99 фраз Джорджа Р.Р. Мартина, которые запоминаются

Подборка из 99 цитат Джорджа Р.Р. Мартина: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Волчица эта родом с севера и заслуживает лучшей участи, чем смерть от руки мясника.

   Волчица эта родом с севера и заслуживает лучшей участи, чем смерть от руки мясника.

   — Джордж Мартин · книга
2. «

   Милосердие никогда не бывает ошибкой.

   Милосердие никогда не бывает ошибкой.

   — Джордж Мартин · книга
3. «

   Ничто так не сплачивает расколовшееся королевство, как чужеземная армия, вторгшаяся в его пределы.

   Ничто так не сплачивает расколовшееся королевство, как чужеземная армия, вторгшаяся в его пределы.

   — Джордж Мартин · книга
4. «

   Тебе больно, мальчик. Конечно. Выбирать... выбирать всегда больно. И всегда будет больно. Я знаю.

   Тебе больно, мальчик. Конечно. Выбирать... выбирать всегда больно. И всегда будет больно. Я знаю.

   — Джордж Мартин · книга
5. «

   Если ты не можешь защитить себя сам, умри и уйди с дороги тех, кто может. Этим миром правят сильные руки и острая сталь — не верь тому, кто скажет тебе другое.

   Если ты не можешь защитить себя сам, умри и уйди с дороги тех, кто может. Этим миром правят сильные руки и острая сталь — не верь тому, кто скажет тебе другое.

   — Джордж Мартин · книга
6. «

   Быть рыцарем — это редкий и драгоценный дар.

   Быть рыцарем — это редкий и драгоценный дар.

   — Джордж Мартин · книга
7. «

   Актеры научили меня тому, что у каждого человека есть своя роль — в жизни, в спектакле... и при дворе. Королевский палач должен быть страшным, мастер над монетой — скупым, лорд командующий гвардией — доблестным... а мастер над шептунами — лукавым, подобострастным и бессовестным.

   Актеры научили меня тому, что у каждого человека есть своя роль — в жизни, в спектакле... и при дворе. Королевский палач должен быть страшным, мастер над монетой — скупым, лорд командующий гвардией — доблестным... а мастер над шептунами — лукавым, подобострастным и бессовестным.

   — Джордж Мартин · книга
8. «

   Усидеть на троне в тысячу раз труднее, чем завоевать его.

   Усидеть на троне в тысячу раз труднее, чем завоевать его.

   — Джордж Мартин · книга
9. «

   Когда солнце закатилось, ни одна свеча его не заменит.

   Когда солнце закатилось, ни одна свеча его не заменит.

   — Джордж Мартин · книга
10. «

    Могут... Какое скользкое слово — на любом языке.

    Могут... Какое скользкое слово — на любом языке.

    — Джордж Мартин · книга
11. «

    — Ты помог мне, когда я нуждался в твоей помощи, — сказал Джон Сноу. — Я ничего не дал тебе, — улыбнулся Тирион, — кроме слов.

    — Ты помог мне, когда я нуждался в твоей помощи, — сказал Джон Сноу. — Я ничего не дал тебе, — улыбнулся Тирион, — кроме слов.

    — Джордж Мартин · книга
12. «

    — Печальную славу оставит о себе наш век. Неужели честь умерла вместе с нашими отцами? — Мой отец ещё не умер.

    — Печальную славу оставит о себе наш век. Неужели честь умерла вместе с нашими отцами? — Мой отец ещё не умер.

    — Джордж Мартин · книга
13. «

    Ноги мои слишком малы для тела, а голова чересчур велика, но я бы сказал, что, на мой взгляд, она как раз впору для моего ума. Я спокойно принимаю собственные силы и слабости. Ум — вот мое оружие. У брата Джейме есть меч, у короля Роберта — боевой молот, а у меня — разум. А он нуждается в книгах, как меч в точильном камне, чтобы не затупиться, — Тирион постучал по кожаной обложке книги. — Вот поэтому я читаю так много, Джон Сноу.

    Ноги мои слишком малы для тела, а голова чересчур велика, но я бы сказал, что, на мой взгляд, она как раз впору для моего ума. Я спокойно принимаю собственные силы и слабости. Ум — вот мое оружие. У брата Джейме есть меч, у короля Роберта — боевой молот, а у меня — разум. А он нуждается в книгах, как меч в точильном камне, чтобы не затупиться, — Тирион постучал по кожаной обложке книги. — Вот поэтому я читаю так много, Джон Сноу.

    — Джордж Мартин · книга
14. «

    — Мой добрый друг, как прекрасно, что вам сегодня лучше! — Да, — согласился сир Родрик, — мне уже второй день не хочется умирать.

    — Мой добрый друг, как прекрасно, что вам сегодня лучше! — Да, — согласился сир Родрик, — мне уже второй день не хочется умирать.

    — Джордж Мартин · книга
15. «

    Люди никогда не смотрят вверх. Он любил крыши ещё и по этой причине. Там, наверху, он становился как бы невидимым.

    Люди никогда не смотрят вверх. Он любил крыши ещё и по этой причине. Там, наверху, он становился как бы невидимым.

    — Джордж Мартин · книга
16. «

    Мы всего только люди, и боги создали нас для любви. В ней и наше величие, и наша трагедия.

    Мы всего только люди, и боги создали нас для любви. В ней и наше величие, и наша трагедия.

    — Джордж Мартин · книга
17. «

    — Но мы вышли из замка, — сказал Нед. — Вас не одурачить, Старк, — блаженствовал Мизинец. — Солнце выдало меня или небо?

    — Но мы вышли из замка, — сказал Нед. — Вас не одурачить, Старк, — блаженствовал Мизинец. — Солнце выдало меня или небо?

    — Джордж Мартин · книга
18. «

    Страх режет глубже меча.

    Страх режет глубже меча.

    — Джордж Мартин · книга
19. «

    Разве честь можно сравнить с женской любовью? И как чувство долга может превысить ту радость, с которой ты берёшь на руки новорождённого сына... Ветер и слова. Ветер и слова. Мы всего только люди, и боги создали нас для любви. В ней и наше величие, и наша трагедия.

    Разве честь можно сравнить с женской любовью? И как чувство долга может превысить ту радость, с которой ты берёшь на руки новорождённого сына... Ветер и слова. Ветер и слова. Мы всего только люди, и боги создали нас для любви. В ней и наше величие, и наша трагедия.

    — Джордж Мартин · книга
20. «

    Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.

    Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.

    — Джордж Мартин · книга