132 цитаты Эдгара Аллана По: от иронии до философии

Ниже 132 цитаты Эдгара Аллана По — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Живой, но со всеми свойствами мертвеца, мертвый, но со всеми наклонностями живых, — нечто противоестественное в мире людей, — очень спокойный, но лишенный дыхания.

   Живой, но со всеми свойствами мертвеца, мертвый, но со всеми наклонностями живых, — нечто противоестественное в мире людей, — очень спокойный, но лишенный дыхания.

   — Без дыхания · книга
2. «

   Трус — это тот, кто боится быть или казаться трусом, когда это нужно.

   Трус — это тот, кто боится быть или казаться трусом, когда это нужно.
3. «

   Чрезмерная глубина лишь путает и затуманивает мысль.

   Чрезмерная глубина лишь путает и затуманивает мысль.

   — Убийство на улице Морг · книга
4. «

   Умереть смеясь — вот, наверное, самая великолепная изо всех великолепных смертей.

   Умереть смеясь — вот, наверное, самая великолепная изо всех великолепных смертей.

   — Свидание · книга
5. «

   Он не участвовал в нашем веселье, разве что его лицо, обезображенное чумой, и его глаза, в которых смерть погасила пламя болезни лишь наполовину, казалось, выражали то особое любопытство, какое только умершие способны проявить к забавам обреченных на смерть.

   Он не участвовал в нашем веселье, разве что его лицо, обезображенное чумой, и его глаза, в которых смерть погасила пламя болезни лишь наполовину, казалось, выражали то особое любопытство, какое только умершие способны проявить к забавам обреченных на смерть.
6. «

   Мы переживаем ночь, потому что Вселенная не вечна. Когда-то было положено начало, и с тех пор прошло недостаточно времени, чтобы звёзды полностью осветили небо.

   Мы переживаем ночь, потому что Вселенная не вечна. Когда-то было положено начало, и с тех пор прошло недостаточно времени, чтобы звёзды полностью осветили небо.

   — Эврика · книга
7. «

   ... Ни один мыслящий человек не станет отрицать двоицы — Природы и её Бога. Бесспорно и то, что последний, творя первую, может по своей воле управлять ею и изменять её. Я говорю — «по своей воле», ибо речь здесь идет о воле, а не о власти, как это полагает безумие логики. Конечно, Всевышний может менять свои законы, но мы оскорбляем его, выдумывая необходимость такого изменения. Эти законы с самого начала были созданы так, чтобы обнять любые возможности, какие только таило в себе будущее. Для Бога все — только ТЕПЕРЬ.

   ... Ни один мыслящий человек не станет отрицать двоицы — Природы и её Бога. Бесспорно и то, что последний, творя первую, может по своей воле управлять ею и изменять её. Я говорю — «по своей воле», ибо речь здесь идет о воле, а не о власти, как это полагает безумие логики. Конечно, Всевышний может менять свои законы, но мы оскорбляем его, выдумывая необходимость такого изменения. Эти законы с самого начала были созданы так, чтобы обнять любые возможности, какие только таило в себе будущее. Для Бога все — только ТЕПЕРЬ.

   — Тайна Мари Роже · книга
8. «

   События самых ранних лет жизни редко оставляют в нашей душе столь заметный след, чтобы он сохранился в зрелые годы. Они превращаются обычно лишь в серую дымку, в неясное беспорядочное воспоминание — смутное скопище малых радостей и невообразимых страданий.

   События самых ранних лет жизни редко оставляют в нашей душе столь заметный след, чтобы он сохранился в зрелые годы. Они превращаются обычно лишь в серую дымку, в неясное беспорядочное воспоминание — смутное скопище малых радостей и невообразимых страданий.

   — Уильям Уилсон · книга
9. «

   Глубоко в эту темноту вглядываясь, долго я стоял там, размышляя, опасаясь, Сомневаясь, снились сны, о которых прежде не смел мечтать ни один смертный…

   Глубоко в эту темноту вглядываясь, долго я стоял там, размышляя, опасаясь, Сомневаясь, снились сны, о которых прежде не смел мечтать ни один смертный…
10. «

    Дайте понять умалишенному, что вы полагаетесь на его благоразумие и сообразительность, — и он ваш телом и душой.

    Дайте понять умалишенному, что вы полагаетесь на его благоразумие и сообразительность, — и он ваш телом и душой.

    — Убийство на улице Морг · книга
11. «

    Твоя жизнь будет жизнью скорби — скорби, которая самое долговечное из ощущений, как кипарис самое долговечное из деревьев.

    Твоя жизнь будет жизнью скорби — скорби, которая самое долговечное из ощущений, как кипарис самое долговечное из деревьев.

    — Морелла · книга
12. «

    Мнение большинства — всегда ошибочно, ибо большинство людей — идиоты.

    Мнение большинства — всегда ошибочно, ибо большинство людей — идиоты.
13. «

    Недовольство полицией, никогда не угасающее в Париже, успело несколько раз привести к уличным беспорядкам.

    Недовольство полицией, никогда не угасающее в Париже, успело несколько раз привести к уличным беспорядкам.

    — Тайна Мари Роже · книга
14. «

    Куда только не заносит иного добряка жажда помочь другу — ревностно и безоглядно кидаясь ему на выручку; он часто сбивается, путается в противоречиях и недоразумениях и, руководствуясь намерениями самыми благими, часто вредит беззащитному более, нежели помогает.

    Куда только не заносит иного добряка жажда помочь другу — ревностно и безоглядно кидаясь ему на выручку; он часто сбивается, путается в противоречиях и недоразумениях и, руководствуясь намерениями самыми благими, часто вредит беззащитному более, нежели помогает.

    — Ты еси муж, сотворивший сие. · книга
15. «

    ... Даже план, разработанный с наибольшим искусством, часто опрокидывается при малейшей попытке его осуществить.

    ... Даже план, разработанный с наибольшим искусством, часто опрокидывается при малейшей попытке его осуществить.

    — Бон-бон · книга
16. «

    Минуту истинного счастья, Стеснявшую когда-то грудь, Виденье гордости и власти, Уж не вернуть.

    Минуту истинного счастья, Стеснявшую когда-то грудь, Виденье гордости и власти, Уж не вернуть.
17. «

    В бескорыстной и самоотверженной любви животного есть что-то действующее прямо на сердце того, кто имел частые случаи наблюдать жалкую и летучую, как пух, верность человека.

    В бескорыстной и самоотверженной любви животного есть что-то действующее прямо на сердце того, кто имел частые случаи наблюдать жалкую и летучую, как пух, верность человека.

    — Чёрный кот · книга
18. «

    В шахматах, где фигуры неравноценны и где им присвоены самые разнообразные и причудливые ходы, сложность (как это нередко бывает) ошибочно принимается за глубину. Между тем здесь решает внимание. Стоит ему ослабеть, и вы совершаете оплошность, которая приводит к просчету или поражению. А поскольку шахматные ходы не только многообразны, но и многозначны, то шансы на оплошность соответственно растут, и в девяти случаях из десяти выигрывает не более способный, а более сосредоточенный игрок. Другое дело шашки, где допускается один только ход с незначительными вариантами; здесь шансов на недосмотр куда меньше, внимание не играет особой роли и успех зависит главным образом от сметливости. Представим себе для ясности партию в шашки, где остались только четыре дамки и, значит, ни о каком недосмотре не может быть и речи. Очевидно, здесь (при равных силах) победа зависит от удачного хода, от неожиданного и остроумного решения. За отсутствием других возможностей, аналитик старается проникнуть в мысли противника, ставит себя на его место и нередко с одного взгляда замечает ту единственную (и порой до очевидности простую) комбинацию, которая может вовлечь его в просчет или сбить с толку.

    В шахматах, где фигуры неравноценны и где им присвоены самые разнообразные и причудливые ходы, сложность (как это нередко бывает) ошибочно принимается за глубину. Между тем здесь решает внимание. Стоит ему ослабеть, и вы совершаете оплошность, которая приводит к просчету или поражению. А поскольку шахматные ходы не только многообразны, но и многозначны, то шансы на оплошность соответственно растут, и в девяти случаях из десяти выигрывает не более способный, а более сосредоточенный игрок. Другое дело шашки, где допускается один только ход с незначительными вариантами; здесь шансов на недосмотр куда меньше, внимание не играет особой роли и успех зависит главным образом от сметливости. Представим себе для ясности партию в шашки, где остались только четыре дамки и, значит, ни о каком недосмотре не может быть и речи. Очевидно, здесь (при равных силах) победа зависит от удачного хода, от неожиданного и остроумного решения. За отсутствием других возможностей, аналитик старается проникнуть в мысли противника, ставит себя на его место и нередко с одного взгляда замечает ту единственную (и порой до очевидности простую) комбинацию, которая может вовлечь его в просчет или сбить с толку.

    — Убийство на улице Морг · книга
19. «

    Никто не оскорбит меня безнаказанно!

    Никто не оскорбит меня безнаказанно!

    — Бочонок амонтильядо · книга
20. «

    При сохранении особой формы, душа остается неприкосновенной.

    При сохранении особой формы, душа остается неприкосновенной.

    — Раймунд Лулий · книга