это не дано.

   Улыбайся, пока жив — ведь мёртвым это не дано.

   — Джордж Мартин · книга
7. «

   Ты не чувствуешь ни ран, ни ноющей от доспехов спины, ни пота, льющегося тебе в глаза. Ты перестаешь чувствовать, перестаешь думать, перестаешь быть собой, остается только бой и враг – один, другой, третий, десятый, и ты знаешь, что не подвластен усталости и страху в отличие от них. Ты жив! Вокруг тебя смерть, но они так медленно поворачиваются со своими мечами – ты танцуешь среди них, смеясь.

   Ты не чувствуешь ни ран, ни ноющей от доспехов спины, ни пота, льющегося тебе в глаза. Ты перестаешь чувствовать, перестаешь думать, перестаешь быть собой, остается только бой и враг – один, другой, третий, десятый, и ты знаешь, что не подвластен усталости и страху в отличие от них. Ты жив! Вокруг тебя смерть, но они так медленно поворачиваются со своими мечами – ты танцуешь среди них, смеясь.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   Чересчур честные, чтобы жить, чересчур благородные, чтобы врать.

   Чересчур честные, чтобы жить, чересчур благородные, чтобы врать.

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   — Мой добрый друг, как прекрасно, что вам сегодня лучше! — Да, — согласился сир Родрик, — мне уже второй день не хочется умирать.

   — Мой добрый друг, как прекрасно, что вам сегодня лучше! — Да, — согласился сир Родрик, — мне уже второй день не хочется умирать.

   — Джордж Мартин · книга
10. «

    — В настоящий момент мне трудно представить себе человека, в чьем обществе я нуждался бы меньше, чем в вашем. — Вы не правы. Хорошенько подумав, вы, бесспорно, найдете еще несколько имен. Скажем, Вариса, или Серсеи, или самого Роберта.

    — В настоящий момент мне трудно представить себе человека, в чьем обществе я нуждался бы меньше, чем в вашем. — Вы не правы. Хорошенько подумав, вы, бесспорно, найдете еще несколько имен. Скажем, Вариса, или Серсеи, или самого Роберта.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    — Сестра твоя боится, девочка, и более всего она боится Ланнистеров. Она тайком бежала в долину из Красного замка, подобно ночному татю, лишь для того, чтобы выхватить своего сына из львиной пасти… а теперь ты привозишь льва прямо к ее порогу. — В цепях, — проговорила Кейтилин. Справа разверзалось ущелье, исчезавшее во мраке. Кейтилин подобрала поводья и придержала коня. — О! — Дядя ее оглянулся назад, где Тирион Ланнистер неторопливо спускался, следуя за ними. — Я вижу топор на седле, кинжал за поясом и наемника, который жмется к нему, как голодная тень. Где же ты увидела цепь, моя милая?

    — Сестра твоя боится, девочка, и более всего она боится Ланнистеров. Она тайком бежала в долину из Красного замка, подобно ночному татю, лишь для того, чтобы выхватить своего сына из львиной пасти… а теперь ты привозишь льва прямо к ее порогу. — В цепях, — проговорила Кейтилин. Справа разверзалось ущелье, исчезавшее во мраке. Кейтилин подобрала поводья и придержала коня. — О! — Дядя ее оглянулся назад, где Тирион Ланнистер неторопливо спускался, следуя за ними. — Я вижу топор на седле, кинжал за поясом и наемника, который жмется к нему, как голодная тень. Где же ты увидела цепь, моя милая?

    — Джордж Мартин · книга
12. «

    Ты никогда не убивал женщин? Мы умираем так же, как и мужчины.

    Ты никогда не убивал женщин? Мы умираем так же, как и мужчины.

    — Джордж Мартин · книга
13. «

    — ... как по-вашему... Визерис будет сердиться, когда вернётся?... — Наверное, я разбудила дракона, правда? — Мёртвых не поднять, девочка, ваш брат Рейегар был последним из драконов, и он погиб у Трезубца. Визерис... это даже не змея — тень её.

    — ... как по-вашему... Визерис будет сердиться, когда вернётся?... — Наверное, я разбудила дракона, правда? — Мёртвых не поднять, девочка, ваш брат Рейегар был последним из драконов, и он погиб у Трезубца. Визерис... это даже не змея — тень её.

    — Джордж Мартин · книга
14. «

    Всякая ссадина – это урок, а каждый урок идет на пользу.

    Всякая ссадина – это урок, а каждый урок идет на пользу.

    — Джордж Мартин · книга
15. «

    Нечистая кровь всегда вероломна.

    Нечистая кровь всегда вероломна.

    — Джордж Мартин · книга
16. «

    Его подмывало спросить, о чем она молится, но Санса так правдива, что, чего доброго, ответит откровенно, а ему это вряд ли понравится.

    Его подмывало спросить, о чем она молится, но Санса так правдива, что, чего доброго, ответит откровенно, а ему это вряд ли понравится.

    — Джордж Мартин · книга
17. «

    Да, я Старк. Я могу быть храброй.

    Да, я Старк. Я могу быть храброй.

    — Джордж Мартин · книга
18. «

    Тот, кто проливает родную кровь, равно проклят в глазах старых и новых богов.

    Тот, кто проливает родную кровь, равно проклят в глазах старых и новых богов.

    — Джордж Мартин · книга
19. «

    Она попыталась представить себе, каково это — лететь по воздуху, сидя на шее дракона. Должно быть, так же, как когда стоишь на вершине горы, — только лучше. Ты видишь под собой весь мир.

    Она попыталась представить себе, каково это — лететь по воздуху, сидя на шее дракона. Должно быть, так же, как когда стоишь на вершине горы, — только лучше. Ты видишь под собой весь мир.

    — Джордж Мартин · книга
20. «

    Из тонкой улыбки собеседник может извлечь все, что ему угодно.

    Из тонкой улыбки собеседник может извлечь все, что ему угодно.

    — Джордж Мартин · книга