171 фраза Елены Котовы для статуса

Елена Котова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 171 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Нет ничего проще, чем превратить собственные обиды в вину Европы перед своей бывшей родиной.

   Нет ничего проще, чем превратить собственные обиды в вину Европы перед своей бывшей родиной.
2. «

   — Может, ты просто не любишь детей? — Вполне может быть. Как и многие люди, которые даже не задумываются, нужны ли им дети. Большинство вообще надо было бы лишить родительских прав.

   — Может, ты просто не любишь детей? — Вполне может быть. Как и многие люди, которые даже не задумываются, нужны ли им дети. Большинство вообще надо было бы лишить родительских прав.

   — Провокация. Роман с примечаниями · книга
3. «

   Одну гражданку – а я так думаю, что и не одну — возмутил голый «Давид». Власти всполошились, объявили конкурс на лучший костюм к началу учебного года. Чтобы библейскому юноше не стыдно было школьникам на глаза показаться. Не знаю, купят ли ему «Лабутены», но что «портки надо сшить и прикрыть «нах» — это точно.

   Одну гражданку – а я так думаю, что и не одну — возмутил голый «Давид». Власти всполошились, объявили конкурс на лучший костюм к началу учебного года. Чтобы библейскому юноше не стыдно было школьникам на глаза показаться. Не знаю, купят ли ему «Лабутены», но что «портки надо сшить и прикрыть «нах» — это точно.
4. «

   Они не были друзьями. У Скляра вообще не было друзей – непозволительная роскошь. Имелся круг близких людей, с кем приятно и надежно делать дела.

   Они не были друзьями. У Скляра вообще не было друзей – непозволительная роскошь. Имелся круг близких людей, с кем приятно и надежно делать дела.

   — Кодекс бесчестия · книга
5. «

   Лёнику было начхать на нежность и преданность Нади, это ему предлагали и все прежние — те, с которыми он не церемонился. Он уже умел тут же расставаться с ними, как только видел, что еще немного — и за эти нежность и преданность с него начнут что-то требовать.

   Лёнику было начхать на нежность и преданность Нади, это ему предлагали и все прежние — те, с которыми он не церемонился. Он уже умел тут же расставаться с ними, как только видел, что еще немного — и за эти нежность и преданность с него начнут что-то требовать.

   — Кащенко! Записки не сумасшедшего · книга
6. «

   ... Или вот антикризисный план правительства. Никто толком не знает, что в нем, но план — уже неплохо.

   ... Или вот антикризисный план правительства. Никто толком не знает, что в нем, но план — уже неплохо.
7. «

   Ему захотелось заплакать, но он передумал — наверное, потому, что тогда, лет в шесть или семь, он уже знал, что не нужен никому, и уже умел забывать то, что не хотел помнить.

   Ему захотелось заплакать, но он передумал — наверное, потому, что тогда, лет в шесть или семь, он уже знал, что не нужен никому, и уже умел забывать то, что не хотел помнить.

   — Кащенко! Записки не сумасшедшего · книга
8. «

   Мы на острие крупнейшего в истории человечества цивилизационного конфликта. Его суть – если в двух словах, — в том, что мусульманском мире общественное устройство производно от религии. Принципиально иное цивилизационное начало, чем в Европе, Америке, России, где общественное устройство определено конституциями, в крайнем случае, как в Британии, сводами законов, принятых демократическим путем.

   Мы на острие крупнейшего в истории человечества цивилизационного конфликта. Его суть – если в двух словах, — в том, что мусульманском мире общественное устройство производно от религии. Принципиально иное цивилизационное начало, чем в Европе, Америке, России, где общественное устройство определено конституциями, в крайнем случае, как в Британии, сводами законов, принятых демократическим путем.
9. «

   Пять лет из-за ее дури и самоуверенности они с Брюсовым ковырялись в дерьме. Он объяснял старику Брюсову, что это ради чести мундира. На самом деле — заигрался. Загорелся переиграть всех остальных и спасти Варю. Ту, которую он всего один раз в жизни видел из окна, но не ту, которую так пытался понять в ресторане на набережной.

   Пять лет из-за ее дури и самоуверенности они с Брюсовым ковырялись в дерьме. Он объяснял старику Брюсову, что это ради чести мундира. На самом деле — заигрался. Загорелся переиграть всех остальных и спасти Варю. Ту, которую он всего один раз в жизни видел из окна, но не ту, которую так пытался понять в ресторане на набережной.

   — Провокация. Роман с примечаниями · книга
10. «

    А как изменилась Европа! Кто бы год назад поверил в Brexit? Я, правда, и сейчас в него не очень верю, хоть британцы и проголосовали за выход из ЕС. Но это, думаю, поправимо. Уж за два года-то найдется какая-нибудь хитрая формула, и все сделают вид, что она их устраивает.

    А как изменилась Европа! Кто бы год назад поверил в Brexit? Я, правда, и сейчас в него не очень верю, хоть британцы и проголосовали за выход из ЕС. Но это, думаю, поправимо. Уж за два года-то найдется какая-нибудь хитрая формула, и все сделают вид, что она их устраивает.
11. «

    Гордый взгляд из-под чёрного берета, смоляные кудри… Во всём мире тоннами продаются майки с портретами команданте. И молодняк, и стареющие леваки, мнящие себя юными бунтарями, напяливают их, не ведая, за что они произвели Че в кумиры. Его обожание питается исключительно невежеством и инфантильной романтикой протеста. А что Че Гевара сделал, помимо того что вместе с братьями Кастро искалечил Кубу?

    Гордый взгляд из-под чёрного берета, смоляные кудри… Во всём мире тоннами продаются майки с портретами команданте. И молодняк, и стареющие леваки, мнящие себя юными бунтарями, напяливают их, не ведая, за что они произвели Че в кумиры. Его обожание питается исключительно невежеством и инфантильной романтикой протеста. А что Че Гевара сделал, помимо того что вместе с братьями Кастро искалечил Кубу?
12. «

    Публика заскучала от однообразия художественных приемов мирового политического театра: полдюжины злодеев, десятки наперсников, сотни резонеров, толпы лакеев и субреток. Тут появляется Трамп и делает театру бешеную кассу.

    Публика заскучала от однообразия художественных приемов мирового политического театра: полдюжины злодеев, десятки наперсников, сотни резонеров, толпы лакеев и субреток. Тут появляется Трамп и делает театру бешеную кассу.
13. «

    Старость чаще всего описывают как очень грустное время, и проживают ее люди чаще грустно, а почему? Неужели нет счастливой старости, и не потому, что жизнь у кого-то легка, а потому и старость уютна?

    Старость чаще всего описывают как очень грустное время, и проживают ее люди чаще грустно, а почему? Неужели нет счастливой старости, и не потому, что жизнь у кого-то легка, а потому и старость уютна?

    — Елена Котова · книга
14. «

    Все хотят уберечь тебя от ошибок. Только платить за них тебе. За сделанные и несделанные. За эту и все остальные. И так всю жизнь. Так какого черта слушать других, если платить все равно тебе.

    Все хотят уберечь тебя от ошибок. Только платить за них тебе. За сделанные и несделанные. За эту и все остальные. И так всю жизнь. Так какого черта слушать других, если платить все равно тебе.
15. «

    Все было бы проще, если бы Маркс только открыл законы экономического развития, сведя их в филигранную философскую систему. Мир двигался бы дальше с пониманием того, «как все устроено», ученые дополняли бы его теорию новыми законами… Не было бы деления на «марксистов» и «анти-марксистов», не ставились бы дикие социальные эксперименты, связанные в умах именно с именем Карла.

    Все было бы проще, если бы Маркс только открыл законы экономического развития, сведя их в филигранную философскую систему. Мир двигался бы дальше с пониманием того, «как все устроено», ученые дополняли бы его теорию новыми законами… Не было бы деления на «марксистов» и «анти-марксистов», не ставились бы дикие социальные эксперименты, связанные в умах именно с именем Карла.
16. «

    Сегодня коллективный разум всех европейцев зашкалил вправо, настолько люди очумели от левацкого единомыслия и заботы о бедных, дошедшей до апофигея: игр с мусульманскими беженцами.

    Сегодня коллективный разум всех европейцев зашкалил вправо, настолько люди очумели от левацкого единомыслия и заботы о бедных, дошедшей до апофигея: игр с мусульманскими беженцами.
17. «

    Если государства слишком много, оно становится слабым.

    Если государства слишком много, оно становится слабым.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
18. «

    Все оперируют понятиями Маркса, совершенно не задумываясь об их авторстве. Если сегодняшнему человеку начать объяснять, что же такое Маркс открыл, многие скажут: «Кто ж этого не знает!» — настолько все привыкли в обыденной жизни оперировать понятиями «капитал», «прибыль», «цена», «стоимость», «рента». Так мы привыкли к тому, что Земля крутится, но сложно сказать, как пошло бы развитие астрономии без Коперника и Галилея.

    Все оперируют понятиями Маркса, совершенно не задумываясь об их авторстве. Если сегодняшнему человеку начать объяснять, что же такое Маркс открыл, многие скажут: «Кто ж этого не знает!» — настолько все привыкли в обыденной жизни оперировать понятиями «капитал», «прибыль», «цена», «стоимость», «рента». Так мы привыкли к тому, что Земля крутится, но сложно сказать, как пошло бы развитие астрономии без Коперника и Галилея.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
19. «

    Иллюзия единства страны держалась на оболочке идеологии, которую вдалбливали старшим поколениям партийные профессора. Оболочка лопнула в 1990-х, и выяснилось, что в России на самом деле две страны!

    Иллюзия единства страны держалась на оболочке идеологии, которую вдалбливали старшим поколениям партийные профессора. Оболочка лопнула в 1990-х, и выяснилось, что в России на самом деле две страны!

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
20. «

    Как она сказала тогда? «Это Москва, Мэтт... город чудес в стране чудес...» А Санкт-Петербург, имперский город, так не похож на Москву. Там была пряничная разноцветная иконопись, пропитанная ароматом ладана, разукрашенная золотом, — какая-то туземная архитектура! Там — магия врубелевского демона в Третьяковке, висячих садов декадентского ресторана посреди грязных улиц, чудовищного даже для стойкого британца мороза, скрипящего снега. Тут – прохладная, влажная и свежая весна, строгие как Верховный суд, классические здания, ажурные мосты. Красота этого города настолько изощрена, что кажется и строгой, и порочной одновременно. Тут люди изнемогают рассудком от полуночного света.

    Как она сказала тогда? «Это Москва, Мэтт... город чудес в стране чудес...» А Санкт-Петербург, имперский город, так не похож на Москву. Там была пряничная разноцветная иконопись, пропитанная ароматом ладана, разукрашенная золотом, — какая-то туземная архитектура! Там — магия врубелевского демона в Третьяковке, висячих садов декадентского ресторана посреди грязных улиц, чудовищного даже для стойкого британца мороза, скрипящего снега. Тут – прохладная, влажная и свежая весна, строгие как Верховный суд, классические здания, ажурные мосты. Красота этого города настолько изощрена, что кажется и строгой, и порочной одновременно. Тут люди изнемогают рассудком от полуночного света.

    — Третье яблоко Ньютона · книга