57 цитат Эдита Евы Эгера

Подборка из 57 цитат Эдита Евы Эгера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ссориться — это очень по-человечески.

   Ссориться — это очень по-человечески.

   — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
2. «

   Во многих напряженных взаимоотношениях заложена тяжелая психологическая подоплека. И хотя ничто не оправдывает домашнего насилия и жестокого обращения, но редко бывает, что один абсолютно прав, а другой абсолютно виноват, что один из супругов хороший, а другой — плохой. На отношения пагубно влияют оба партнера.

   Во многих напряженных взаимоотношениях заложена тяжелая психологическая подоплека. И хотя ничто не оправдывает домашнего насилия и жестокого обращения, но редко бывает, что один абсолютно прав, а другой абсолютно виноват, что один из супругов хороший, а другой — плохой. На отношения пагубно влияют оба партнера.

   — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
3. «

   Напоминание о слабости, о боли, воспоминания, которые мы обычно предпочитаем прятать, – разрушительный потенциал, продолжающий нарастать, пока мы сознательно не повернемся к нему лицом и не уничтожим его.

   Напоминание о слабости, о боли, воспоминания, которые мы обычно предпочитаем прятать, – разрушительный потенциал, продолжающий нарастать, пока мы сознательно не повернемся к нему лицом и не уничтожим его.

   — Выбор. О свободе и внутренней силе человека · книга
4. «

   Не все мы потомки нацистов. Но в каждом из нас сидит свой нацист.

   Не все мы потомки нацистов. Но в каждом из нас сидит свой нацист.

   — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
5. «

   Мы рождены любить и учимся ненавидеть. Нам решать, что из этого мы выберем.

   Мы рождены любить и учимся ненавидеть. Нам решать, что из этого мы выберем.

   — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
6. «

   В лучшем случае месть бессмысленна. Она не может изменить то, что нам причинили, она не может стереть несправедливость, которой мы подверглись, она не способна вернуть наших мертвых. Что хуже, месть поддерживает цикл ненависти. Она заставляет ненависть ходить по кругу. Получается, у нас нет развития, если мы ищем мести, пусть даже не насильственной.

   В лучшем случае месть бессмысленна. Она не может изменить то, что нам причинили, она не может стереть несправедливость, которой мы подверглись, она не способна вернуть наших мертвых. Что хуже, месть поддерживает цикл ненависти. Она заставляет ненависть ходить по кругу. Получается, у нас нет развития, если мы ищем мести, пусть даже не насильственной.

   — Выбор. О свободе и внутренней силе человека · книга
7. «

   Я полностью приветствую позитивное мышление, но оно никуда не приведёт, если за ним не последует позитивных действий.

   Я полностью приветствую позитивное мышление, но оно никуда не приведёт, если за ним не последует позитивных действий.

   — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
8. «

   Нередко в семьях на детей навешивают ярлыки: он ответственный ребенок, этот — такой шутник, а тот — настоящий бунтарь. Когда мы даем детям такие характерологические именования, они сами вступают в эту игру. И если в семье есть «самый лучший ребенок» (отличник, умница, послушный), то обычно бывает и «самый худший ребенок».

   Нередко в семьях на детей навешивают ярлыки: он ответственный ребенок, этот — такой шутник, а тот — настоящий бунтарь. Когда мы даем детям такие характерологические именования, они сами вступают в эту игру. И если в семье есть «самый лучший ребенок» (отличник, умница, послушный), то обычно бывает и «самый худший ребенок».

   — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
9. «

   Мне становится ясно: прошлое не оскверняет настоящего, а настоящее не умаляет прошлого. Время-это среда. Это посредник. Время-пусть, который мы проходим.

   Мне становится ясно: прошлое не оскверняет настоящего, а настоящее не умаляет прошлого. Время-это среда. Это посредник. Время-пусть, который мы проходим.

   — Выбор. О свободе и внутренней силе человека · книга
10. «

    В трудном процессе исцеления не происходит катарсиса по истечении сорока пяти минут. Волшебной палочки не существует. Перемены происходят медленно, иногда удручающе медленно.

    В трудном процессе исцеления не происходит катарсиса по истечении сорока пяти минут. Волшебной палочки не существует. Перемены происходят медленно, иногда удручающе медленно.

    — Выбор. О свободе и внутренней силе человека · книга
11. «

    Именно тогда, когда не ждёшь никакой поддержки со стороны — ни физической, ни моральной, — появляется возможность узнать, кто мы есть на самом деле.

    Именно тогда, когда не ждёшь никакой поддержки со стороны — ни физической, ни моральной, — появляется возможность узнать, кто мы есть на самом деле.

    — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
12. «

    Совсем не обязательно, что мы пытаемся избавиться только от неприятных и болезненных чувств. Бывает, мы избегаем и добрых чувств. Мы закрываемся от страсти, удовольствия, счастья. Когда из нас делают жертву, мы, какой-то частичкой разума, начинаем отождествлять себя со своим мучителем и порой относимся к самим себе с не меньшей жестокостью, чем он поступил с нами. Мы неумолимо караем себя за совершенное над нами зло, отказывая себе во всех проявлениях доброго и хорошего, лишая себя неотъемлемого права испытывать радость и быть счастливым. Вот почему я не устану повторять, что тот, кто был жертвой вчера, легко может стать мучителем сегодня.

    Совсем не обязательно, что мы пытаемся избавиться только от неприятных и болезненных чувств. Бывает, мы избегаем и добрых чувств. Мы закрываемся от страсти, удовольствия, счастья. Когда из нас делают жертву, мы, какой-то частичкой разума, начинаем отождествлять себя со своим мучителем и порой относимся к самим себе с не меньшей жестокостью, чем он поступил с нами. Мы неумолимо караем себя за совершенное над нами зло, отказывая себе во всех проявлениях доброго и хорошего, лишая себя неотъемлемого права испытывать радость и быть счастливым. Вот почему я не устану повторять, что тот, кто был жертвой вчера, легко может стать мучителем сегодня.

    — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
13. «

    Надежда — это увеличенная во много раз версия любопытства. Это готовность культивировать в себе всё, что может разжечь огонь, и освещать его светом самые тёмные места.

    Надежда — это увеличенная во много раз версия любопытства. Это готовность культивировать в себе всё, что может разжечь огонь, и освещать его светом самые тёмные места.

    — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
14. «

    Эдит Ева Эгер в юном возрасте была отправлена вместе со своей семьей в Аушвиц. Там ее родители погибли в газовой камере, а Эдит и ее сестра испытали на себе все ужасы отвратительных лагерей смерти. Через 35 лет после окончания войны, став известным психологом, Эдит вернулась в Аушвиц, чтобы избавиться от воспоминаний о прошлом и вины выжившего. Эта книга не просто мемуары пережившего холокост человека, это незабываемые хроники героизма и стойкости, милосердия и исцеления. Она показывает, что мы всегда можем выбирать, чему нас учит жизнь и как относиться к происходящему.

    Эдит Ева Эгер в юном возрасте была отправлена вместе со своей семьей в Аушвиц. Там ее родители погибли в газовой камере, а Эдит и ее сестра испытали на себе все ужасы отвратительных лагерей смерти. Через 35 лет после окончания войны, став известным психологом, Эдит вернулась в Аушвиц, чтобы избавиться от воспоминаний о прошлом и вины выжившего. Эта книга не просто мемуары пережившего холокост человека, это незабываемые хроники героизма и стойкости, милосердия и исцеления. Она показывает, что мы всегда можем выбирать, чему нас учит жизнь и как относиться к происходящему.

    — Аннотация к книге · книга
15. «

    Детство заканчивается, когда мы начинаем жить в том образе, который определил для нас кто-то совсем другой.

    Детство заканчивается, когда мы начинаем жить в том образе, который определил для нас кто-то совсем другой.

    — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
16. «

    Идти на риск не означает слепо подвергать себя опасности. Это значит принять наши страхи, чтобы освободиться от их оков.

    Идти на риск не означает слепо подвергать себя опасности. Это значит принять наши страхи, чтобы освободиться от их оков.

    — Выбор. О свободе и внутренней силе человека · книга
17. «

    У оставшихся в живых нет времени спрашивать: «Почему я?» Для них существует лишь один вопрос: «Что дальше?»

    У оставшихся в живых нет времени спрашивать: «Почему я?» Для них существует лишь один вопрос: «Что дальше?»

    — Выбор. О свободе и внутренней силе человека · книга
18. «

    Чувствовать вину — значит верить, что беда произошла из-за вас, и осуждать себя за это. Но важно разделять чувство вины и раскаяние. Раскаяние закономерная реакция на совершенную ошибку или на зло, которое мы кому-то причинили. Угрызение совести ближе к горю. Если вы раскаиваетесь, то признаëте, что прошлое есть прошлое, что его нельзя отменить, и позволяете себе из-за него грустить. Испытывать муки — значит понимать, что пережитое вами, что принятые когда-либо решения — все приводит к сегодняшнему дню. Раскаяние — это наше настоящее. Оно может сосуществовать с прощением и свободой.

    Чувствовать вину — значит верить, что беда произошла из-за вас, и осуждать себя за это. Но важно разделять чувство вины и раскаяние. Раскаяние закономерная реакция на совершенную ошибку или на зло, которое мы кому-то причинили. Угрызение совести ближе к горю. Если вы раскаиваетесь, то признаëте, что прошлое есть прошлое, что его нельзя отменить, и позволяете себе из-за него грустить. Испытывать муки — значит понимать, что пережитое вами, что принятые когда-либо решения — все приводит к сегодняшнему дню. Раскаяние — это наше настоящее. Оно может сосуществовать с прощением и свободой.

    — Дар: 12 ключей к внутреннему освобождению и обретению себя · книга
19. «

    ..человек, преуменьшая собственные страдания, не дает им должной оценки. Чтобы не ощущать себя жертвой, а жить, как говорится, припеваючи, нужно полностью принимать как свое прошлое, так и настоящее. Если мы пытаемся умалить боль; если наказываем себя за то, что сбились с жизненного пути или замкнулись в горе; если отмахиваемся от житейских невзгод только потому, что кто-то считает их незначительными, – мы всё еще предпочитаем для себя путь жертвы. Мы так и не видим вариантов выбора. Мы продолжаем судить себя. Я не хочу, чтобы вы, услышав мою историю, сказали: «Мои страдания не так значительны». Мне хочется, чтобы вы сказали: «Если она смогла так, значит, смогу и я!»

    ..человек, преуменьшая собственные страдания, не дает им должной оценки. Чтобы не ощущать себя жертвой, а жить, как говорится, припеваючи, нужно полностью принимать как свое прошлое, так и настоящее. Если мы пытаемся умалить боль; если наказываем себя за то, что сбились с жизненного пути или замкнулись в горе; если отмахиваемся от житейских невзгод только потому, что кто-то считает их незначительными, – мы всё еще предпочитаем для себя путь жертвы. Мы так и не видим вариантов выбора. Мы продолжаем судить себя. Я не хочу, чтобы вы, услышав мою историю, сказали: «Мои страдания не так значительны». Мне хочется, чтобы вы сказали: «Если она смогла так, значит, смогу и я!»

    — Выбор. О свободе и внутренней силе человека · книга
20. «

    Долгое время, уже в зрелом возрасте, мне представлялось, что мое выживание в настоящем зависит от того, смогу ли я удержать тьму своего прошлого под замком... Спрятаться от прошлого. В отчаянном стремлении стать частью общей жизни, в вечном страхе, что прошлое поглотит меня, я усердно работала над тем, чтобы скрыть свою боль. Тогда я еще не понимала: мое молчание и желание быть принятой – и то и другое основанные на страхе – на самом деле были способами убежать от самой себя. Я не понимала, что, решив отвернуться от прошлого и себя настоящей, я продолжала оставаться несвободной – несвободной спустя десятилетия после реального заключения. И это был мой выбор. Я владела своей тайной, а моя тайна владела мною.

    Долгое время, уже в зрелом возрасте, мне представлялось, что мое выживание в настоящем зависит от того, смогу ли я удержать тьму своего прошлого под замком... Спрятаться от прошлого. В отчаянном стремлении стать частью общей жизни, в вечном страхе, что прошлое поглотит меня, я усердно работала над тем, чтобы скрыть свою боль. Тогда я еще не понимала: мое молчание и желание быть принятой – и то и другое основанные на страхе – на самом деле были способами убежать от самой себя. Я не понимала, что, решив отвернуться от прошлого и себя настоящей, я продолжала оставаться несвободной – несвободной спустя десятилетия после реального заключения. И это был мой выбор. Я владела своей тайной, а моя тайна владела мною.

    — Выбор. О свободе и внутренней силе человека · книга