192 цитаты Елены Котовы — читать онлайн

Елена Котова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 192 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Брак по расчету... Все это было бы смешно, но только где сами дети в этих расчетах и просчетах? Которым положены детство в любви, взросление с папой и мамой, способными все понять и все простить. Нет детей в этих раскладах. Они не самостоятельная ценность для устраивающих свое счастье. Так, disposable teens, рычаг манипулирования, разменная монета.

   Брак по расчету... Все это было бы смешно, но только где сами дети в этих расчетах и просчетах? Которым положены детство в любви, взросление с папой и мамой, способными все понять и все простить. Нет детей в этих раскладах. Они не самостоятельная ценность для устраивающих свое счастье. Так, disposable teens, рычаг манипулирования, разменная монета.
2. «

   Телевизор лучше не включать, один криминал и вранье. К окну подойти на мир посмотреть, так глазу не за что ухватиться. Погода опять дрянь. Уже весна, а деревья всё голые. Стоят, как столбы висельные. К зеркалу подойти страшно. В глазах тоска стоит, да и лысина уже проклюнулась, и живот висит, смотреть противно. Только повеситься остается. Вот на этом самом столбе висельном. Ночью выйти и повеситься. Так холод же собачий, хоть и весна! Комедия, говорите? Вся жизнь наша сплошная комедия.

   Телевизор лучше не включать, один криминал и вранье. К окну подойти на мир посмотреть, так глазу не за что ухватиться. Погода опять дрянь. Уже весна, а деревья всё голые. Стоят, как столбы висельные. К зеркалу подойти страшно. В глазах тоска стоит, да и лысина уже проклюнулась, и живот висит, смотреть противно. Только повеситься остается. Вот на этом самом столбе висельном. Ночью выйти и повеситься. Так холод же собачий, хоть и весна! Комедия, говорите? Вся жизнь наша сплошная комедия.
3. «

   Я еще ни шагу не сделала, я только повернулась от окна! В лицо ударяет смрад, смесь запахов немытого тела, грязных тапок, мочи, остатков обеда… Он, как удар океанической волны, безопасный, но на мгновение оглушающий, на секунду лишает всех чувств.

   Я еще ни шагу не сделала, я только повернулась от окна! В лицо ударяет смрад, смесь запахов немытого тела, грязных тапок, мочи, остатков обеда… Он, как удар океанической волны, безопасный, но на мгновение оглушающий, на секунду лишает всех чувств.

   — Кащенко! Записки не сумасшедшего · книга
4. «

   Либо себя исправлять, либо мир. Второе гораздо рациональнее и прибыльнее.

   Либо себя исправлять, либо мир. Второе гораздо рациональнее и прибыльнее.

   — Скляр · книга
5. «

   У нашего народа убили желание думать. Из его памяти 70 лет старательно стирали стремление к выбору. А собственный выбор — это когда выбираешь не штаны, а жизнь, материальную, духовную, интеллектуальную. Именно это и есть либеральная идея.

   У нашего народа убили желание думать. Из его памяти 70 лет старательно стирали стремление к выбору. А собственный выбор — это когда выбираешь не штаны, а жизнь, материальную, духовную, интеллектуальную. Именно это и есть либеральная идея.
6. «

   В день отъезда, семнадцатого августа девяноста восьмого года утром Лена узнала, что в России дефолт. Страна — банкрот, отказалась платить по суверенным долгам. Правительство так долго не могло ни на что решиться, тянуло до последнего, что теперь, похоже, за дефолтом последует и девальвация. В казне нет денег, государственные облигации превратились в мусор, в банках обнулились активы, вложенные в них. Выход один — еще раз помножить на ноль сбережения и зарплаты людей, обесценив рубль, и таким образом латать дыры в бюджете.

   В день отъезда, семнадцатого августа девяноста восьмого года утром Лена узнала, что в России дефолт. Страна — банкрот, отказалась платить по суверенным долгам. Правительство так долго не могло ни на что решиться, тянуло до последнего, что теперь, похоже, за дефолтом последует и девальвация. В казне нет денег, государственные облигации превратились в мусор, в банках обнулились активы, вложенные в них. Выход один — еще раз помножить на ноль сбережения и зарплаты людей, обесценив рубль, и таким образом латать дыры в бюджете.

   — Период полураспада · книга
7. «

   В конце улицы возбужденная толпа опять что-то громила. Что еще в этом городе можно грабить? Все, что представляло какую-то ценность для оголодавшего, озверевшего люда, выползшего неизвестно откуда – Оля никогда не представляла, что в ее городе столько той самой черни, которая до революции выглядела нормальными людьми, что-то угрюмо, но мирно паявших и клепавших в мастерских на окраине, – все было давно разграблено.

   В конце улицы возбужденная толпа опять что-то громила. Что еще в этом городе можно грабить? Все, что представляло какую-то ценность для оголодавшего, озверевшего люда, выползшего неизвестно откуда – Оля никогда не представляла, что в ее городе столько той самой черни, которая до революции выглядела нормальными людьми, что-то угрюмо, но мирно паявших и клепавших в мастерских на окраине, – все было давно разграблено.

   — Период полураспада · книга
8. «

   Та же игра ума, что и в математике, только вместо цифр — людские судьбы. Он будет защищать тех, кого обвиняют в финансовых преступлениях, мир бытовых преступников ему неинтересен. Совсем иное — поступки талантливых людей, умных и отважных, которые раздвигают границы мира. В том числе и за пределы, дозволенные заскорузлыми нормами права. Защитить их право на незаурядность — в этом была романтика.

   Та же игра ума, что и в математике, только вместо цифр — людские судьбы. Он будет защищать тех, кого обвиняют в финансовых преступлениях, мир бытовых преступников ему неинтересен. Совсем иное — поступки талантливых людей, умных и отважных, которые раздвигают границы мира. В том числе и за пределы, дозволенные заскорузлыми нормами права. Защитить их право на незаурядность — в этом была романтика.

   — Провокация. Роман с примечаниями · книга
9. «

   Иллюзии справедливости и равенства продолжают отравлять мозги, люди не задумываются о том, что все пламенные революционеры рано или поздно приходят к мечте о диктатуре.

   Иллюзии справедливости и равенства продолжают отравлять мозги, люди не задумываются о том, что все пламенные революционеры рано или поздно приходят к мечте о диктатуре.
10. «

    Что может быть лучше чужих денег? Во всем мире самая острая конкуренция идет не за нефть или другие ресурсы, а именно за чужие деньги — иностранные инвестиции.

    Что может быть лучше чужих денег? Во всем мире самая острая конкуренция идет не за нефть или другие ресурсы, а именно за чужие деньги — иностранные инвестиции.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
11. «

    Делом доказав, что она первая отряхнула прах со своих ног, Англия свергла американских идолов Мерилин Монро и Кэри Гранта с их продажной красотой и утвердила на освободившихся пьедесталах собственных идолов, подарив миру Beatles и Led Zeppelin, Freddy Mercury и David Bowie.

    Делом доказав, что она первая отряхнула прах со своих ног, Англия свергла американских идолов Мерилин Монро и Кэри Гранта с их продажной красотой и утвердила на освободившихся пьедесталах собственных идолов, подарив миру Beatles и Led Zeppelin, Freddy Mercury и David Bowie.
12. «

    Топтание на крохотном пятачке, точнее уже балет на кончике иглы. «Нефть-рубль-бюджет», «давать-не давать». Если давать – либеральная модель, если в загашник — сильное государство.

    Топтание на крохотном пятачке, точнее уже балет на кончике иглы. «Нефть-рубль-бюджет», «давать-не давать». Если давать – либеральная модель, если в загашник — сильное государство.
13. «

    Легенды возникают с необыкновенной легкостью. Масса людей убеждена со школы, что Германии после войны помог подняться «план Маршалла». Дескать, Америка буквально накачивала побежденную страну деньгами, стремясь создать противовес ГДР и остальному блоку стран социалистического лагеря. Чистой воды выдумки.

    Легенды возникают с необыкновенной легкостью. Масса людей убеждена со школы, что Германии после войны помог подняться «план Маршалла». Дескать, Америка буквально накачивала побежденную страну деньгами, стремясь создать противовес ГДР и остальному блоку стран социалистического лагеря. Чистой воды выдумки.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
14. «

    Маргарет Тэтчер повторяла себе слова отца: «Никогда не делай чего-то только потому, что другие это делают. Никогда не иди за толпой». Это были стальные принципы, которые вооружают человека и заковывают его в латы, давая силы преодолевать трудности и помогая сохранить цельность среди гвалта и суматохи.

    Маргарет Тэтчер повторяла себе слова отца: «Никогда не делай чего-то только потому, что другие это делают. Никогда не иди за толпой». Это были стальные принципы, которые вооружают человека и заковывают его в латы, давая силы преодолевать трудности и помогая сохранить цельность среди гвалта и суматохи.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
15. «

    Право на неравенство — естественное право человека, оно заставляет его искать путь к деньгам, прилагать для этого усилия. Неравенство — топливо для общественного двигателя. Соревнуясь в успехе, люди делают более эффективной всю экономику.

    Право на неравенство — естественное право человека, оно заставляет его искать путь к деньгам, прилагать для этого усилия. Неравенство — топливо для общественного двигателя. Соревнуясь в успехе, люди делают более эффективной всю экономику.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
16. «

    Британцы вообще не злоупотребляют законотворчеством. К чему менять законы прошлого и даже позапрошлого века, если один раз уже все было обустроено рационально?

    Британцы вообще не злоупотребляют законотворчеством. К чему менять законы прошлого и даже позапрошлого века, если один раз уже все было обустроено рационально?
17. «

    – Шурик, ты помнишь, что «Фауст» – это в каком-то смысле наш первоисточник? – спросила Катька. – Вместо удовлетворения на склоне лет Фауст чувствует лишь душевную пустоту и боль от тщеты содеянного. Этим, Шурик, все сказано о так называемой любви. Слышать этого слова не могу, надо законом запретить его произносить.

    – Шурик, ты помнишь, что «Фауст» – это в каком-то смысле наш первоисточник? – спросила Катька. – Вместо удовлетворения на склоне лет Фауст чувствует лишь душевную пустоту и боль от тщеты содеянного. Этим, Шурик, все сказано о так называемой любви. Слышать этого слова не могу, надо законом запретить его произносить.

    — Акционерное общество женщин · книга
18. «

    Тут заведомо продаваем и любой талант, и его отсутствие. Здесь можно жить на три копейки, пользоваться кучей бесплатных благ и платить налоги — самые низкие в мире — по настроению. Чтобы «на жизнь» больше оставалось. Чморить кого желаешь, хулить тех, кто отнял свободу, но позволяет делать все, что душе угодно. И ни за что не получать по башке.

    Тут заведомо продаваем и любой талант, и его отсутствие. Здесь можно жить на три копейки, пользоваться кучей бесплатных благ и платить налоги — самые низкие в мире — по настроению. Чтобы «на жизнь» больше оставалось. Чморить кого желаешь, хулить тех, кто отнял свободу, но позволяет делать все, что душе угодно. И ни за что не получать по башке.
19. «

    В годы учебы в университете Уэльса Мэтью понял, для чего именно ему нужна женщина: чтобы не отвлекать от созидания собственного мира, по сравнению с которым Вселенная — лишь колония, поставляющая руду и топливо для его движения вверх по пути познания и побед.

    В годы учебы в университете Уэльса Мэтью понял, для чего именно ему нужна женщина: чтобы не отвлекать от созидания собственного мира, по сравнению с которым Вселенная — лишь колония, поставляющая руду и топливо для его движения вверх по пути познания и побед.

    — Провокация. Роман с примечаниями · книга
20. «

    День откровений переходит в ночь сурка. В «салоне» – наркоши, которые засыпают лишь под утро, во второй надзорке всхлипы и мычания, в сестринской громкоголосое чаепитие с тортами. С потолка «салона» осыпаются кусочки штукатурки, крошечные тусклые плафоны покрыты коричневым налетом никотина, на недавно вымытом полу уже связочки волос, ошмётки сигаретных пачек, в палате храпа нет, но четверо надсадно кашляют… Соседка-депресняк, накануне жевавшая банан, шоколад и ещё что-то, а неделю назад игравшая без выражения «Лунную сонату», сидит за столом при свете полуперегоревшего ночника. Мечет в рот с двух рук – одна достаёт из пакета картофельные чипсы, вторая вытягивает из коробки профитроли, одну за другой…

    День откровений переходит в ночь сурка. В «салоне» – наркоши, которые засыпают лишь под утро, во второй надзорке всхлипы и мычания, в сестринской громкоголосое чаепитие с тортами. С потолка «салона» осыпаются кусочки штукатурки, крошечные тусклые плафоны покрыты коричневым налетом никотина, на недавно вымытом полу уже связочки волос, ошмётки сигаретных пачек, в палате храпа нет, но четверо надсадно кашляют… Соседка-депресняк, накануне жевавшая банан, шоколад и ещё что-то, а неделю назад игравшая без выражения «Лунную сонату», сидит за столом при свете полуперегоревшего ночника. Мечет в рот с двух рук – одна достаёт из пакета картофельные чипсы, вторая вытягивает из коробки профитроли, одну за другой…

    — Дневник из Кащенко · книга