471 цитата Джорджа Р.Р. Мартина, ставших крылатыми

Подборка из 471 цитата Джорджа Р.Р. Мартина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Ты убил меня. — Вы всегда быстро схватываете самую суть, милорд, — недаром же вы десница короля.

   — Ты убил меня. — Вы всегда быстро схватываете самую суть, милорд, — недаром же вы десница короля.

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   — ... Она его убила. Или позволила убить. — В этом «или» заключается большая разница.

   — ... Она его убила. Или позволила убить. — В этом «или» заключается большая разница.

   — Джордж Мартин · книга
3. «

   Бывают случаи, когда лучше всего ничего не делать.

   Бывают случаи, когда лучше всего ничего не делать.

   — Джордж Мартин · книга
4. «

   Бран испытал облегчение… но и разочарование тоже. Волшебство способно на всё: мёртвые оживают, деревья говорят, а сломанные мальчики становятся рыцарями, когда вырастают. — Но волшебства больше нет, — сказал он во мрак своей комнаты, улёгшись в постель, — а сказки — они и есть сказки. Не будет он никогда ни ходить, ни летать и рыцарем тоже не станет.

   Бран испытал облегчение… но и разочарование тоже. Волшебство способно на всё: мёртвые оживают, деревья говорят, а сломанные мальчики становятся рыцарями, когда вырастают. — Но волшебства больше нет, — сказал он во мрак своей комнаты, улёгшись в постель, — а сказки — они и есть сказки. Не будет он никогда ни ходить, ни летать и рыцарем тоже не станет.

   — Джордж Мартин · книга
5. «

   Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.

   Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   Божья жена сочла её ребёнком, но дети растут и учатся.

   Божья жена сочла её ребёнком, но дети растут и учатся.

   — Джордж Мартин · книга
7. «

   Люди чаще предпочитают отрицать жестокую истину, чем становиться к ней лицом.

   Люди чаще предпочитают отрицать жестокую истину, чем становиться к ней лицом.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   — Ты слишком глуп, чтобы быть трусом, — сказал ему Пип. — Неправда! — возмутился Гренн.

   — Ты слишком глуп, чтобы быть трусом, — сказал ему Пип. — Неправда! — возмутился Гренн.

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   — Я бы всех воронов охотно разослал. Уж очень они не любят сидеть в клетке. — Ты тоже не любил бы, если бы умел летать.

   — Я бы всех воронов охотно разослал. Уж очень они не любят сидеть в клетке. — Ты тоже не любил бы, если бы умел летать.

   — Джордж Мартин · книга
10. «

    Кровь Первых Людей по-прежнему течет в жилах Старков: мы считаем, что тот, кто выносит приговор, должен и нанести удар. Если ты собираешься взять человеческую жизнь, сам загляни в глаза осужденного. Ну а если ты не в силах этого сделать, тогда человек, возможно, и не заслуживает смерти.

    Кровь Первых Людей по-прежнему течет в жилах Старков: мы считаем, что тот, кто выносит приговор, должен и нанести удар. Если ты собираешься взять человеческую жизнь, сам загляни в глаза осужденного. Ну а если ты не в силах этого сделать, тогда человек, возможно, и не заслуживает смерти.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    — Спой-ка нам песню, да подлиннее... — Прикажете петь, стоя на голове? — А что, от этого песня будет лучше звучать? — Нет. — Тогда пой, стоя на ногах, не то с тебя шапка свалится, а голову ты, сколько я помню, отродясь не мыл.

    — Спой-ка нам песню, да подлиннее... — Прикажете петь, стоя на голове? — А что, от этого песня будет лучше звучать? — Нет. — Тогда пой, стоя на ногах, не то с тебя шапка свалится, а голову ты, сколько я помню, отродясь не мыл.

    — Джордж Мартин · книга
12. «

    Страх режет глубже меча.

    Страх режет глубже меча.

    — Джордж Мартин · книга
13. «

    — Что до тебя, Тирион, то ты лучше послужил бы нам на поле битвы. — Нет уж, спасибо. Довольно с меня полей битвы. На стуле я сижу лучше, чем на лошади, и предпочитаю кубок вина боевому топору. А как же барабанный гром, спросите вы, и солнце, блистающее на броне, и великолепные скакуны, которые ржут и рвутся в бой? Но от барабанов у меня болит голова, в доспехах, блистающих на солнце, я поджариваюсь, точно гусь в праздник урожая, а великолепные скакуны засирают всё как есть. Впрочем, я не жалуюсь. После гостеприимства, оказанного мне в Долине Аррен, барабаны, конское дерьмо и мухи кажутся просто блаженством.

    — Что до тебя, Тирион, то ты лучше послужил бы нам на поле битвы. — Нет уж, спасибо. Довольно с меня полей битвы. На стуле я сижу лучше, чем на лошади, и предпочитаю кубок вина боевому топору. А как же барабанный гром, спросите вы, и солнце, блистающее на броне, и великолепные скакуны, которые ржут и рвутся в бой? Но от барабанов у меня болит голова, в доспехах, блистающих на солнце, я поджариваюсь, точно гусь в праздник урожая, а великолепные скакуны засирают всё как есть. Впрочем, я не жалуюсь. После гостеприимства, оказанного мне в Долине Аррен, барабаны, конское дерьмо и мухи кажутся просто блаженством.

    — Джордж Мартин · книга
14. «

    Если он должен всегда быть один, значит, одиночество должно сделаться его бронёй.

    Если он должен всегда быть один, значит, одиночество должно сделаться его бронёй.

    — Джордж Мартин · книга
15. «

    Человек не должен жить дольше, чем его зубы.

    Человек не должен жить дольше, чем его зубы.

    — Джордж Мартин · книга
16. «

    Дурочка. Слезы — не единственное оружие женщины. Между ног у тебя есть другое, и неплохо бы научиться пользоваться им. Мужчины-то орудуют своими мечами вовсю — мечами обоего рода.

    Дурочка. Слезы — не единственное оружие женщины. Между ног у тебя есть другое, и неплохо бы научиться пользоваться им. Мужчины-то орудуют своими мечами вовсю — мечами обоего рода.

    — Джордж Мартин · книга
17. «

    — Мой добрый друг, как прекрасно, что вам сегодня лучше! — Да, — согласился сир Родрик, — мне уже второй день не хочется умирать.

    — Мой добрый друг, как прекрасно, что вам сегодня лучше! — Да, — согласился сир Родрик, — мне уже второй день не хочется умирать.

    — Джордж Мартин · книга
18. «

    — Итак, теперь мы даруем титулы даже убийцам. Мизинец пожал плечами: — Титул — вещь дешевая.

    — Итак, теперь мы даруем титулы даже убийцам. Мизинец пожал плечами: — Титул — вещь дешевая.

    — Джордж Мартин · книга
19. «

    Все мы, великие и малые, обязаны исполнять свой долг.

    Все мы, великие и малые, обязаны исполнять свой долг.

    — Джордж Мартин · книга
20. «

    — Роберт стал совсем не тот, когда надел корону. Некоторые люди — как мечи, они созданы для боя. Повесь их на стенку — и они заржавеют. — А его братья? — Роберт — чистая сталь. Станнис — чугун, чёрный и прочный, но хрупкий. Он ломается, но не гнётся. А Ренли — это медь. Она блестит и приятна для глаз, но в конечном счёте немного стоит.

    — Роберт стал совсем не тот, когда надел корону. Некоторые люди — как мечи, они созданы для боя. Повесь их на стенку — и они заржавеют. — А его братья? — Роберт — чистая сталь. Станнис — чугун, чёрный и прочный, но хрупкий. Он ломается, но не гнётся. А Ренли — это медь. Она блестит и приятна для глаз, но в конечном счёте немного стоит.

    — Джордж Мартин · книга